Николай Сергеев. Союзное государство и вопросы безопасности в современных условиях. Пантюркизм. Часть 2 10.02.2026 15:17На наших глазах происходит смена эпох в истории человечества. Три с половиной десятилетия назад рухнул двуполярный мир (СССР-США), в настоящее время уходит в небытие однополярный мир с господством коллективного Запада. Ему на смену грядёт многополярность. Планетарная цивилизация приобретает черты мира миров (по Н.Я. Данилевскому).
Но многополярность – это не благостный покой, а бурлящий мир, полный противоречий и соперничества между местными цивилизациями. И чтобы в этих условиях наша Русская цивилизация не просто поступательно развивалась, а занимала лидирующее положение, необходимо иметь ясное понимание того, что представляют в своей сути иные локальные миры. Какой из них может быть нашим союзником или хотя бы попутчиком, а с каким из них нужно быть настороже? И в этом вопросе важнейшим подспорьем выступает знание истории.
***
Истинная суть кемалистов-ататюркистов (ататюркизм – турецкий вариант тюркизма) в полной мере проявилась во время трагических событий в городе Траллис (ныне Айдын). После высадки греческих войск в Смирне три пехотных батальона под командованием полковника Схинаса вошли в Траллис, который находился в зоне ответственности Греции.
Из 35 тысяч жителей города 8,5 тысяч были греки, 25 тысяч – турки, остальные – евреи и армяне. При этом турки в городе были вооружены и имели связь с находящимися за городом турецкими вооружёнными формированиям.
При вхождении в город греческих подразделений турки сопротивления не оказывали, получив от полковника Схинаса гарантии, что турецкое население города не подвергнется опасности. Со своей стороны представители турецкой общины города лицемерно выразили благорасположение греческому командованию. Поверил этому полковник Схинас или нет, сказать сложно, но разоружать городских турок не стал, и это было его роковой ошибкой. Для исламистов слово, данное «неверным», ни к чему не обязывает, и вероломство в отношении «гяуров» не является бесчестием.
Греческая пехота в бою с турками, 1920 г.
Далее события для греков развивались по катастрофическому сценарию. Недалеко от города протекала река Меандр, бывшая рубежом итальянской зоны ответственности. Недалеко от реки с итальянской стороны и при её полной поддержке располагался военный лагерь, где турецкие бандформирования, не признавшие капитуляцию части османской армии, и кемалисты готовили нападение на Траллис (Айдын).
28 июня турецкие бандформирования и регулярные силы с пулемётами и орудиями свободно перешли мост, охраняемый итальянцами. Турки атаковали Траллис (Айдын) при артиллерийской поддержке итальянцев и использовали тяжёлые орудия, которые предоставили им итальянцы.
Одновременно находившиеся в Траллисе (Айдыне) вооружённые турки открыли плотный огонь по греческим подразделениям со стороны города. Оказавшись в огненном мешке и в значительном численном меньшинстве, греческие части начали отходить из города, вместе с ними сумели уйти только 800 жителей. Остальную часть греческого населения города постигла самая трагическая участь.
С отходом греческих войск из города орды иррегулярных зейбеков (участники бандформирований), подразделения кемалистов, неразоружённые части османской армии при активном участии местного османского населения учинили кровавую бойню в греческом квартале.
Турецкая пехота в наступлении
Вот как описывал те события их очевиден, впоследствии митрополит Смирны и великомученик, растерзанный исламистами, Хризостом: «Турки безудержно ворвались в греческий квартал. Последовали огонь и резня, которые продолжались четыре дня. Пленённые были уведены вглубь Азии и их судьба – это отдельное повествование».
4 июля греческие войска под командованием генерала Константиноса Нидера отбили Траллис (Айдын) у турок, которые скрылись в итальянской зоне. Массовые убийства мирного греческого населения нашли отражение в докладе генерала Нидера: «Таких зверств звери не делают. Свои жертвы турки мучали перед тем, как зарезать. Отрезанные уши, носы, выбитые зубы, выколотые глаза, отрезанные груди женщин…».
Всего в результате резни в Айдыне было убито более 6500 человек гражданского греческого населения, включая маленьких детей. Показательно, что при приближении греческой армии к городу, осознавая размах совершённых злодеяния, из Айдына панически бежало практически всё исламское население.
