ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО БЕЛОРУССКОМУ НАРОДУ

Часть первая

…Недопустимо, когда чиновники или преподаватели учебных заведений не разделяют государственной идеологии, а иногда открыто выступают противником власти и того курса, который якобы они проводят и сами должны проводить, будучи вмонтированы в эту систему власти.
…Но давайте спросим себя: а в чём состоит вклад всей нашей огромной сферы культуры в осмыслении нашим народом своего места в мире? Где романы, повести, спектакли, фильмы, воспитывающие высокие духовные качества гражданина независимой Беларуси?
Из доклада Президента А.Г.Лукашенко на постоянно действующем семинаре руководящих работников республиканских и местных государственных органов по вопросам совершенствования идеологической работы: «Сильная и процветающая Беларусь должна иметь прочный идеологический фундамент»
                                                                               28 марта 2003 года

Проснись, мой народ, если не желаешь нового кровавого воскресенья, более страшного и трагического, чем 22 июня 1941 года. Деструктивные силы, обладающие широкими информационными средствами, разжиревшие на западных финансовых потоках, захватывают одну позицию за другой, которые мы бездарно сдаем. 
Об этом подробнее  ниже.
Празднование 70-летия Великой Победы показало возросший интерес к проблемам прошедшей войны у четвертого поколения, родившегося после войны. Но он не был удовлетворён в необходимой мере по разным причинам. Даже предыдущее поколение, которое имело ещё возможность общаться с непосредственными участниками войны, но прошедшее обучения по антипатриотическим учебникам, имеет искаженное представление об истории Великой Отечественной войны. (Ещё 12 декабря 1997 года большая группа участников Великой Отечественной войны в лице могилёвских директоров школ и руководителей органами образования, научных работников опубликовала в газете «Советская Белоруссия» статью «Учебник белорусской литературы должен воспитывать культурного человека и патриота». В ней анализировались школьные учебники. В частности, там приводился пример из учебника по белорусской литературе для 9-го класса под редакцией Д.Я. Бугаёва. В этом учебнике творчеству коллаборанта Седнёва отведено 16 страниц, в то время как теме «Вялікая Айчынная вайна ў літаратуры 40–х гадоў» разместилась на 8 страницах, причём на двух из них разбиралось творчество предательницы Арсеньевой и иже с ней. Оказывается, для авторов учебника страдания по убитому сыну Арсеньевой, фашистского офицера, погибшего при организации подпольщиками покушения на Кубе в театре им.Янки Купалы, важнее чем страдания батьки Миная. К сожалению, в своем комментарии к этой статье быывший Министр образования В.Стражев взял под защиту такую концепцию содержания учебника.)
Представители этого поколения уже заполнили средние эшелоны органов управления, стали за кафедры вузов. Если не принять решительных мер, положение будет усугубляться. Напомним, что не получила общественного осуждения попытка определённых сил сделать произведение Арсеньевой государственным Гимном.
Два, на первый взгляд разрозненных, события последнего времени – акция студентов БГУ «Студенты против» и присуждение Нобелевской премии по литературе Светлане Алексиевич» - по существу взаимосвязаны и преследуют одну и ту же цель. А именно: проверить возможные пути организации Майдана в Беларуси; проверить официальную реакцию высших органов власти и общественных организаций на данные события; спровоцировать на ошибку силовые структуры и ответственных чиновников для усиления идеологического давления на республику внешних сил. Чтобы это отчетливо осознать, обратимся к недалёкому прошлому.
Мятеж в Венгрии в октябре 1956 годам начался с мирной демонстрации студентов в поддержку реформаторского движения в стране, к которому вскоре присоединились пособники фашистов и заранее подготовленные провокаторы, хорошо подготовленные юнцы-погромщики, а также отпущенные по прихоти Хрущёва военнопленные венгры, воевавшие на стороне фашистской Германии и отбывавшие наказание в северных лагерях за свои кровавые злодеяния против мирного населения Советского Союза, и неразоблачённые пособники фашистов. Очень быстро мирная демонстрация переросла в вооружённый мятеж, превратившийся в резню невиданного масштаба. (Время мятежа было выбрано не случайно. ЦРУ хорошо было осведомлено, что Хрущев своим лживым докладом на 20-ом съезде коммунистов породил глубокое смятение в стране. И оно полагало, что, совершившим государственный переворот в стране Хрущёву и иже с ним будет не до событий в Венгрии).
Мятеж с большими трудностями введённым советским войскам удалось ликвидировать с большими «потерями», особенно на международной арене. Снизился авторитет Советского Союза, как триумфатора в разгроме фашистской Германии. Наметился раскол не только в коммунистическом движении, но и в социалистическом лагере. Это позволило развернуть широким фронтом информационную войну против Советского Союза. Но силовые методы дают кратковременный эффект.
Противодействие информационной войне являлось слабейшим звеном не только для царской России и Советского Союза, но и в настоящее время для славянских государств. Это видно из сценария всех «цветных» революций последнего времени. Не вдаваясь в подробности, отметим штрихами некоторые из них. Сценарий их осуществления не отличается однообразием, начиная с начала 20-го века. Бикфордовым шнуром является студенческая среда, в создании которой участвуют и преподаватели вузов.
Например, после Цусимского поражения активизировалась пятая колонна. Студенты, преподаватели и представители ителлигенции Петербурга и других городов слали поздравительные телеграммы японскому императору, и они получали поддержку не только у продажных чиновников высокого ранга (например, министр финансов Витте соботировал утверждённую царём программу укрепления Тихоокеанского флота), но и у некоторых членов императорской семьи. А власти Николая ІІ спокойно смотрели на происходящее: мол, это личный выбор людей.
ЦРУ основательно изучило венгерские события и начало искать страну, в которой можно было спровоцировать такие беспорядки, которые бы привели б к развалу социалистической системы. Такой страной оказалась Польша, в которой традиционно сильны были русофобские силы.
Секретарь Польской объединённой рабочей партии Владислав Гомулка был выдающимся деятелем не только международного коммунистического, но и польского национального движения, пользовался авторитетом среди простых поляков. Именно этого боялась и не прощала ему оппозиционная верхушка компартии. Приступивший к власти в октябре 1956 года Вячеслав Гомулка был аскетом сталинского типа. Будучи секретарем ЦК, он долгое время жил в двухкомнатной квартире обычного дома, не пользовался никакими особыми благами, что весьма раздражала партийную верхушку, которая уже с конца 60-ых годов прошлого столетия начала открывать тайные счета в иностранных банках. Но особую ненависть у врагов Гомулки в партии вызывала его кадровая политика.
Для борьбы с Гомулкой в молодежной среде была создана сеть так называемых «коммандос», которые возглавляли отпрыски высокопоставленных родителей – Адам Михник, Яцек Куронь, Хенрик Шлайфер и др. В марте месяце им удалось во дворе Варшавского университета спровоцировать беспорядки. По инициативе верных Гомулке партийных руководителей к студентам прибыли рабочие, безуспешно пытавшиеся их утихомирить. На помощь рабочим прибыли дружинники – но и их усилия были тщетными. Только лишь усилиями милиции удалось разогнать «коммандос» и разогретую ими студенческую массу. На следующий день враги Гомулки распространяют листовку, в которой было напечатано, что в университете от рук милиции погибла беременная студентка Баронецкая. Позже выяснилось, что она вообще не была на митинге, не была она и беременной. Но подлая сплетня всколыхнула молодежь. Тогда Гомулка пошел ва-банк, обнародовав связь «партийных верхов», недовольных его политикой, со студенческими низами. Это испугало заказчиков мятежа, и они отступили, но не успокоились, зная натянутые отношения между первыми секретарями государств на почве различных подходов в идеологической политике. У Хрущева идеология была в загоне. Его главный идеологический аргумент – «стоптанный ботинок». В узком кругу  он говорил  о пропагандистах, что это бездельники, нахлебники, что они не нужны народу. Народу нужен гуляш. (Мазуров. Воспоминания, Выступления. Интервью. Мн., 1999г.,   С. -205)
Через два года враги Гомулки подготовились куда серьезней, возбудив недовольство не только студентов, но и рабочих. В начале декабря 1970 года группа высших партийных функционеров (Альбрехт, Циранкевич, Зажицкий-Неугебауер, Верьмен) в отсутствии Гомулки разработали провокационную программу повышения цен на продукты, и она в первую очередь была объявлена на Гданьских судоверфях перед рождественскими праздниками (в Польше очень сильны позиции духовенства). Рабочие вышли на улицу, начались митинги, заправилами которых были вожди мятежа 1968 года. Был подожжён воеводский комитет ПОРП. Милиция начала стрельбу вверх холостыми патронами, провокаторы из толпы закричали, что расстрелян ребенок. Позже оказалось, что это ложь, поддержанная радиостанцией «Свободная Европа». Но в те минуты толпа, услышав о «смерти ребенка» из репродукторов, установленных на площади, пришла в ярость и растерзала первого попавшегося милиционера. Милиция начала отстреливаться по-настоящему, появились первые раненые и убитые.
При попытке захвата тюрьмы было застрелено 40 человек, 500 получили ранение, а от рук провокаторов, хулиганов, буйствующей толпы, вооруженных ружьями, железными прутьями и бутылками с бензином, погибли 17 милиционеров, получили ранения 580 милиционеров, 51 дружинник и 69 солдат.
Узнав о количестве жертв, Гомулка с сердечным приступом оказался в больнице. В его отсутствие пленум ЦК ПОРП снял Гомулку со всех постов. Эпоха Вячеслава Гомулки в Польше кончилась, началась эпоха марионеток ЦРУ - Э.Герека и созданного вскорости на Гданьской судоверфи профсоюза «Солидарность» во главе с Лехом Валенса, за плечами которого стояли его ближайшие помощники, высокопоставленные партийные чиновники Адам Михник, Яцек Куронь.
Для мировой закулисы появился плацдарм для противодействия Советскому Союзу, которым они успешно воспользовались и даже втянули в эту кампанию лицемерия Нобелевский комитет по литературе. Безусловно, вызывает гордость, что впервые белорусский автор, не написавший ни строчки на белорусском языке, отмечен высокой наградой. Но чувства восхищения быстро проходит, когда начинаешь вспоминать творения лауреата. И невольно приходишь к выводу, что премия присуждена не за литературные заслуги, а по политическим мотивам. И не впервые.
В начале 2015 года были обнародованы рассекреченные документы ЦРУ, в которых прямо говорилось, что «роман Бориса Пастернака «Доктор Живаго» имеет большую ценность в плане антикоммунистической пропаганды в СССР и в странах социалистического блока. А потому для создания международного авторитета Пастернаку спецслужбам «свободного мира» следует всячески содействовать его выдвижению на Нобелевскую премию, которую ему присудили в 1958 году. О международном и внутреннем положении в Советском Союзе мы уже говорили выше [Константин Кудряшов, «За что осуждаете?», АиФ в Белоруссии, № 8, 2015]. Присуждение Нобелевской премии Пастернаку явилось успешной операцией ЦРУ, эффективность которой было усиленно не умением идеологического аппарата работать на упреждение и что к этому времени профессионалов в КГБ заменили дилетантами.
Находясь во Франции в апреле 1959 года, Шолохов на вопрос корреспондента парижской ежевечерней газеты “Франс-суар” о том, каково его мнение о деле Пастернака (имеются в виду исключение автора “Доктора Живаго” из Союза писателей и его отказ от Нобелевской премии), дал замечательный ответ: “Коллективное руководство Союза советских писателей потеряло хладнокровие. Надо было опубликовать книгу Пастернака “Доктор Живаго” в Советском Союзе вместо того, чтобы запрещать ее. Надо было, чтобы Пастернаку нанесли поражение его читатели, вместо того, чтобы выносить его на обсуждение. Если бы действовали таким образом, наши читатели, которые являются очень требовательными, уже забыли бы о нём. Что касается меня, то я считаю, что творчество Пастернака в целом лишено какого-либо значения, если не считать его переводов, которые являются блестящими. Что касается книги “Доктор Живаго”, рукопись которой я читал в Москве, то это бесформенное произведение, аморфная масса, не заслуживающая названия романа”.
У каждого заслуженного лауреата Нобелевской премии есть личностный литературный язык, который легко подтверждается математическими методами, когда по небольшому литературному отрывку в оригинале можно определить имя автора. Именно таким способом в 1975 году большая группа скандинавских исследователей во главе с известным норвежским славистом Гейром Хьетсо на базе трёх университетов (в том числе в Центре компьютерной лингвистики Уппсальского университета) провела компьютерный анализ бесспорных текстов Шолохова и Крюкова, с одной стороны, и «Тихого Дона» с другой, и пришла к выводам, опровергавшим авторство Крюкова. Использованная этими исследователями методика не однократно подвергалась критике другими лингвистами и математиками. Очернители Шолохова в СССР не успокоились (эта политика в отношении гения продолжается и сейчас, хотя и найдены уже и черновики «Тихого Дона». Столетие со дня рождения Шолохова, как и 110-летие в прошлом году, прошло в России почти что незамеченным.)
Каков же личностный литературный язык Светланы Алексиевич? Он таков, что даже сами литераторы не могут определить жанр её творений. Относить произведения С.Алексиевич к литературным, все равно, что относить детскую рогатку к разновидности реактивного оружия - принцип действия один и тот же. Её произведения ближе к жанру милицейских протоколов, чем к литературному, при том, что белорусскими литераторами тема «Женщины и дети на войне» не осмыслена при богатом материале личных воспоминаний.
Нобелевский комитет по литературе позабыл историю с присуждением премии Пастернаку, когда возмутились не только прогрессивные честные писатели Запада. Так, за несколько дней до официального объявления очередного Нобелевского лауреата 1964 года французский писатель и философ Жан Поль Сартр направил Шведской академии письмо, в котором отказывался от премии и просил наградить ею какого-либо другого художника. Когда же Нобелевский комитет огласил его имя в качестве лауреата, писатель через шведское посольство в Париже во второй раз решительно отверг столь высокое признание, мотивируя свой отказ давним зароком не получать никаких наград и не связывать себя с Нобелевским фондом и комитетом, обязывающими исповедовать определённые политические и общественные воззрения и симпатии. “В нынешних условиях, — заявил Сартр, — Нобелевская премия объективно выглядит как награда либо писателям Запада, либо строптивцам с Востока. Ею, например, не увенчали Пабло Неруду, одного из крупнейших поэтов Америки. Речь никогда всерьёз не шла и о Луи Арагоне, который, однако, её вполне заслуживает. Достойно сожаления, что премию присудили Пастернаку прежде, чем Шолохову, и что единственное советское произведение, удостоенное награды, — это книга, изданная за границей...” (“Литературная газета”. 1964. 24 октября).
Что-то не слышно квалифицированного слова белорусских писателей, как и руководства Союза писателей, а появившиеся некоторые комментарии только ещё больше раздувают шумиху вокруг персоны Светланы Алексиевич, которая уже начала «плясать под музыку Нобелевского комитета».
С присуждением Шолохову премии, он не стал унижаться перед Нобелевским комитетом, хотя у него были очень сложные отношения с высокопоставленными чиновниками (это основная причина замалчивания его деятельности и в настоящее время). Шолохов написал вторую часть романа «Они сражались за Родину», в которой создал художественную панорамную историю Великой Отечественной войны, подобной «Война и мир» Л.Н.Толстого. Он предпринял попытку глобального осмысления войны. Но Хрущёв, прочитав рукопись, прямо заявил Шолохову: «Народ такой правды не выдержит.» Как будто народ не знает этой правды? По этому, меняются режимы, а мы продолжаем по-прежнему воспитывать молодёжь на искажённой истории войны. Аналогичная реакция была и Брежнева. Не нашел Шолохов поддержки и у литературных руководителей. Не выдержав моральной травли, он не стал издавать книгу на Западе, а сжёг рукопись. Какую невосполнимую утрату мы понесли?
Шолохов за время получения Нобелевской премии неизменно указывал на позиции комитета, далёкой от литературы. На пресс-конференции он в шутливой форме сказал, что получил премию с опозданием на тридцать лет. А на церемонии получения диплома лауреата вопреки строжайшему церемониалу (контролируется даже длина носков у мужчин) отказался поклониться шведскому королю, прокомментировав: «Я родом из казаков, а казаки царям и королям не кланялись, а вот народу, пожалуйста.». И он низко поклонился присутствующим в зале.
Светлана Алексиевич не смогла понять психологию матерей афганцев, критически воспринявших её опус «Цинковые мальчики». Она обвинила их в корыстных мотивах. У неё не хватила литературного таланта понять поведение матерей. Тут даже материнского опыта мало.
Не можем и мы, малолетние узники, считать выдающимся произведением её «Последние свидетели». Оно ничем не выделяется среди изданных многочисленных сборников воспоминаний малолетних узников. Прикоснувшись к судьбе малолетних узников, Алексиевич не смогла понять трагизма детей на войне, его истоки, последствия и выразить всё это средствами литературы.
И как мне кажется, мы вновь наступаем на одни и те же грабли, как и во времена присуждения премии Борису Пастернаку. Руководство Союза писателей ушло в глубокое подполье, делая вид, что это «дела другого департамента». Но кто-то должен, в первую очередь, объяснить большинству народа – за какие заслуги дали Алексиевич премию? Вообще говоря, ответ должен был прозвучать несколько лет назад. Запад давно уже выделил премию белорусскому литератору. Но долго выбирал «подходящую» кандидатуру (требуется соблюсти формальные условия, на выполнение которых требуется время). С раскручиванием В.Быкова запоздали – на премию может претендовать только здравствующий литератор. И тогда начали подбирать другую кандидатуру. Имя Алексиевич прозвучало уже в 20013 году, но это не насторожило соответствующие службы и организации.
А тем временем, те, кто в эйфории от присуждения премии Алексиевич, руками студентов загоняют руководство БГУ в капкан, усилилось психическое давление этих сил на облисполкомы. Разыгрывается языковая карта, как и в июне 1953 года, когда хотели с помощью московских покровителей ошельмовать и отстранить от должности первого секретаря ЦК КПБ Н.С.Патоличева. Но тогда эту попытку сорвали живые ветераны-партизаны, с риском для жизни и карьеры, «грудью набросившись на амбразуру». Материалы этого Пленума недоступны в полном объёме. И не доведи Господь, если  руководство БГУ последует рекомендациям Министерства. Студенты ждут, когда к ним будут предприняты административные меры. Они же наследники «Бесов» Достовского. Ждут и не дождутся – когда же они – агнецы - станут «жертвами» произвола.
Читаю уже в Интернете. «У студента 2-го курса филологического факультета БГУ Глеба Вайкуля, участвовавшего в "Марше студентов" 2 декабря, во время зачетной сессии сложились проблемы со сдачей одного зачёта.
Этот зачет, по словам парня, ставился всем студентам "автоматом", но Глеб почему-то стал исключением, сообщает ПЦ " ".
Глеб Вайкуль два раза сдавал зачет, и каждый раз преподаватель Татьяна Шамякина (кстати, дочь советского писателя Ивана Шамякина - прим. БП) его не ставила, ссылаясь на неточности и неправильные формулировки. На третий раз молодой человек сдавал предмет уже комиссии: "5 января я сдавал зачет комиссии из трех человек, в том числе там присутствовала и Шамякина. Я ответил на все вопросы по билету, и два члена комиссии были согласны с тем, что я владею информацией по предмету и мне можно поставить зачет. Но Татьяна Ивановна говорила, что я отвечал неправильно, задавала дополнительные вопросы не по билету (обычная необходимая процедура при приёме зачётов и экзаменов – И.М.). Я отвечал и на эти вопросы, но в итоге она сказала, что хочет встретиться еще раз на пересдаче. Я удивился, потому что комиссия - последняя инстанция. Но я поверил авторитету преподавателя".
Но позже информация о пересдаче зачетов комиссии не подтвердилась, Глеб Вайкуле не смог дозвониться до преподавателя. А 6 января он увидел свою фамилию в списке студентов на отчисление.
Студент точно не может связать не сдачу зачета с участием в "Марше студентов", но он неоднократно слышал из разных источников, что его могут отчислить за активную позицию и открытое выражение своего мнения.»
Цитированный выше текст составлен автором, который не знает существа внутренней жизни вуза. Например, комиссия создается и её председателем обычно назначается завкафедрой, который командует процедурой приёма зачёта, он же и оглашает результаты решения комиссии, которое принимается в отсутствие студента. Откуда студенту известно мнение двух преподавателей.
Далее. Кто дал право студенту беспокоить преподавателя по телефону? По какому праву студенты-неучи приглашали ректора-академика на ковёр? До чего мы докатились, благодаря «чуткому» руководству Министерства образования?
Имея большой опыт работы с проблемными студентами, посоветовал бы руководству университета на сдачу экзаменов и зачётов такими студентами приглашать актив группы, ответы студентов запротоколировать и выложить в Интернет со своими комментариями.
Удивляет меня и позиция БРСМ университета, который бы самостоятельно разъяснил своим собратьям-неучам, чтобы они поменьше ходили по площадям и приёмам в иностранных посольствах, а засели за учебники.
В связи с этим вспомнилось определение классика: «Во всякой школе самое важное – политическое направление лекций. Чем определяется это направление? Всецело и исключительно составом лекторов.»
Каков же духовно-нравственный потенциал состава лекторов вузов? Не имея возможности в данной статьи широко рассмотреть эту проблему, освятим только только один аспект – отношения к истории Великой Отечественной войны.
Недавно моё внимание привлёк сборник статей, авторами которого были преподаватели, сотрудники и студенты одного из университетов. Как сказано в аннотации: “Материалы сборника будут полезны студентам и преподавателям в учебно-воспитательном процессе.” Приведём некоторые цитаты из одной из основных работ сборника с нашим комментарием (курсив).
Сястра Таццяна ўзгадавала, што ў падлектавым узросце бачыла нейкія фотавыявы продкаў у мундзірах з аксельбантамі. Захоўваць памяць аб дарэвалюцыйным у савецкі час было небяспечным, а бацка быў камуністам.
Комментарий. Мать автора и Татьяны вышла замуж в 1957 году, а подростковый возраст 12-16 лет, следовательно, описыываевые события происходили во времена Брежнева. О какой опасности хранения дореволюционных фотографий можно говорить?.
Мой дзед Барыс (по отцовской линии – И.М.) перад Другой сусветнай вайной у вёсцы быў кіраўніком дапрызывнай падрыхтоўкі. Вучыў маладых вайсковай справе.
У яго была хвароба страўніка – язва. Таму ў 1941 годзе на фронт не трапіў. Падчас акупацыі з сям’ ёю жыў у весцы Лісуны. Недзе праз год урач Ліхачоў зрабіў яму аперацыю ў нямецкім шпіталі, які знаходзіўся ў Оршы.
…Барыс гаспадарыў на ўласным кавалку зямлі. Маючы каня, вясною і восенню дапамагаў сваякам з іншых вёсак. У 1942 годзе сям’я займела, карову, авечак. Але неяк наступным летам здарылася жахлівае. Статак кароў захапілі партызаны. Яны забралі не ўсю жывёлу, частку кінулі ў лесе. Маёй бабулі казалі: «Бяжы ў лес, там нейкія каровы ходзяць, бяры сабе любую». Але ў яе на руках была маленькая дачка – Галіна, і яна не пайшла ў лес па карову. Так сям’я засталася без уласнага малака.
Комментарий. Возникает вопрос – за какие заслуги немцы Борису и операцию сделали в своём госпитале, и позволили заиметь огромное хозяйство? Может быть за то, что отказался идти в партизаны?
Далее. Какие это были партизаны? Как сельский житель, знаю, что деревенские знали всех партизан и их руководителей. Да и к лету 1943 года в истинных партизанских отрядах был наведен строгий армейский порядок И нельзя забывать, что в том же Оршанском райне было специальное немецкое управление по созданию лжепартизанских отрядов,.которые занимались грабежами. Для сельского жителя не убедительно, что хозяйка не пошла искать свою корову, грудной ребёнок не помеха.
И ещё один вагон грязи на партизан. «У 1944 годзе пасля вызвалення ў вёску прыйшлі “смершаўцы” і пабралі ўсіх мужчын на вайну, нягледзячы на існаванне ў іх хвароб, вялікай колькасці дзяцей і іншага. Па ўспамінах, некаторые, хітрэйшыя, прадчуваючы вызвалення, у пачатку лета пайшлі ў лес, нібыта ў партызаны. Выйшлі адтуль праз нейкі час пасля вызвалення, перасядеўшы ў лесе “хапун”. Так зрабіла сястра дзеда - Хадосся, якая ўгаварыла мужа Яўхіма Лазарэнку, адсядзецца ў лесе. Такім чынам, яны не трапілі адразу ў войска, калі навабранцамі затыкалі “дзіркі на фронце”. Сталі лічыцца ўдзельнікамі Вялікай Айчыннай вайны – партызанамі, некаторыя атрымалі пасады. Самі, а потым і іх дзеці і ўнукі карысталіся льготамі, у адрозненні ад тых, у каго бацькі загінулі на вайне.
…Мікалай Фадзеявіч, мой прадзед па бабцы Таццяне, аднойчы пасля войны, калі яму было каля 65 год, ён меў моцнае здароўе і аднойчы падчас сенакосу вырашыў паказаць мужыкам, як у царскім войску хадзілі ў штыкавую атаку, і паваліў чатырох мужчын, маладзейшых за сябе. Мой дзядька Сяргей, нябожчык, з павагаю казаў: “Увечары дзед браў бутэльку віна, кветкі і ішоў да чарговай салдаткі, а каб не заблытацца, запісваў яе імя”.
Комментарий. Стыдно читать такую ахинею от дипломированого историка, который должен мыслить обобщениями, а не выдавать единичные факты за историческую сенсацию, оскорбляя тысячи женщин, а тем более печатать такое в университетском сборнике, посвящённом ??? 70-летию Великой Победы, большинство авторов которого молодёжь.