Следует отметить, что исламистские бандформирования и турецкие военные, ретировавшиеся в итальянскую зону, не ушли от возмездия. Сразу после вхождения греческих войск в Траллис (Айдын) полк полковника Георгия Кондилиса нанёс стремительный удар по военному лагерю исламистов, расположенному в итальянской зоне, где «не оставил ни одного турка, чтобы рассказать о случившемся».
Полковник Георгий Кондилис: меч греческого возмездия
Трагические события, произошедшие в Траллисе (Айдыне), не были чем-то из ряда вон выходящим, это был характерный почерк тех экстремистских сил, которых большевистская пропаганда именовала «борцами за свободу Турции против греческих империалистов Антанты».
Война же со стороны турок носила характер этнических чисток, массовых убийств гражданского греческого населения и других военных преступлений.
Что касается стран Антанты, то они на деле отреклись от своих греческих союзников. В ходе греко-турецкой войны Италия и Франция едва ли не открыто встали на сторону турок, предоставляя Кемалю материальную, в том числе и военно-техническую помощь и другие виды поддержки. Великобритания со своей стороны не только вела тайные переговоры с Мустафой Кемалем, но и всячески препятствовала усилению греческой стороны конфликта. Так, накануне исхода Русской армии генерала П.Н. Врангеля из Крыма (50 тысяч штыков, ноябрь 1920 г.) последний предложил Антанте, чтобы имевшие огромный боевой опыт войска Врангеля взяли под охрану Проливы и выступили на стороне греческой армии в войне с турками. Но Антанта категорически отвергла предложение генерала Врангеля. Вместо этого части боеспособной и мотивированной Русской армии генерала П.Н. Врангеля были размещены в трёх лагерях для интернированных (на полуострове Галлиполи, в провинции Чаталджа, на острове Лемнос), разоружены и расформированы.
Русская армия генерала П.Н. Врангеля была готова помочь грекам
А в это же время большевистское правительство начало оказывать турецким буржуазно-националистическим силам Мустафы Кемаля массированную военно-техническую, финансово-экономической и прямую военную помощь.
Предательская позиция Британской империи, Франции и Италии в отношении своего официального союзника по Антанте – Греции – объясняется достаточно просто. Лондон, Париж и Рим вполне устраивала светская и буржуазно-националистическая Турция, которую строил на обломках Османской империи с помощью большевиков Мустафа Кемаль.
При этом господам из Антанты была совершенно чужда перспектива возрождения в каком-либо виде Византии – обширного православного прорусски (не просоветски) настроенного греческого государства со столицей в Константинополе. «Союзники» (именно в кавычках) по Антанте не только оставили небольшую греческую армию (100 тысячная группировка на 700 км фронта) без материально-технической поддержки, но и с помощью своей агентуры ввергли Грецию в жестокий политический кризис.
И всё же греческая армия успешно наступала и дошла с боями почти до столицы кемалистов Анкары (ныне столица Турции), где столкнулась со свежими дивизиями турецких националистов, оснащёнными вооружением, поставленным большевистским правительством, обученными советскими военспецами, которые к тому же разрабатывали боевые операции против греческих войск.
Не сумев сломить сопротивление турецких войск, греческие части вынуждены были отступать. К августу 1922 года фронт был прорван, и греческие войска покинули Смирну. К этому времени в Смирне скопилось огромное количество христианских беженцев, спасавшихся от турецких войск и бандформирований.
В тщетной надежде избежать массовой гибели мирного населения греческие войска оставили Смирну без боя под гарантии безопасности и свободного выезда для всех его обитателей. Турецкий главнокомандующий Мустафа Кемаль официально дал такие гарантии, заявил при этом, что любой турецкий солдат, причинивший хоть какой-то вред мирному жителю, будет расстрелян. Однако все гарантии Кемаля были присущей тюркистам ложью. Никаких гарантий, данных «неверным», соблюдать Мустафа Кемаль не собирался.