У хуткім часе, як пачалася вайна, на адпачынак або перафарміраванне прыпынілася нейкая вайсковая частка (так в тексте, и к сведению автора, что войска, если и отводились на переформирование, то подальше от линии фронта  –И.М.). У невялікую хату маёй бабулі па маці размеркавалі чацвёра салдат. Iх знаходжанне запомнілася тым, што яны заразілі ўсіх каростай, а калі ад’ехалі, скралі лыжку і нож.
..Так як сям’я не ўступала ў калгас, яе вельмі моцна прыцяснялі ўлады. (так в тексте –И.М.) Моцна дакучалі зборшчыкі падаткаў. Пасля вайны бабуля палохала дзяцей: «Хавайцеся пад печ, чляны ідуць». Да хаты набліжаліся члены кампартыі і селсавета збіраць падаткі. Прычым прыходзілі со зброяй. Мая мама ўзгадавала выпадак: аднойчы не было чым плаціць падатак па мясу, “член” выхапіў наган і стаў палохаць бабулю, а тая ў роспачы закрычала: «Бярыце мяне на мяса!»
Коменнтарий. Автор, как историк, должен был, коль ему захотелось облить грязью и коммунистов, и работников сельсовета, проследить судьбу такого сборщика налогов. Был такой налоговик и в нашем районе, аналогичным методом угрожал моей матери, и не только ей. Но вскоре был осуждён на длительный срок.
И только одним предложением в статье, которая занимает 13% объёма сборника, сказано о зверстве фашистов:«Мой бацька і сёння хвалюецца, калі ўзгадвае, як аднойчы гітлераўцы на яго нацкавалі сабак».
…Пасля вайны была грашовая рэформа. У бабулі (по матери – И.М.) на той час было ўсяго 5 рублёў. Пайшлі ў краму набыць нешта карыснае. Але там ужо нічого не было, усе расхапілі іншыя. Каб не страціць і гэтыя грошы, набылі вяроўку! Па словах мамы, мабыць, как было на чым вешацца ад такого жыцця.
Я не указываю университет, в котором издан данный сборник. В университете проводятся разнобразные патриотические мероприятия, в которых активное участие принимают студенты. И не могу понять – почему цитированная статья увидела свет уже в трёх вариантах с одним и тем же антисоветским, антипатриотическим духом. Может быть решающим фактором стали обстоятельства, что автор пользуется большим авторитетом среди идеологического руководства области?
Таких примеров – легион.
В Институте информационных технологий БГУИР доцент В.И.Гуленко является единственным преподавателям, который читает студентам курсы: «История Беларуси», «История Великой Отечественной войны советского народа (в контексте Второй мировой войны)». Можно только догадываться о духовной направленности этих лекций. Им опубликована статья «Нас хотели поссорить». Мнение. В нашем сознании жив придуманный миф о бандеровцах». (АиФ в Беларуссии, № 40, 2011). 
В анонсе к этой статье сказано: «Бандиты и пособники немцев» - так сегодня чаще отзываются о бандеровцах в России и Беларуси. С таким определением в корне не согласен белорусский историк, к.и.н., доцент института информационных технологий БГУИР Владимир Гуленко. Он говорит о том, что украинские националисты сражались с немцами наравне с советскими партизанами и обвинять их в коллаборации нет оснований. Кроме того, украинские националисты в условиях войны разрабатывали программу государственного строя, которая оказалась идентична программе перестройки Горбачева.»
Не будем пересказывать полное содержание статьи, а ограничимся характерным последним разделом – «Хотели поссорить»: «Часто украинских националистов обвиняют в сотрудничестве с немцами во время карательных операций на территории Беларуси. Это делали коллаборанты, привезённые нацистами в Беларусь для разжигания межнациональных конфликтов, ОУН же, наоборот, заявляла о необходимости правозглашения белорусского государства, о чём было заявлено на съезде 18 народов подо Львовом, куда были приглашены и белорусские представители.»
А в кампании об очернении Елены Мазаник и плаче об уничтоженном ею Вильгельме Кубе, которого представляют защитником белорусского народа, обеспокоенным развитием национальной культуры, включились от академиков до киностудии «Беларусьфильм».
Так, преподаватель Барановичского университета В.Гарматный опубликовал обширную статью «Тайна смерти Вильгельма Кубе» (ВиЖ, № 6,7, 2009), в которой портрет Елены Мазаник рисуется чёрными красками: она малообразованная, развратная женщина, «девушка» адъютанта Кубе Виттенштейна, ей помогало в уничтожении Кубе СС и СД, весьма загадочна история устройства Елены на работу к Вильгельму Кубе и т.д.
Зато портрет Кубе в других красках: он высоко образованный и эрудированный человек, был не согласен с политикой местных органов СС и полиции по организации карательных операций, он заботился о развитии белорусской культуры.
О личностных политических взглядах самого Гарматного можно судить по официальному сайту университета. «С 18 по 24 ноября 2013 г. старший преподаватель кафедры социально-гуманитарных дисциплин Виталий Петрович Гарматный находился на научной стажировке в Международном экономико-гуманитарном университета имени академика Степана Демянчука (г. Ровно, Украина). МЭГУ имени С. Демянчука является давним и надежным партнером Барановичского университета, свидетельством чего является плодотворное и взаимовыгодное сотрудничество университетов, которое проявляется, прежде всего, в частых взаимных культурно-массовых мероприятиях и, главным образом, в концертах студенческих коллективов, ставшими уже постоянными и своего рода визитной карточкой в глазах друг друга. Сам МЭГУ также является молодым учреждением высшего образования (основан в 1993 г.), что в значительной мере сближает интересы и цели обоих университетов.
В рамках стажировки В.П. Гарматный присутствовал на мероприятиях, проводимых кафедрой истории МЭГУ, посвященных памяти жертв Голодомора 1932-1933 гг., посещал лекции и семинары преподавателей МЭГУ, ознакомился с ведением на кафедре истории учебной документации по преподаваемым кафедрой дисциплинам, а также работал с материалами Государственного архива Ровенской области в рамках диссертационного исследования. Сам город Ровно имеет давнюю историю (известен с 1283 г.), о чем свидетельствует богатая экспозиция Ровенского областного краеведческого музея.
Таким образом, научная стажировка стала одним из шагов на пути налаживания контактов между кафедрами БарГУ и МЭГУ, а в целом, сотрудничество белорусского и украинского учреждений высшего образования плодотворно влияет на качество образования в обоих университетах и способствует «народной дипломатии», которая, как известно, не знает границ.» (сайт http://greenbark19.rssing.com/chan-10531899/all_p4.html)
В российско-украинской кинокампании Staar Media и «Беларусьфильм» на нашей киностудии создан телевизионный сериал «Охота на гауляйтера», в котором Мазаник из подпольщицы-героини создали коварную женщину, которая, чтобы отомстить сопернице, совершила убийство Кубе. Бывший директор белорусской киностудии рекламировал данный сериал как высокорентабельный.
В белорусских типографиях поставлен на поток издательство книг такого же плана, которые подготовлены под руководством известного оппозиционера А.Е.Тараса.
Коль нам объявлена информационная война, то мы должны провести мобилизацию всех патриотических сил, способных пером и словом вступить в схватку с коварным врагом, растлевающих душу нашей молодёжи. Таких людей немного, способных говорить на языке, понятным молодёжи и донести до их сердец то, что нужно нам для сохранения спокойствия в государстве. В бушующем пламени Третьей мировой войны, жар которой уже обжигает нас, на первое место выходить боеспособное идеологическое обеспечения государственной политики.

Часть вторая

В выступлениях на мероприятиях, посвященных 70-летию Великой Победы, рефреном звучало, что «Победу у нас хотят украсть», что «Мы протестуем!», что «Нам объявлена информационная война». Нам объявлена война, но для ее отражения, защиты страны не принимаем мер, даже помогаем «ворам». Разве трудно заметить, что под флагом «антисоветизма» и «антирусизма» скрываются антибелорусские силы. Очень жаль, что в их рядах оказалось руководство Могилевского городского совета ветеранов. Оно поддержало своим решением переименование Советской площади. Их не остановило, что похороненные там защитники отдали свою жизнь не ради славы, а за советскую власть. При этом таблички  с новым названием площади появились едва ли не за одну ночь. И это на фоне, что годами в городе существует фантомная улица генерал-майора Ф.Бакунина. Еще большее удивление вызывает, что на этой фантомной улице расположена резиденция председателя облисполкома.
В городе существует Аллея Славы с портретами Героев Советского Союза, в биографии которых допущены грубейшие ошибки. Облисполком и горисполком на мое письмо от18.04.2014  ответили отпиской. «А воз и ныне там.»
Чтобы понять причину происхождения таких событий, следует обратиться к их истокам.
…В первый день войны  сбежали в тыл первые лица Брестской, Белостокской, Пинской и других областей, а затем и высшее руководство республики. Они дезертировали в тыл, стали примером для паники, не приняли мер для уничтожения секретных документов, которые попали в руки врага и немцы ими воспользовались сполна. Но народ Беларуси вместе с рядовыми коммунистами, воинами Красной Армии превратили Беларусь в республику партизанку. П.Пономаренко вместе с высокопоставленными кремлевскими чиновниками свою вину за трагедию Западного фронта сумели возложить  на его  командующего Павлова, которого быстренько расстреляли, чтобы не наговорил лишнего.
Новое руководство Западного фронта, усугубило положение, предприняв 6-8 июля 1941 года авантюрную бездарную операции, так называемый Лепельский контрудар, в котором только с нашей стороны участвовало более полторы тысячи танков (больше, чем в Прохоровском сражении с двух сторон). Немцы заманили в болотную ловушку наши танки, превратив их в неподвижные мишени.  В результате этого «контрудара» Западный фронт лишился двух боеспособных танковых корпусов, сын Сталина попал в плен, немцы сходу захватили Витебск и Смоленск и на пути их к Москве  оказались только разрозненные силы советских войск.
И  эту трагедию те же самые виновные лица сумели переложить на  защитников Могилева, которые показали невиданный пример героизма, спасая Москву. Поэтому    основной причиной не присвоения Могилеву города-Героя является опасения, что откроются не только эти страницы истории войны с указанием конкретных виновников, но и многое другое. О некоторых из них мы расскажем ниже, а для этого прежде приведём дневниковую характеристику, которую дал им партизан № 1 – Корж Василий Захарович.
«Пономаренко-то человек был хитрый, ехидный и большой подхалим. И сам, увы, любил подхалимов и разные там «тайны мадридского двора». И это не какой-то оговор его задним числом с моей стороны, а реальность. Я всегда об этом говорил.
Наш Пантелеймон Кондратович ещё в войну постарался обставить себя такими людьми, которые были ему выгодны. Пишу я это с болью в душе…
Уважаемый наш Пантелеймон Кондратьевич нутром своим чувствовал, что приближать к себе, выдвигать на руководящие  тех самостоятельных  товарищей, которые действительно заслуживают того по всем деловым принципам выдвижения, для него явно не выгодно. Ведь они будут отстаивать  свою линию, здравый смысл, интересы народа и дела, а не личные амбиции…» (Николай Смирнов, «Генерал Корж. Неизвестные страницы», Мн., 2014, с.222-223).
Для дискредитации  Коржа  был направлен А.Е.Клещёв. который прилетел на всё готовое 22 сентября 1942 года и  находился в партизанской зоне, сочиняя телеграммы о своей бурной деятельности, пока не получил  менее чем через год звания генерала, а затем и Героя.  Сразу смылся в тыл и находился там почти до освобождения Полесской области. После войны был назначен главой Правительства, но вскоре был освобождён за «грубые нарушения в подборе кадров». У Коржа была тонкая интуиция, и вот какую характеристику  он дал Клещёву ещё в довоенное время, хотя с ним близко не соприкасался: «Увидел я в тебе не идейного и правильного большевика, а скорее карьериста, любящего, между прочим, крепко «сосать государство». Подозревал его Корж и в путаных объяснениях поведения в начале войны, пытаясь в разговорах получить чёткое объяснения гибели товарищей, с которыми тот пробирался в тыл. Уже после войны, видя, как и в послевоенное время ведут себя на высоких постах лжегерои, Корж написал Клещёву в довольно резком письме: «…Как только началась война, ты, Алексей Ефимович, не дожидаясь того, что тебе скажет партия, в охапку схватил свою семью, погрузил на машины и со всем скарбом неорганизованно уехал из Пинска… Лишь после выступления Сталина 3 июля 1941 года партия тебя «отловила» и направила на укрепление отряда честнейшего человека, секретаря Пинского обкома Шаповалова и других товарищей. Но ты сам по себе так ничего и не организовал, а просидел  у батьки своего  в склепе  и партийное задание не выполнил.
… у нас с тобой, Алексей, мундиры одинаковые. Но я-то  свой получил  после долголетней борьбы с врагом за Советскую власть, после неоднократного  выполнения боевых заданий. И я теперь чувствую, что мундир этот я все-таки всей своей нелёгкой жизнью заслужил…
…А вот ты за год пребывания (1943-1944) на «боевых позициях» в тыловой гостинице «Москва» «хорошо» оформился – генерал, герой, секретарь обкома. Правда, фрица живого, на мушке, Алексей Ефимович, ты по-настоящему так и не видел…» (там же, с, 506 -507).
По признанию генерала госбезопасности Э.Нордмана, партизаны просили Клещёва не носить при них Звезду Героя.
Для нейтрализации  партизана № 2 – Шмырёва Миная Филипповича – в Витебской области «Клещёва» не нашлось, и был избран другой путь. Вызвав в Москву, его  подло отстранили от командования любимой бригады, и отлучили от необходимой борьбы с фашистами, в которой он топил своё личное горе и мстил фашистам за гибель своих детей.
Напомнив, что перед мужеством, духовной силой детей-заложников батьки Миная – 14-летней Лизой, трехлетним Мишенькой, 8-летней Зиной, 12-летним Сережей, которые содержались в неволе с 19 октября 1941 по февраль 1942 годов, - дрогнула даже фашистская охрана. Один из охранников позволил Лизе написать отцу письмо. И она написала: «Папа, за нас не волнуйся, никого не слушай,  к немцам не иди. Если тебя убьют, то мы бессильны и  за тебя не отомстим. А если нас убьют, папа, то ты за нас отомстишь.»
Про мужество и трагедию семьи Миная Шмырева узнал поэт-фонтовик Аркадий Кулешов и написал «Балладу о четырех заложниках».
  ...Іх вядуць па жытняй сцяжынцы.
Чатырох. Пад канвоем. З дому.
 Чатырнадцаць -
                            старэйшай дзяўчынцы, 
Тры гады хлопчыку малому…
Іх салдат да сцяны прыстаўляе,
Цэліць кат у льняныя галовы, 
Пачынае з сына Міная. Стрэл.
Упаў хлопчык трохгадовы...
Кат ізноў пісталет узнімае...
На сцяне заложнікаў цені..
Вось і ўсе. Перад бацькам Мінаем
 Станьце ўсе на калені.
Газету «Советская Белоруссия», в которой было напечатано стихотворение, переправили в партизанский отряд. Как вспоминает Антон Белевич: «Когда я закончил читать, Минай снова задымил своей черной прокуренной трубкой и в который раз припомнил пережитое. Говорит, а глаза полны слез. «Что я  тогда думал? Дети мои, дорогие, родные мои. Ну как вам передать, как поведать про боль мою? А что делать, что придумать?  В бой рвутся мои хлопцы, готовы головы за вас положить. Но как вести мне их на танки, на дзоты, под немецкие пушки? Перебьют… Не простят мне их дети, матери, жены, родная земля не простит… Да, страшные были дни, а того хуже – ночи. Чудилось: встают из могилы, тянут ко мне рученьки. Какой уж тут сон. Задремлю на минуту и все их голоса слышу: «Отомсти, батька, фашистам за наши муки, за смерть нашу. И я мстил! Я шел в самое пекло, под пули, но меня уже и пули вражьи не брали.»
Одно это стихотворение с рассказом о судьбе-балладе семьи Шмырева может заменить тысячи книг про войну, но странное дело – данное произведение «вышвырнуто» из школьной программы по белорусской литературе.     
Это стихотворение следовало бы разместить в новом  Музее Великой Отечественной войны. Но этого не сделали.     
Кто в этом был заинтересован?
Как пишет полковник госбезопасности Н.Смирнов: “…ближе к середине 1942 года, когда ситуация в партизанском движении несколько стабилизировалась и связь с Большой землёй наладилась, это обстоятельство не помешало отдельным из них (партийным руководителям –И.М.), в отличие от Василия Захаровича Коржа и других “партизан первого часа”, оказаться на “первых ролях” в качестве “истинных” организаторов сопротивления оккупантам. Однако утверждать это они начали, находясь уже в безопасном советском тылу. Вот в чём парадокс. (Николай Смирнов.Генерал Корж. Неизвестные страницы. Мн., 2014, с. 203-204)  
Кстати, после войны те, что ушли от нас с целью перейти линию фронта, оказались в более выгодном положении, чем мы, оставшись в глубоко тылу. По крайней мере, те, что дошли. Ведь они, добравшись, до Москвы и возобновив контакты с партийным и военным руководством, написали  своеобразные отчёты, что делали. Потом эти справки стали едва ли не единственными  архивными документами, касающихся тех трагических месяцев». (Э.Нордман, «Не стреляйте в партизан», Мн., с. 70)
Получается, что и само партизанское движение, чуть ли не вся боевая работа против оккупантов началась  лишь с  их прибытием. (там же, с.71). 
И они стали инициаторами изготовления не только фальшивых документы о своей бурной организаторской деятельности, но и уничтожения  важных документов.
Полковник КГБ в отставке, а ныне сотрудник Института национальной безопасности РБ военный историк Валерий Надтачаев долго изучал запутанную историю с минским подпольем. Вот что было установлено: «Как известно, именно Пономаренко и Цанава инициировали кампанию по дискредитации первого Минского горкома, ещё в 1942 году, распространив информацию о «принадлежности горкома к числу «центров, созданных гестапо». 
Были изготовлены фальшивые документы.» (Валерий Надтачаев, «Метаморфозы Минского антифашистского подполья», Бел. думка, № 9, 2013, с. -93)
По аргументированному мнению Надтачаева, опираясь на текстологическую экспертизу, авторов фальшивых документов следует искать среди сотрудников ЦК КП(б)Б и МГБ БССР.
Из-за этой провокации с документами   НКВД после войны были арестованы более 130 участников Минского подполья, среди них А.Л.Котиков. Он единственный член Минского подпольного горкома партии, который сумел сбежать из фашистских застенков. Был приговорен к 15 годам тюремного заключения.  Умер, не дождавшись реабилитации. (Евгений Барановский. «Долгое эхо одной провокации. Никто не забыт, ничто не забыто», «Звязда», 17.11.09)
В поисках истины нельзя доверять и противоречивым, во многом лживым мемуарам первых лиц государства того времени,  которые начали убегать в тыл с первых часов войны – это не преувеличение, а горькая констатация фактов. Так что родоначальниками паники стали горе-руководители, а когда её поддержали некоторые армейские чины, паника стала угрожающей.                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                         
Как пишет руководитель отделения военной истории Института истории Национальной академии наук Беларуси Алексей Литвин, опираясь на архивные документы: «С причины того, что до документов ЦШПД длительное время доступа исследователям не было, они, в основном, пользовались информацией, содержащейся в трудах П.Пономаренко. Однако до его трудов следует ставиться  критически, потому что там есть определённые расхождения с архивными данными, многие оценки деятельности руководителей партизанского движения имеют субъективный характер.» (Алексей Литвин, «Центральный штаб партизанского движения и Беларусь», Бел. гістарычны часопіс, № 5, 2007, с. -12)
Аналогичное мнение высказывал и Машеров.
В послевоенное время стиль работы Пономаренко не изменился, и он неоднократно подвергался острой критике в Политбюро ЦК ВКП. Все полагали, что он будет освобождён от занимаемой должности, но этого не произошло. По некоторым сведениям, жёны Маленкова и Пономаренко - сёстры. Уверовав  в свою непотопляемость, Пономаренко со своей командой начали присваивать для личного пользования  германские  трофеи, которые были предназначены белорусскому народу.  Их перевозили за государственный счёт самолётами гражданской авиации. Народ голодал, а верхушка купалась в роскоши. В это трудно поверить. Но это так. Приведу только один пример из книги Иммануила Иоффе «Пантелеймон Пономаренко. Железный стаалинист» 2014 года издания (особенно омерзительно читать страницы 182-194), в которой эти вопросы документально рассмотрены подробнее: «Тканями  и приёмниками руководители республики не ограничивались. Госконтроль (СССР –И.М) свидетельствовал: «В постановлении Совета Министров БССР от 6 июля 1945 г. за № 970, подписанном Пономаренко, говорилось: «Выделить со складов Белглавснаба при СНК БССР музыкальные инструменты в личное пользование руководящим работникам БССР, согласно приложению». К этому постановлению был приложен список 17 лиц «на получение трофейных музыкальных инструментов (пианино) в личное пользование.
Но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что получали для себя лично Пономаренко и другие секретари белорусского ЦК.» (с – 190)   
Также же беспринципным  при подборе кадров в послевоенное время характеризуется и Козлов, при этом  не только Коржом, но и другими серьёзными авторами публикаций, например, подполковником запаса, командиром партизанской бригады «Смерть фашизму» Иваном Дедулей и другими авторами.
Как только Мазуров возглавил компартию Беларуси, на его имя стали поступать многочисленные письма от подпольщиков и партизан       с надеждой на справедливость. Для рассмотрения дел о партийном руководстве подпольной работой в Минске была создана комиссия, которая работала более двух лет. Но комиссию возглавил … В.И.Козлов, который имел прямое отношение к искажению истории подпольной работы, истории партизанского движения.
В такой обстановке можно ли было реабилитировать невинно оклеветанных патриотов? Могло бы стать знаковым в судьбе минского подполья 7 сентября 1959 года. В этот день на специальном заседании бюро ЦК КПБ рассматривались итоговые документы работы комиссии. Доклад от имени комиссии делал секретарь ЦК КПБ Г.С.Горбунов. Заседание длилось целый день, но при принятии постановления оказалось, что итоговые документы работы комиссии не подписал один человек – ее председатель, В.И.Козлов.
Свое решение он мотивировал тем, что в документе фигурируют фамилии непроверенных военнослужащих И.П.Казинца (звание героя присвоено 8.05.65 – И.М.), Н.С.Никитина, В.И. Ничипоровича  (к этой фамилии мы ещё вернёмся).
Козлову, как никому другому члену комиссии, было известно, что еще при жизни Сталина Ничипорович был полностью реабилитирован, ему посмертно вернули воинское звание, ордена и медали.
Никакого решения не было принято.  Силы, стоящие за «спиной» Козлова, оказались могущественнее возможностей Мазурова и его команды. 
По этому поводу возникает ряд вопросов. Почему мнение одного человека перечеркнуло все выводы комиссии? Уже в этом принципе нарушение законности.
Фальсифицированной оказалась и история подпольного движения  в Могилеве. Назначенный руководителем и организатором подполья в Могилёве где-то после 1950 года К.Ю.Мэттэ таковым не являлся. Он подозревался в сотрудничестве с немцами и находился под следствием, но странное дело, был выпущен на свободу. Я встречался с одним из следователей  по его делу, и он подтвердил, что из материалов следствия не вытекала его организаторская роль. Это подтверждается и отчётами подпольных групп, которые имеются в фондах областного краеведческого музея, и направленной в партархив ЦК КП(б)Б справки Могилёвского бюро обкома партии об истории создания и деятельности Могилёвского подполья, данные которой расходятся с фигурирующими в печати.
 Постановление Могилёвского КП(б)Б от 18/v -1950г. «о деятельности подпольных патриотических групп в г. Могилёве в период его временной оккупации немецкими войсками»
«1.   Признать, что в г.Могилёве в период его временной оккупации немецкими войсками существовали отдельные патриотические группы советских граждан, поддерживающих связи с командованием партизанских отрядов и проводивших подрывную работу против немецких властей. Эта работа выражалась в распространении патриотических листовок, добывании разведывательных данных, а также в выполнении отдельных заданий партизанского командования, т.е. выполнении функций, связанных с партизанскими отрядами.  
2.    Утвердить прилагаемый список участников подпольной патриотической деятельности в количестве 172 человек.
3.	Список участников патриотической деятельности и все материалы, характеризующие их работу, направить в партархив ЦК КП(б)Б.
                 Секретарь Могилевского обкома               И.Карасёв
В фондах областного краеведческого музея мне удалось отыскать интересное письмо Мэттэ от 25 сентября 1947 г.:
Секретарю Центрального комитета КП(б) Белоруссии
товарищу Гусарову
Председателю Совета Министров БССР 
товарищу Пономаренко
От Мэттэ Казимира Ульяновича
Вопрос о признании и оформлении Могилёвской организации «Комитет содействия Красной Армии» к настоящему времени стал настолько наболевшим для участников этой организации, что  говорить о нём необходимо со всей определённостью и решительностью.
Почему он до сих пор не был решён положительно?
В основном не произошло это по двум причинам:
Во-первых, сам характер создания и первоначальный период  деятельности Мог. подп.организации «Комитет содействия Красной Армии»(1941-42) не совсем ясен для местных подпольных партийных органов райкома и обкома.
Во-вторых, же местные органы и ответственные лица, которым надлежало бы уже давно разрешить данный вопрос и представить его в соответствующем действительном положению виде перед высшими органами, не только не занялись серьёзно этим и не внесли никакой ясности, а, наоборот, остались пассивными в этом отношении или же дошли до безусловно неправильного утверждения, что хотя    Мог. подп.организация «Ком.сод.Кр.Арм.» и существовала, но она будто бы ничего полезного для Советской Родины не сделала (последнее решение Мог.обкома КП(б)Б -1947г.)….