В тот же день в Смирне началась чудовищная резня и массовые поджоги христианских домов, церквей, школ, библиотек, торговых и административных зданий. Греков и армян убивали поголовно, причём нередко это сопровождалось дикими зверствами. Митрополиту Смирны Хризостому вырвали бороду, выкололи глаза, отрезали нос, уши и только потом застрелили, а его помощника привязали за ноги к автомобилю и таскали по булыжным мостовым, пока он не умер.
Пытаясь спастись от гибели, толпы горожан и беженцев бросились в порт, где на рейде стояли английские, французские и итальянские боевые корабли, надеясь на их защиту. Но предавшие греков бывшие союзники лишь безучастно наблюдали за происходящим. Несколько находившихся в порту греческих кораблей могли вместить лишь ничтожную часть людей, искавших спасения.
Британский крейсер на рейде горящей Смирны безучастно наблюдает за происходящим
Турки всё же не решились продолжать резню на глазах у иностранных моряков. Вместо этого они блокировали порт, оставив беженцев без пищи и пресной воды. При этом турецкое командование заявило, что в порту, помимо женщин, стариков и детей, находятся мужчины призывного возраста, от которых турки потребовали поголовной сдачи на расправу. Таким образом, порт Смирны стал смертельной ловушкой для греческого населения.
Многие умирали от жажды, иные кончали с собой, кинувшись в море. Тех же, кто сдавался, турки собирали в группы, уводили из города, и больше их никто не видел. А тем временем в порту десятки тысяч еще живых людей сидели и лежали среди уже мёртвых тел.
Чтобы заглушить крики погибающих христиан, постоянно играли турецкие военные оркестр.
Только 23 сентября турецкое командование разрешило начать по-настоящему массовую эвакуацию. Греки подогнали к берегу все имевшиеся у них плавсредства и непрерывно вывозили тех, кого еще можно было спасти. В спасательной операции добровольно приняли участие американские, японские и скандинавские торговые суда, находившиеся у Анатолийского побережья. Моряки этих судов, чтобы спасти больше людей, нередко выбрасывали за борт в море свои грузы.
К 30 сентября всё было кончено, в Смирне и её окрестностях не осталось живых христиан. Около 400 тысяч человек удалось эвакуировать, а 183 тысячи греков, 12 тысяч армян и несколько тысяч ассирийцев погибли от рук исламистских убийц, в огне пожаров, либо умерли от жажды, после чего Мустафа Кемаль удовлетворенно заявил: «Я вижу великий знак того, что Турция очистилась от иноземцев и предателей. Отныне Турция принадлежит туркам!».
Вот что писал по поводу кровавой трагедии в Смирне будущий премьер-министр (в то время министр по делам колоний) Великобритании Уинстон Черчилль: «Кемаль отпраздновал свой триумф превращением Смирны в пепел и истреблением всего местного христианского населения».
Сразу после этих событий Мустафа Кемаль поручил своему министру иностранных дел сделать заявление, что никаких погромов и убийств не было, все разговоры о них – это клевета, а Смирну якобы подожгли сами христиане.
Нечто подобное через столетие заявлял подчинивший Украину бандеровско-нацистский режим в отношении Донбасса.
Какие же уроки следует извлечь из исторической части предлагаемого цикла публикаций?
Во-первых, историческая правда состоит в том, что национально-освободительное движение понтийских и малоазиатских греков (а также армян и ассирийцев) и многовековая мечта православного мира о возврате креста на купол Храма Святой Софии в Константинополе-Царьграде (ныне Стамбул) были раздавлены совместными усилиями турецких буржуазных националистов-ататюркистов, большевистского правительства (по словам Мустафы Кемаля Ататюрка, без решающей помощи большевиков о победе турок не было бы и речи) и предавшей греков Антанты.
Во-вторых, идеология ататюркизма отличалась крайней нетерпимостью и агрессивностью в отношении других народов и в то же время вследствие своей примитивности способна заражать самые широкие слои, особенно малообразованного, населения.
В связи с тем, что ататюркизм является маткой пантюркизма, то последний несомненно содержит «родимые пятна» ататюркизма. И это не может не беспокоить, т.к. в последние десятилетия на постсоветском пространстве заметно нарастает влияние пантюркизма. Ну об этом речь пойдёт в заключительной публикации данного цикла.
Комментарии
Комментариев пока нет
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