Материалы следственного дела находятся в архиве областного КГБ и  засекречены? От кого? Мэттэ не только освободили, но и постоянно награждали. Он имеет два ордена и 13 медалей, большинство из которых получил в 70-десятые годы. Такого количества наград не имеет ни один организатор подпольного движения. А в 1989 году ему позволили ещё издать и мемуары, лживые уже с первой страницы. 
Так он пишет, что до начала бомбёжек Могилева (интенсивно начались с 25 июня 1941 года –И.М. ) его пригласили в обком партии и объявили, что он оставляется на подпольной работе  для организации сопротивления оккупантам. А на другой день он был на квартире начальника областного управления госбезопасности П.С.Чернышева, который познакомил его с капитаном госбезопасности В.И.Пудиным. (Оперативный работник любого ранга принимает по служебным вопросам нелегальных работников только на конспиративных квартирах. Это азы оперативной работы). Далее. Пудин прибыл в Могилёв  12 июля. Но это еще не все выдумки первых страниц воспоминаний. 
Чернышёв в своих воспоминаниях (исчезли после 1972 года) пишет, что первый секретарь обкома партии И.Макаров сообщил ему 10-11 июля, что от обкома партии уполномоченным по организации подпольной работы назначен Я.Никифоров (сбежал - И.М.), с которым он должен встретиться и  обсудить вопросы предстоящей  работы подпольных групп в условиях оккупации.
Чернышев встретился с Никифоровым на частной квартире и сообщил тому пароль для связи с руководителем оперативной группы Пудиным, направленного в Могилёв НКГБ СССР).
Известно, что подбором кандидатур для организации подпольной работы и партизанского движения занимались секретари ЦК КПБ П.Калинин и И.Ганенко. И вот что пишет в своих мемуарах Калинин в ранге руководителя БШПД: «В одной из радиограмм я попросил комбрига К.М.Белоусова сообщить подробности о «КСКА» и о его руководителе К.Ю.Мэттэ, фамилия которого мне показалась похожей на немецкую. Кто он? В то время я так и не получил ответа.»
Так кто же был инициатором создания КСКА, и с какой целью он был создан,  когда Мэттэ стал его руководителем?
Выжившие подпольщики и могилевчане не признавали Мэттэ руководителем подполья, он уехал на постоянное место жительства в Боровляны, но и там общественное мнение догнало его.
До ареста он работал преподавателем в пединституте с 1944 года. Из личного дела вырвано ряд листов, но в деле осталась собственноручная подпись на латинский лад - Mette. Да в ту пору за одну такую подпись не избежать бы наказания. И ещё одна странность. Отчёт одной из крупнейшей подпольной группы авторемонтного завода, переданный в партизанский отряд исчез, а её руководитель Батура Н.И., когда нависла угроза ареста, ушёл в партизаны и там «нелепо» погиб. 
Минские анонимные авторы Могилёву назначили уже нового организатора подпольной работы – Романа Козлова (Белорусская военная энциклопедия – И.М.). В своих воспоминаниях, которые хранятся в областном краеведческом музее¸     он ни словом не обмолвился о своей руководящей роли. Да и не было в ней необходимости. Организаторы обороной Могилёва заранее предусмотрели об организации подполья, когда каждая группа замыкалась на конкретный партизанский отряд. Этим самым повышалась надёжность от массовых провалов. После войны не был проведен аналитический анализ  провала групп в зависимости от степени осведомлённости о них Мэттэ.

Часть третья

Фальсификация и исчезновение документов привело к тому, что даже работники архивов  не всегда могут правильно осветить  многие запутанные дела, а собственное трактование должностными  лицами понятия «невмешательство в тайну личной жизни» приводит к прославлению лжегероев. А если к таким события прямо или косвенно причастен чиновник высокого ранга, то обнародования таких фактов приравнивается к разглашению государственной тайны  
Например, взрыв, прогремевший в 1943 году в Минске в городском театре, организовали партизаны - думали, что на представлении будет Кубэ. А тот пришел на утренний спектакль вместо вечернего. В результате этого взрыва погибло очень много немецких офицеров. Был пущен слух, что он организован немцами, которые тем самым хотели обострить отношения между местным населением и подпольщиками. Хорошо известно, кто сочинил эту байку, и кто её озвучил.  В 60-х годах прошлого столетия еще были живы свидетели, могли многое прояснить. Но им не позволили. Тем самым очернили подпольщиков, совершивших героический подвиг.
Или второй пример, как его излагают архивисты: «В 1976 году сын комиссара партизанского отряда имени Суворова бригады имени Молотова Б.Михайловского обратился с запросом: почему в 1943 году был расстрелян его отец? Оказалось, что его убил командир отряда Б.Лукашук. Когда стали тщательно во всем разбираться, выяснилось: комиссар сделал замечание командиру, за что и получил от того пулю.»
Но в книге «ОУН - УПА в  Беларуси 1939-1953г.г., Документы и материалы, Мн., «Вышэйшая школа». 2011г.» приводится  иная трактовка этих событий. Так в докладной А.Е.Клещева Пономаренко о борьбе с украинскими националистами, Лукашук представлен украинским националистом (с. 104-105).
17 мая 1943 года поступила  телеграмма Клещева в БШПД «О разоблачении командира партизанского отряда им. Суворова как  украинского националиста» и завершённого судебного разбирательства (с. 40-41).   
 Но когда в  1975 году  следственный отдел УКГБ при СМ БССР  по Брестской области возбудил уголовное дело по факту убийства бывшего комиссара партизанского отряда им. А.С.Суворова бригады им. В.М.Молотова Пинского соединения  Бориса Николаевича Михайловского , 1912 г.р.,  и других партизан этого же отряда, то было установлено, что в ночь с 29 на 30 марта 1943 года  в одной из землянок  в урочище Полагин  в районе д. Большие Болоты Кобринского района  были убиты партизаны отряда: Б.Н.Михайловский (комиссар отряда), Н.П.Козырев, М.М.Михайлов (командиры взводов), И.В.Ершов, И.Г.Снидко (командиры отделений). Убийство совершили по приказу командира отряда Бориса Константиновича Лукашука, 1901 года рождения, партизаны 3-й группы отряда. В апреле 1943 года межрайштабом  и партизанами отряда проведено расследование убийства, а также сделано заключение, что Б.К.Лукашук и другие лица, признанные виновными в совершении преступления, являлись украинскими националистами, имели связь с украинским националистическим подпольем. Признанные виновными были расстреляны. Однако  документальных материалов, свидетельствующих о связи Б.К.Лукашука и других лиц, причастных к убийству,  с украинскими националистами, а также данных, подтверждающих принадлежность этих лиц к организации украинских националистов, не было обнаружено. В результате уголовное дело было прекращено в связи со смертью вышеупомянутых лиц, а по некоторым партизанам, выполнявшим приказы Б.К.Лукашика, прекращено в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. (НАРБ, Ф, 1407. Оп.1, Д. 187, С. 452) 
Можно ли согласиться с выводами, что в данном деле поставлена точка, как и в гибели М.Ф.Языковича  7 апреля1943 года и И.П.Урбановича, о котором пишут, что он погиб при выполнении боевого задания. В то же время на памятнике ему на кладбище  в Гута-Михалине написано – злодейски убит 10 июля 1944 года. Местные жители хорошо знают убийц. 
По мере увеличения дистанции времени со дня Великой Победы, ухода из жизни важных свидетелей тайной борьбы белорусского народа против фашистских оккупантов, уничтожения в послевоенное время документальных свидетельств, определённые силы стали вновь представлять разоблачённых лжегероев  видными участниками подпольной работы, как это имеет место, например, в отношении Дерибо Прасковьи Иосифовны. Её представляют неосведомлённому читателю жертвой недоброжелателей, которые получили поддержку облисполкома.
Изложим  суть событий    многочисленных однотипных статьей.
Итак. До войны Дерибо работала почтальоном. Когда в первые месяцы оккупации Могилёва немцы разрешили забирать из концлагерей  родственников, Дерибо стала разыскивать своего брата. Увиденные условия содержания пленных советских солдат поразили её, и она стала собирать продукты, медикаменты, одежду и передавать узникам. Тем самым она спасла от голодной смерти многие сотни советских военнопленных. И чтобы ей проще было осуществлять свою миссию,  она облачилась в монашескую одежду и с иконой в руках проникала в госпиталя, концлагерь и смело наступала на охранников, которые отталкивали её, били прикладами. И чтобы ей проще стала работать, заполучить пропуск, она поступила на службу в общество «Самопомощи» при городской управе (обратим на это особое внимание – И.М.).
В городе заговорили о «монашке», которую видели в людных местах, она умела убеждать людей помогать узникам и больным. Объёмы собранных ею продуктов и освобождённых с её помощью пленных, поражают (так областная газета «За Радзіму» от 30 сентября 1945 года сообщает, что за 3 года она собрала только одной соли 500 пудов, более 3 тысяч военнопленных вырвалось из плена). Она не была связана с подпольными  группами или партизанскими отрядами, но, несомненно, знала таких людей и имела с ними контакты (какие беспечные в Могилёвской области  руководители подполья и партизанских отрядов – И.М.). Некоторых узников она сама направила  в партизанский отряд Белоусова, сообщив адрес связного. Однажды она выпросила    домой шесть безнадёжных больных красноармейцев. Выходила, вылечила их – они тоже ушли в лес.
Она постоянно рисковала, и её деятельность привлекла внимание гестапо. Первый раз её бросили в тюрьму по доносу полицейского осенью1941 года и приговорили к повешению. Но она упорно твердила, что является монашкой и помогает пленным из божьего милосердия. Дерибо «успешно прошла испытание на детекторе лжи в лице приглашенного экзаменатора-священника» (какие наивные и глупые гестаповцы – И.М.).
Второй арест был в 1943 году, но она чудом осталась жива.
Закончилась война. 2 августа 1945 года Прасковью Дерибо пригласили в Минск и сам Пономаренко  вручил ей медаль «Партизану Отечественной войны I степени (Данный факт вызывает удивление, когда Ф.А.Крылович награждён был только медалью «Партизану Отечественной войны II степени не только за многие дерзкие   диверсии, но и за самую результативную диверсию в истории Великой Отечественной войны, в результате которой было уничтожено только новых немецких танков, не дошедших до Курской дуги, месячное производство, за что по приказу Гитлера было арестовано 8 генералов, некоторые расстреляны. (Легендарному организатору партизанского движения   В.З.Коржу ставили в вину, что он тесно сотрудничал с православными священниками-патриотами, которые своей деятельностью фактически окормляли партизанское движение).
Дерибо была назначена персональная пенсия. Но, вдруг, в 1961 решением облисполкома  её лишили и пенсии, и награды.
Причина? По мнению авторов, Дерибо обладала сильным и независимым характером, говорила, в том числе и начальству, правду в глаза. Были у неё недоброжелатели  и среди тех, чьи родственники  служили в полиции. На Дерибу в облисполком написали жалобу, обвинив её в сотрудничестве с немцами, а её помощь раненым была прикрытием. Созданная комиссия сделала вывод, что Дерибо в годы оккупации работала на пользу немцев, что особая пенсия и награда получена ею не заслуженно. 
Дерибо не смирилась и стала писать жалобы в Минск и Москву. В декабре 1966 года на  направленное ею письмо в ЦК КПСС ответили, что «вопрос  рассмотрен на бюро обкома партии, оснований к назначению ей персональной пенсии нет».
Нет о ней ничего в архиве областного КГБ. 
Авторы статей о Дерибо обвиняют «власть имущих» в том, что  они забыли самоотверженную деятельность во время оккупации Дерибо, предали её забвению, что о ней нет сведений  ни в одной из книг о Могилёве. (В Могилёвском областном краеведческом музее имеется стенд) 
Почему-то авторы этих статей обходят молчанием некоторые пункты  Постановления облисполкома  «О лишении Дерибо Прасковьи Иосифовны персональной пенсии», как-то:
3. Поручить Управлению госбезопасности при СМ БССР по Могилёвской области дополнительно провести расследование по делу Дерибо П.И., 
  и справку подготовленную, инструктором отдела пропаганды Н.Стукаловой в июне 1966 года. В неё говорится, что « Объективно Дерибо помогала пленным, но лучшие продукты съедала сама и делилась с немцами.
Для ответа на письмо Дерибо, которое она направила в Москву в 1966 году, она была приглашена в обком партии, где ей в присутствии  инструктора административных органов обкома партии М.А. Кушнерова (жив-здоров в настоящее время - И.М.) и  сотрудника КГБ Самцова были  предъявлены ведомости на получение зарплаты Дерибо,  подписанные начальником концлагеря (Кто был заинтересован в исчезновении этих документов?- И.М.) и предъявлены обвинения, что после посещения Дерибо из концлагеря исчезали видные коммунисты, комиссары.
После этого Дерибо жаловаться перестала.
Меня удивляет, что мы не предприняли усилий для восстановления незаслуженно забытых или оклеветанных истинных героев. Приведём только некоторые примеры по Могилевской области.
Сумченко Степан Сергеевич организатор партизанского движения, начальник штаба, а затем и командир отдельного самого боеспособного в Осиповичской зоне  партизанского отряда № 210, затем возглавлял разведку в Осиповичской зоне. Опытный разведчик погиб вместе с другими бойцами при выполнении боевого задания. Их выдал предатель, люди знают, но фамилию боятся называть. (Могилевский поисковый вестник, № 7, 2012г., с. -195)
Кто покровитель этого предателя?
Если подвергнуть публикуемые статьи, посвященные событиям Великой Отечественной войны, тщательному анализу, а именно, поставив вопросы:
а)   какова предполагаемая аудитория читателей данного материала?
б)  что нового в данном материале?
 в)  какие предложения вносит автор в реализацию лозунга «никто не забыт, ничто не забыто»? – приходишь  к неутешительному выводу.
За примерами ходить далеко не надо. Ограничимся изданиями военного ведомства.
Так, в журнале «Армия» № 2 за 2012 год опубликована статья Сергея Крапивина «Супердиверсант»,  в которой описывается диверсия, совершённая Ф.А.Крыловичем.
Крыловичу посвящено множество статей, в том числе и в книге «Память» Осиповичского района, изданной в 2002 году.  А безымянные утверждения, что «под зачёт» осиповичской диверсии звание Героя Советского Союза получили четверо руководящих товарищей из  разных партизанских ведомств» (В Интернете их фамилии указываются – И.М.), что  Крылович совершил ряд дерзких диверсий, но ни за одну не получил соответствующей награды. Для оправдания такого положения лжегерои и их покровители придумали  версию, что «Крыловичей у нас много». Даже на могильном памятнике  красуется надпись «Активный комсомолец-подпольщик» в годы Великой Отечественной войны». Действительно, активных комсомольцев-подпольщиков у нас  было десятки тысяч, а Крылович-подрывник один не только в масштабах Беларуси, но и  всего мира.
«Крылович раз за  разом оказывался в нужное время  в нужном месте, а не тот товарищ, который руководил партизанским движением из  обшитой парашютным шёлком землянки» (периодически набираясь сил в гостиницах Москвы, когда С.С.Сумченко оставался единоличным руководителем партизанского соединения в Осиповичском районе – И.М.)
И ещё один вывод делает Крапивин: «Пусть, мол, в иных державах с их культом индивидуализма скрупулёзно отмечают персональные достижения, учреждают  всякие там книги рекордов Гиннесса. А у нас подход иной. Человек сам по себе – ничто. Руководящая и направляющая сила – это всё!»
Будь «прихватизаторам»  подвига Крыловича дана соответствующая своевременная оценка их действий и были бы обнародованы их имена, не продолжалась бы оскорбительная политика к светлой памяти  Ф.А.Крыловича.
В 2009 году на собранные населением средства в Осиповичах поставили памятник Крыловичу  и  разместили его «у чёрта на куличках» - где очень редко ходят по служебным делам  только сотрудники железнодорожной службы. Такое размещение памятника, а не на привокзальной площади, обосновывали, что там совершена диверсия. В таком случае Ивану Сусанину следовало ставить памятник на болоте. И не только Сусанину, но и братьям Цуба.
В то же время памятник дважды Герою Советского Союза С.Ф.Шутову был в соответствие с положением  сооружён в его родной деревне  Дворец, но затем по решению местных властей перенесён в городской посёлок Глуск. Так следует поступить руководству Осиповичского района и на постаменте сделать правдивую надпись.
А пока даже ветеранская организация Могилёвского отделения железной дороги не поддержала моё предложение – присвоить дизель-поезду линии Осиповичи-Могилёв имя Крыловича, и строить патриотическую работу вокруг имени Ф.А.Крыловича. Их я высказал на личном приёме у бывшего председателя Могилёвского областного Совета М.П.Рудника.
Вызывает сожаления, что в подготовленном ветеранами Могилёвской железной дороги к 100-летию Белорусской железной дороги в роскошном трехтомнике «Память: события, факты, люди. Могилёвская железная дорога.», изданном в 2006 году, Крыловичу, как и другим активным участникам Великой Отечественной войны, не нашлось достойного места, в отличие от нынешних руководящих лиц.    
Замечу, что самые активные подпольные группы в Могилёве действовали на железнодорожном узле.  Железнодорожники и приданные им военизированные службы проявили массовый героизм и в организации обороны Могилёва, и в эвакуации в тыл оборудования и людей. Это и есть благодатный материал для патриотического воспитания.
Или вторая статья о рано подло загубленном таланте организатора партизанского движения полковнике В.И.Ничипоровиче – «Несгибаемый комдив». Её подготовил полковник госбезопасности в отставке Н.Смирнов и опубликовал 19 августа 2015 года  в «Белоруской военной газете. Во славу Родины».
Мы остановимся только на некоторых выводах автора после описания ратных подвигах комдива. Ничипорович был оклеветан, ибо многое видел и знал об осыпанных наградами любимцах П.К.Пономаренко, как и о нём самом. Он их специально вызывал в Москву, как сказано, для получения информации положения в районе из первых уст. В этом не было никакой необходимости, так как секретари ЦК КПБ и комсомола постоянно наведывали  Кличевскую партизанскую зону. Да и какой уровень военного мышления мог быть у заведующего военным отделом райком партии Я Зайца и у военветфельдшера В.Свистунова, которые пытались саботировать  боевые приказы Ничипоровича.
Итак, «Согласно логике лиц, состряпавших это дело, выходило, что его пригрели предатели из созданного немцами Минского лжегоркома партии. Генерал-майора Ничипоровича начали обвинять в измене Родине. Выискивали противоречия и несовпадения в его показаниях. Это грозило расстрелом. Видно, сильно мешали кое-кому из руководящих партийцев, надолго занявших круговую оборону в комфортабельных «партизанских землянках» гостиницы «Москва», заслуженная боевая партизанская слава Владимира Ивановича, повышение в звании, новое высокое назначение и большие карьерные перспективы…
Но он не согнулся и никого не оклеветал. У генерала оставался лишь последний выход. И в конце 1944 года в знак протеста Владимир Иванович начал голодовку. Спустя месяц, 31 января 1945 года, он умер в тюрьме от истощения. А в 1951 году был арестован министр госбезопасности В. С. Абакумов, и начался частичный пересмотр дел безвинно пострадавших. В 1952 году генерал-майор В. И. Ничипорович был полностью реабилитирован. Спустя десятилетия сняли страшное клеймо предательства и с Минского подполья, а в 1990 году — с И. К. Ковалёва…»
Какие выводы сделает для себя молодой человек, молодой офицер, прочитав такие статьи? Отдавать жизнь за Отечество они их не вдохновят. И неужели полковник госбезопасности  не знает, что в таких случаях следует не в газету статьи писать, а готовить материалы по возбуждению уголовных дел по определённой статье Уголовного кодекса против высокопоставленных в прошлом лиц. А не размазывать их вину на многих честных  партийцев, с первого дня вставших в ряды защитников. И не следует забывать, что в трудных ситуациях звучал клич – коммунисты и комсомольцы вперёд!
В условиях нынешней обстановки, когда даже к ещё  сохранившимся документам затруднён допуск, основной базой написания статей являются лживые мемуары и сомнительного содержания документы, что приводит к очернительству истинных патриотов и в настоящее время, одной из жертв которой стал и мой дядя - Мартынов Василий Исакович. Это не плод фантазии автора, а горькая реальность. 
12 июля 1941 года дядя 18-летним юношей был призван на службу и провоевал  до последнего дня войны  командиром отделения в роте связи разведбатальона.  Награждён орденом Славы третьей степени, за форсирование Днепра, Орденом Отечественной войны второй степени, орденом Красной Звезды, многими медалями. Сразу после войны принимал участие в ликвации бандеровских банд, в одной из операций получил от бандеровца удар кованым сапогом по левой почке (последствия проявились позднее). Обучаясь в Каунасской школе по подготовке командного состав милиции, принимал участия в борьбе с «лесными братьями». Сутками приходилось сидеть в болотной жиже, выслеживая их логово. Выезжал и в Могилеве на ликвидацию банд. 
Являясь самым образованным среди сотрудников милиции, обладая огромным оперативным мышлением, а его обходили и с наградами, и с продвижением по службе.  Я расскажу только о последней его операции.
Житель Белыничского района д. Задруцкой Слободы, возвращаясь из Минска, остановился в Березино и потребовал у буфетчицы автовокзала деньги, и когда та отказалась выполнить его просьбу, нанёс ей около шестидесяти ударом шилом. Получив сообщение и определив наиболее вероятное место укрытие бандита, дядя сам выехал лично на его задержание, зная, какое это трудное и опасное дело. Вместе с офицером Стрежем они быстро нашли предполагаемый дом матери убийцы. Дядя зашёл в дом, а помощник остался вести наружное наблюдение. По непонятной причине Стреж пропустил бандита в дом, который, увидев дядю, выхватил пистолет и стреляет в упор, но пистолет дал отсечку. Дядя стремиться стрелять по ногам преступника, но мать преступника хватает руками дядю сзади, и её сын, выбив окно, пытается скрыться,  но далеко убежать не успел. Милиция блокировала его в перелеске и вызвала на помощь внутренние войска. Вместо достойной оценки  действий по задержанию опасного преступника, имеющее  на дядю  «зуб» высшее руководство, усиливает  его моральную травлю. Устав от постоянных придирок, он покидает органы милиции. Травля его памяти продолжается и в настоящее время.
В 2003 году к 85-летию издана объёмная монография «85 лет на страже правопорядка и законности. «Могилёвская милиция», а в 2013 году   появился роскошный буклет «Могилёвская милиция: история и современность, 95 лет Могилёвской милиции.» В них перечислены поимённо все бывшие и настоящие начальники райотделов милиции области. Но в них  нет фамилии дяди, как и других участников войны. В то же время этих изданиях перечислены скомпрометировавшие себя во время войны  сотрудники милиции.» Особенно на пустом месте создан и поддерживается миф – «легенде Могилёвской милиции» в лице её бывшего начальника Сыромолотова Василия Ивановича, которому приписали видную роль организатора партизанского движения, должность комиссара 2-го Хотимского партизанского отряда, что не подтверждается ни архивными документами, ни свидетельскими показаниями. И получается, что даже высокопоставленные сотрудники правопорядка в своих мемуарах и выступлениях опираются  не на документы, которые засекретили, а на  противоречивые издания или сомнительные факты. Так, в интервью газете СБ 9 ноября 2010 года ветеран внутренних войск  подполковник В.Тарасевич утверждает: «…В 1964 году вторую роту в/ч 3214 перебазировали в Белыничи. Нужно было искать преступника, который напал на милиционера, ранил и забрал пистолет. Утром мы туда приехали, а вечером его уже задержали вместе с милицией, рассказывает Василий Григорьевич. -   Пришлось побегать за ним по лесам  и деревням.»
Умирал дядя на моих руках, умирал как солдат. В последние недели жизни, обездвиженный, в забытье он отдавал последние приказы в своей земной жизни: «Тяни провод!…  Тяни  провод!... Давай связь!» и порывался подняться в свою последнюю атаку.
Прошло уже ровно полувека, но жители Белыничского района  добрым словом вспоминают своего начальника милиции, как строго, но справедливого и честного руководителя. Моральная травля  памяти дяди не прекратилась. Я не ошибусь, если скажу, что в органах милиции в послевоенное время нет равной личности по самоотверженности, преданности делу, готовности пожертвовать собой для защиты покоя людей. На его примере можно воспитывать молодое поколение сотрудников милиции. А что мы видим на деле? 
К чести нового руководства областного управления милиции они нашли в себе мужество подняться выше корпоративных интересов  и не стали умножать ложь. На стенде, на котором имеются с фотографиями сведения обо всех предыдущих руководителях, уже  не упоминается  Сыромолотов. Это для внутреннего употребления, но остаются статьи, книги, экспонаты в музеях. Какая информация будет востребована, коль в здание милиции «посторонним вход запрещён». Такие вопросы следует решать на государственном уровне. Мне представляется, что фотография Сыромолотова должна быть размещена  с припиской – запятнал свою честь. И это нужно делать для назидания ныне живущим, что все их неблаговидные дела со временем станут известны, и тень позора падёт  на последующие поколения родственников. 

Часть четвертая

Третья мировая война закончилась распадом социалистической системы и разрушением Советского Союза. В бушующей Четвёртой мировой войне основной ударной силой стал внутренний враг, с которым мы не умеем бороться, применяем в основном административные методы. Мы не осознали серьёзнейшую опасность, которую несёт перекодировка не только исторической, но и генетической памяти народа. Красноречивым примером перекодировки и конкретных высокопоставленных покровителей прозападных сил, которые вопреки мнению народа  России на милицию навесили личину полицаев. Какие чувства переполняют ветерана войны, когда он для своей защиты вынужден обращаться к полицаям, с которыми вёл беспощадную борьбу? Далее. Эти же силы для реабилитации Гитлера и обвинения Сталина в развязывании Второй мировой войны  усилиями партии Единая Россия и подпевающей ей ЛДПР блокируют принятие закона Жертвы фашизма. Еще хуже положение  в Белоруссии, где уже официально нет малолетних узников. Их перекодировали на остарбайтеров, а это название для подсознания является составной частью более широкого понятия – гастарбайтеры. Справочное издание «Белорусские остарбайтеры» (дословный перевод - Белорусские восточные рабочие) отмечено Государственной премией. Тем самым с Гитлера снята главная статья преступления по приговору Нюрнбергского трибунала – преступления против детей.  И такая политика началась не вчера, и даже не позавчера. Обратимся к недалёкому   прошлому.
Запуск первого искусственного спутника повёрг руководство США в шок. Созданная конгрессом США комиссия пришла к выводу, что основноё преимущество Советского Союза, позволившее ему совершить стремительный прогресс в научном направлении,  - превосходство в организации системы образования, высоким уровнем математического мышления и духовной культуры.
США поставили задачу – лишить Советский Союз лидирующих позиций, что и было осуществлено активизацией доктрины Далесса по духовному разложению молодёжи    путём продвижения на высокие государственные посты некомпетентных продажных людей, особенно с сомнительной биографией их или ближайших родственников через огромные финансовые потоки по различным каналам, в том числи религиозным.
Так волюнтаристским решением Хрущёва под маркой повышения научного уровня  системы среднего образования  была навязана коренная реформа системы образования. Она стала строиться на вузовских принципах. Но это тоже самое, что начать кормить ребёнка с первого дня рождения взрослой пищей. Естественно, систему образования начало лихорадить. Но прозападные подпевалы в педагогической среде при покровительстве высокопоставленных чиновников (они теперь открещиваются от своей деятельности, сваливая вину то  на Брежнева, то на Горбачёва, как Хрущёв на Сталина) недовольство педагогической общественности, родителей, учеников сумели перенаправить на учителей и преподавателей. Дескать, они завышают требования к учащимся и студентам, что знание математических формул не обязательно, следует научить пользоваться справочником (но если не надо знать математические и физические формулы, то зачем знать таблицу умножения, что мы и наблюдаем), что чёткую систему развития памяти с учётом возраста отождествили со схоластической зубрёжкой. 
Вот мнение на этот счет академика АН СССР Н. Бехтеревой: «Предки наши были совсем не    дураки.   Конечно,   заставляя детей запоминать вопреки смыслу и логике, они часто перегибали палку. Но, боюсь, современная педагогика, ориентированная исключительно на логическое запоминание, тоже, в свою очередь,  перегибает палку...
Чем была полезна зубрёжка? Не тем, что человек знал творчество Гомера. Без этого можно обойтись, А тем, что у такого человека вырабатывался совершенный аппарат извлечения информации из памяти, действующий без всяких логических подпорок, А теперь до чего дошли, что ученики не могут запомнить имени-отчества учителя.» 
Нашлись свои чумаки в образовании в лице Шаталова и  некоторых «педагогов-новаторов», которые оправдывали подобную практику. Им  открыли широкую дорогу во все средства массовой  информации. 
Во всех вузах рядом с расписанием занятий висела выписка из министерского циркуляра о критериях выставления неудовлетворительной оценки. Её можно было выставлять, если пробелы в знании определённого материала по определённому предмету не позволит выпускнику в дальнейшем осуществлять практическую деятельность. Таким образом, была открыта дорога процентомании даже в вузах. Как это отличалось от работы системы образования в недалёком прошлом, которая подготовила молодежь к труднейшим испытаниям, выпавших на их долю. «Чтобы никаких дутых цифр успеваемости студентов, цифр для показа вузы не приводили, чтобы студенты, слабо подготовленные, ни при каких условиях на следующие курсы  не переводились. Пусть это внешним образом означает снижение процента переведенных с курса на курс. Фактически  это означает рост успеваемости  студентов, укрепление работы высшей  школы, повышение требовательности ее к самой себе» (Из директивы Наркомпроса «Какого инженера должны готовить наши вузы», 1928г.). 
В нынешнее время уже в школьных дневниках на первой странице напечатаны права ребёнка. Ученика так и подталкивают – качай свои права, а о своих обязанностях можешь  и не вспоминать. Раньше в школе в советское время, и не только, ученикам кропотливо прививали права поведения.
Сможет ли нынешняя таким образом сформированная личность  вписаться в систему общественных отношений в практической работе, и на каком месте у неё будут патриотизм и нравственные принципы? 
Какой шабаш устраивают нынешние последователи Шаталова, которые пользуясь бесконтрольностью министерства образования, подрывают здоровье детей, обещая их родителям вырастить в каждом нового Эйнштейна. Как известно, преждевременное формирование второй (логической) системы мышления, когда ещё не развита первая (чувственно-созерцательная) ведет к нарушению психического здоровья детей.
Хотели того или нет авторы всевозможных «новаторских» реформ, модернизаций в образовании, связанных с перекодировкой сознания (например, введение десятибалльной системы оценок вместо пятибалльной, подмена экзаменов тестированием, то двенадцатилетка, то вновь одиннадцатилетка, то один статус бакалавра, то другой, то…), но и они нанесли и наносят удар по психическому здоровью детей. Так болезни нервной системы и органов чувств увеличились в 2015 году в 2,5 раза по сравнению с 2012 годом, а психические расстройства – в 1,5.  (АиФ в Белоруссии, № 18, 2016 год) 
Отметим как факт мнение бывшего председателя ВАК Беларуси А.Афанасьева: «Математическая культура падает на глазах. Математическое обеспечение диссертационных работ по техническим наукам зачастую носит иллюстративный характер и служит лишь обязательным украшением диссертации. Получается, что математика сама по себе, а результаты формулируются совершенно из других соображений.  Здесь что-то очень ценное мы потеряли и в средней школе, и в высшей. Есть предметы, материалы которых выпускник должен твердо знать. Значит, он обязан его выучить и усвоить.» (Бел.думка, № 9, 2007, с.33-38).
Как известно в технические вузы поступают не гуманитарии, и диссертации пишут не худшие выпускники вузов.
Подрастали собственные дети, и я, обеспокоенный их судьбой, основательно занялся проблемами образования. Не останавливаясь на подробностях, отмечу, что мной была разработана  оригинальная концепция совершенствования методического обеспечения учебного процесса преподавания в начальной школе и по математике в средних и старших классах, что позволяло всем детям не только успешно учиться, но и осваивать на более высоком уровне все предметы. Учёба для детей становилась радостной, интересной. Шло формирование духовной высокоинтеллектуальной личности, а не натаскивание детей. Эта система прошла успешную проверку в экспериментальных школах Академии педагогических наук СССР (подобных примеров в Беларуси не было за все время существования советской власти). Но вся эта работа проводилась на личном энтузиазме и  без всякой поддержки института, в котором я работал, министерства. Единственно, кто хотел мне помочь, был министр образования М.И.Демчук, но он быстро пошёл на повышение. При посещении Могилевской области его убедили (детективная история) посетить по дороге уроки математики В.И.Потёмкиной в Кадинской школы Могилёвского района, которая работала с использованием моих наработок. Посетить уроки не было времени, но он побеседовал с двумя пятиклассниками, на которых в начале учебного года были подготовлены документы для отправки их во вспомогательную школу, но по моей просьбе их оставили продолжать обучение в обычной школе. Уже к концу учебного года  они по математики вышли на уверенную четвёрку (по нынешней шкале это была бы восьмёрка). Министра восхитили дети, сочинённые ими математические сказки на заданную тему (их передал в Областной институт усовершенствования учителей, но там они исчезли), чёткая, грамотная речь детей, их свободное желание  высказаться перед гостем.     
Он отдал распоряжение об организации лаборатории под моим руководством, было запланировано издание учебников по математике с моими дополнениями. (Приложение № 1).
Появление в «Учительской газете» (Приложение № 2) статьи с описанием опыта работы В.И.Потёмкиной, приезд многочисленных учительских делегаций в Кадинскую школу со всех уголков Советского Союза, в том числе и Дальнего Востока (Приложение № 3), только усилили негативное отношение ко мне работников министерства образования, руководства института, издательства «Народная Асвета». 
Это неудивительно, если вспомнить, что именно бывший министр образования В.Стражев  внедрял в школу сомнительные учебники. Так в интервью журналу «Беларуская думка» (№ 9, 1999г.) министр образования всячески рекламировал новый учебник по физике, написанный для белорусских школьников западными учёными, в котором, яко бы, аккумулирован лучший опыт советской и немецкой школ. Министр путал два понятия, когда рисунок дополняет текст (чем была сильна советская школа) и  рисунок, который заменяет текст (чем отличалась и отличается немецкая и американская  школы). Протесты учителей, преподавателей вузов против данного учебника министерством образования игнорировались.
Как известно, на мировом рынке котировались и котируются математики и физики, окончившие советские школы и вузы. 
Учителя этот учебник называли «физическим комиксом». Удивляет, что учебник получил министерский гриф, когда все члены, без исключения, научно-методического совета при Министерстве образования при обсуждении рукописи этого учебника категорически высказались против его издания во избежание дискредитации белорусской школы преподавания. Кто был заинтересован в издании таких учебников и допустил транжирование государственных средств? (Ю.Лещинский, «Не надо путать физику с лирикой, СБ, № 254, 1999г.)  
Не обращая внимания на трудности и пошатнувшееся здоровье, я начал создавать научно-педагогический комплекс на базе СШ № 1 г.Чаусы (исполнительный директор Г.П. Алексеенко), в котором апробировалась система работы с молодыми родителями,  дошкольниками, учителями. По идее ребенок еще до рождения и до получения среднего образования  рос  и учился в соответствующей педагогической среде.  Вся работа строилась по аналогии с построением медицинской помощи в Советском Союзе, когда упор делался не на лечение болезни, а на её предупреждение. В комплекс входили все школы, детские сады и  жители микрорайона и сёл, дети которых со временем будут учиться в СШ № 1.  Работа комплекса освящалась в прессе. Чаусский райисполком изыскал возможность издания брошюры «Поиграй со мною, мама, полюби меня отец». Для учителей области были изданы ряд брошюр, а для молодых родителей подготовлена рукопись «Семья играет человека», но опубликовать её не успели (сайт http://www.proza.ru/2016/03/13/621).
Наша бурная научно-педагогическая деятельность так испугало чиновников, что члены Совета комплекса были уволены в полном составе, и они оказались в маленьком городке без работы:
1.	 Исполнительный директор Г.П.Алексеенко (позднее стал депутатом Палаты Представителей).
2.	Зампредседателя райисполкома Л.А.Ефимчиков.
3.	Заврайоно Р.Г.Мордачов.
Завуч по начальным классам ушла сама в знак протеста. Работа комплекса была парализована. Подвергся разнообразным видам репрессии и я, особенно они усилились после обращения к Президенту во время его первого посещения  родного института в ноябре  1996 году, когда я обратился к нему в присутствии министра Стражева с обращением: «Уважаемый Александр Григорьевич! Остановите реформу школы, она закончится провалом из-за  разрушения советской системы математического образования.» Диалог был продуктивный, и я по предложению Президента передал через охранника  Бобылёва две свои статьи, но они до Президента не дошли. Я не получил никакого ответа на них. 
В первых рядах по духовному разложению молодёжи оказались сотрудники министерства образования. Так, в   пособии под редакцией Сизанова А.Н. «Безопасное и ответственное поведение» под прикрытием расхожих суждений о нравственности и   запугиванием страшными последствиями «незащищенного полового акта» проводится мысль о том,  что сожительство, блуд, мастурбация, потеря целомудрия являются нормой жизни, что главное в жизни человека – «безопасный секс». 
Данное пособие является наукообразным пособием по растлению детей в стенах школы. Пособие является также рекламным проспектом противозачаточных средств и прежде всего презервативов и гормональных препаратов.
Приведём только один отрывок беседы с учащимися 6-го класса:
«- Что такое мастурбация?
–	Мастурбация – это желание ласкать свои собственные половые органы, получая при этом сексуальное удовольствие.
–	Может ли мастурбация повлечь за собой неприятные последствия?
–	Мастурбация должна расцениваться как явление временное на этапе подросткового периода. В возрасте от 12 до 16 лет около 90 процентов мальчиков и 40 процентов девочек прибегают к этому методу, чтобы подтвердить свой сексуальный инстинкт. Этот инстинкт достигает своего апогея к 15 годам. Как правило, подростки этим занимаются, посмотрев какой-нибудь фильм с любовными сценами либо мечтая о необыкновенных встречах. Все эти явления проходят по мере достижения половой зрелости, и опасности каких-либо осложнений не существует.
–	Отчего же ходит так много разговоров и историй по поводу этого явления?
–	Во-первых, на протяжении веков этот акт расценивался учеными как страшный порок. Считалось, что он может повлечь за собой такие осложнения, как туберкулез, слабоумие, параличи. Многие родители еще и сегодня уверены в опасности и неприличности мастурбации, и все осложнения в учебе и развитии они часто относят на этот счет.
–	Влияет ли мастурбация на психологию?
–	Она безопасна, если происходит на этапе сексуального развития. Благодаря ей мальчик и девочка готовят себя к взаимоотношениям с другим полом. Этот воображаемый контакт является прелюдией к дальнейшей сексуальной жизни. (выделено нами – И.М.)
–	Прекращается ли мастурбация сама собой?
По идее, она должна исчезнуть к 16–17 годам. Но иногда случается, что занимаются ею и некоторые молодые, и даже некоторые взрослые люди. Иногда бывает трудно расстаться с этой приобретенной привычкой. Некоторые подростки прибегают к мастурбации, поддерживая таким образом сексуальное возбуждение. Но опасность все-таки существует. После полового акта у молодого человека может не наступить полное удовлетворение, пока он не поможет себе сам. Такая привычка может вызвать комплекс неполноценности у юноши, и он все меньше и меньше будет контактировать с женщиной, дабы избежать неудачи. Необходимо подчеркнуть также, что мастурбация характерна для всех подростков, поэтому каждый должен знать, что все его товарищи занимаются этим, и не комплексовать. Не надо стесняться просить помощи у друзей, родителей, своего врача, если вы думаете, что это входит в привычку.» (ч.2, с. 73-74).
Но если в данном пособии хоть как-то пытаются сохранить лицо, то  в пособии для педагогов «Жизнь без табака» А.Н.Сизанова, Н.Н.Поплавского, В.А.Хриптович перейдены всякие нравственные границы. Это пособие издано в 2004 году  во второй раз и также рекомендовано Центром учебной книги и средств обучения Национального института образования Республики Беларусь. Кто финансировал это издание? Разве число курящих среди молодежи уменьшилось от  внедрения этой книги первым изданием? Или хотя бы в тех учебных заведениях, в которых, как утверждается, пособие проходило апробацию и получило высокую оценку.   
Не на голом месте появился анекдот, помещенный в детской газете: «Вовачка першы раз пайшоў у школу. Уся сям’я з нецярпеннем чакае яго вяртання.
Нарэшце ен прыходзіць:
“Брахуны вы ўсе? Сказаць вам, адкуль я на свет з’явіўся?! Вось заўтра я яшчэ даведаюся, як я туды трапіў...” («Раніца», № 42, 2007).

Часть пятая

В республике проведены учения командного состава Территориальных войск, на которых отрабатывались вопросы повышения их боеспособности. Но, достаточно ли данных мероприятий для решения задач, поставленных перед этим видом войск? Территориальные войска (они существовали некоторое время до начала войны в Советском Союзе) являются аналогом  партизанского движения, эффективность которого зависит от духовного, патриотического состояния местного населения. Пример республик Прибалтики, особенно Эстонии, да и Польши во время Великой Отечественной войны тому подтверждение. Изменилось ли  положение в настоящее время? Нет. В Чечне регулярная армия  не смогла добитьсмя успеха  пока органы власти не начали работать с населением.
Очень правильное решение принял Путин, непонятное для многих, побудив Президента Сирии начать диалог с населением, чтобы не повторять печальный опыт Афганистана  ввода туда советских войск.
Состояние духовно-нравственного, особенно патриотического  воспитания молодёжи не стало первоочередной задачей  ни Администрации Президента (можно ли привести примеры, когда бы чиновники высокого ранга идеологического фронта  выступили в печати, на конференциях – в лучшем случае зачитают приветствие и покидают заседание -  с проблемными вопросами, вступили в дискуссию с исказителями истории), ни научной общественности (диссертации про польских магнатов, ВКЛ, оказываются важнее темы патриотического воспитания), ни нижестоящих административных структур (у меня скопилось множество отписок на всевозможные предложения, в отписке, как правило, ответ по существу подменяли перечислением всевозможных мероприятий). Не проослеживается  особая озабоченность и у Министерсва образования. В программной статье министра образования «Задачи общенациональной значимости» (Беларуская думка, № 2-3, 2016 г.) из 18 страниц текста «воспитательной и идеологической компоненте» отведено менее страницы – не более 5% объёма статьи. 
Такого же объема будет и его результативность. Технократический характер статьи министра показывает, что он не понимает системного кризиса, в котором находится система образования, и я по-прежнему твёрдо убеждён, что любые предлагаемы предложения по модернизации образования закончатся очередным провалом.  Кризис в экономике  решающим образом  определён  кризисом образования.
Наш идеологический аппарат полагает, что основное содержание  идеологической работы -  досуго-развлекательное, при организации которой  руководствуются девизом - хлеба и зрелищ.  Следовало только не забывать судьбу государств, которые придерживались такой политики.
Попытки достучаться до органов власти, ознакомится с моими выступлениями перед молодежью,  оказались тщетными. Ограничусь описанием своих контактов  на уровне области.
В апреле месяце 2004 года по просьбе  областного управления идеологии  подготовил выступление на расширенном заседании облисполкома (его содержание было согласовано заранее, дважды переделывал) «Научные проблемы патриотического воспитания».  Актуальность данной темы только возросло. В выступлениях должностных лиц, особенно в России никак не могут,  или не хотят, понять сущности нашей Великой Победы. Утверждают, что, то мы победили Германию (Германия живёт и процветает, вновь играет мускулами), то нацизм и нацистскую Германию (ни наше командование, ни наши солдаты об этом даже и не догадывались, они боролись с фашизмом и победили фашистскую Германию; нет ни одного отряда «Смерть нацизму, ни разу  слово нацизм не использовано в мемуарах советского периода). Тем самым они участвуют в кампании в реабилитации Гитлера. Что в этом заинтересована Германия, свидетельствует такой факт. В названии Белорусской организации малолетних узников  и Международного союза фигурирует слово фашизм. Нас просили с обещанием материальных благ убрать это слово. Мы отвергли это предложение в отличие от некоторых объединений узников, которые пользуются материальной поддержкой Германии. Мы настолько размыли понятие патриотизма, что трудно отличит патриота от националиста. И уже фашистские молодчики на Украине бьют себя в грудь, клянясь в патриотизме. А высокопоставленный чиновник в России – шоумен от культуры – заявил, что патриотизм – прибежище негодяев.
Академик Никита Моисеев говорил, что советские идеологи понимали свою недостаточную подготовленность  и приглашали учёных (такое бы понимание нынешним идеологам), внимательно слушали. Сегодняшние чиновники считают себя «жрецами» в идеологии.
Едва я начал своё выступление, как  меня с раздражением оборвал председатель облисполкома Б.Батура: «Что ты нам лекцию читаешь, давай конкретику.» Начал предлагать конкретные пункты мероприятий, как раздался новый крик: «Коль не разбираешься в патриотическом воспитании, марш с трибуны!»
Участники заседания, а это был областной актив, журналисты всех республиканских газет, редакторы районных газет и многие другие лица, замерли, а я был ошеломлён. Вновь прозвучала команда: «А ту его, а ту!»
Вельможа Батура прилюдно унижал проректора университета, учёного, статей которого на педагогические темы в России было напечатано больше, чем всеми преподавателями всех педвузов, руководителя Международной организации малолетних узников фашистской неволи, узника, который, можно считать, пробыл в неволе с первого и до последнего дня войны. Меня за шесть месяцев до рождения на второй день войны поместили в концлагерь, меня ещё не родившегося выводили на расстрел, имитировали расстрел, у меня брали кровь для фашистских лётчиков.
В зале присутствовали лица, которые должны следить за соблюдением законности в стране и о таких случаях докладывать Президенту. Находился в зале и представитель Президента по Могилёвской области. Президента, следует полагать,  не проинформировали, так как административные меры были приняты в отношении меня.
Я проследил освещение данного совещания в СМИ. Только правительственная газета под броским заголовком «Борис Батура попросил не забывать и не забываться…» писала: «…Не обошлось в зале  и без «ложки дёгтя». Один из вышедших на трибуну так выразил свои взгляды на состояние патриотической работы с молодёжью, что Борис Батура  просто вынужден  был попросить  его покинуть трибуну и не забываться.»                          
Зная наперёд результативность своих обращений в органы власти, я долго молчал, но когда почувствовал, что определённые силы стремяться сделать экспозицию в новом  Музее Великой Отечественной войны в американском духе (запросили мнение США и Германии) написал своё виденье формирования  экспозиции, которую передал бывшему руководству музея.
Основная идея экспозиции, в моём понимании: любой посетитель, даже без экскурсовода, должен выйти из музея патриотом и гордостью за подвиги своего народа, который за время войны понёс самые жертвы.
Были предприняты и другие безрезультативные способы достучаться.
Музей не стал Храмом Памяти, и следует значительно повысить роль экскурсий (об этом отдельный разговор, если найдутся зантересованные лица). 
Чтобы меня не обвинили в предвзятости и других погрешностях, приведу несколько примеров.
В начале  сентября 2015 года я   специально приехал в Минск и с товарищем целый день прповел в музее, прослушал фрагменты нескольких экскурсий, беседовал со смотрителями. Текст в витринах  написан так, что читать его без напряжения зрения невозможно, глаза быстро устают. 12-15 сентября 2015 года я принимал участие в работе 2-го Анитифашистского форума в Москве. В один из дней мы посетили бывший Музей Советской Армии. В течение трёх часов я пробыл в музее и свободно читал пояснительные тексты.
Такая же мысль возникает, когда читаешь раскошный фолиант Беларускі дзяржаўны музей гісторыі Вялікай Айчыннай вайны, изданный в 2015 году. В  разделе инсталляция «Танковый таран» описываются технические возможности танка Т-34, но ни слова об осуществлении тарана воинами, а среди них был и генерал, и когда они происходили. Да и танки так расположили, что трудно понять – кто кого таранил.
Обращался я за помощью к бывшему председателю облисполкома П.М.Руднику, долго не захотели записывать на личный приём. На стадии подготовки приёма бывший начальник областного управления идеологии В.Ильенков говорил, что готов рукоплескать каждому пункту  моих предложений. Но со временем пришла отписка с описанием работы управления.
Закончу своё письмо последним обращением в облисполком.
Оборона Могилёва получает всё большую извесность и недоумлённый вопрос уже и у четвертого послевоенного поколения могилевчан – почему Могилёв не стал городом-Героем. Замалчивать данный вопрос – совершать непрстительную ошибку в патриотическом воспитании молодёжи. Появилась большая группа людей, имеющих доступ к руководству области, желающих сыскать лавровы Сергея Смирнова по «щущьему велению». Пытаются втянуть в эту авантюру и Администрацию Президента, чтобы высоким именем оправдать лжегероев и  клевету на истинных организаторов обороны. Отвергают доводы, что вначале следует написать  правдивую историю обороны Могилёва.
Мною была написана научно-популярная статья «Оборона Могилёва и творчество Константина Симонова», которую я предложил издать в качестве брошюры. В ней изложил многие замалчиваемые факты, как великого подвига защитников Могилева, так и тех, по вине которых Оборона Могилёва  не заняла достойного места в историографии Великой Отечественной войны. И эта проблема будет существовать до тех пор, пока силовые структуры не откроют свои архивы на людей с сомнительным прошлым. Эти вопросы мог в какой-то степени решить председатель облисполкома В.В.Доманевский, но меня на приём к нему отказались записывать. Тогда 20 января я написал на его имя своё письмо с приложением многих материалов ( Оба письма и ответ на них - Приложение  № 4). Оно было направлено для рассмотрения председателю Могилевского Совета депутатов В.М.Исаченко. На приёме у него 20 февраля я показывал ему многие документы, подтверждающие обоснованность моих выводов, просил решить вопрос об открытии архивов силовых структур на некоторых лиц. На что получил ответ: «Это не в нашей компетенции. Идите и спорьте с учёными». Этим самым он подтвердил не заинтересованность в решении поднимаемых мною вопросов, и  направил все материалы в горисполком. 
9  марта 1915 года состоялась беседа в городском управлении идеологической работы, где мне сообщили,  что моя статья будет направлена на экспертизу. Моё предложение о широком общественном обсуждении в любой аудитории  было отклонено. Прождав ещё почти полгода, я написал новоё письмо 4 августа 2015 года на прежнюю тему. И это не новоё письмо,  как пытаются представить в облисполкоме. Если это новое письмо, то где ответ на первое письмо. И только 12 сентября я получил рецензию на мою статью, которая не является рецензией университета (есть определённый прядок не только процедуры подготовки рецензии, но и её оформления, о ней ничего не знал даже первый проректор университета). Эта частная рецензия историка, который в своих статьях и выступлениях пытается не замечать подвига советского народа и бросить тень на прославленных    героев. О добросовестности рецензента свидетельствует его ложные утверждения даже в заключительной части рецензии. Цитирую: «Обращаем также внимание на некоторые фактические неточности: райцентр Березино был оккупирован врагом 3 июля 1941 г., а не 28 июня, Витебск – 11 июля, а не 10-го; по имеющимся сведениям, командование Запфрронта и ЦК КПБ(б) прибыли в Могилёв 25 июня (а не 24-го) 1941 г., также как и правительство БССР; из Могилёва, вопреки утверждениям автора, не были эвакуированы все  промышленные предприятия (полностью либо частично были вывезены 13 из 17 предприятий, попадающих под категорию «крупные», не удалось эвакуировать 2 хлебозавода, мясокомбинат, мебельную фабрику); дивизией мог командовать «командир», но не командующий; фамилия бывшего директора Национального архива Беларуси  – Селеменёв В.Д. (в тексте – Селемнев), в настоящее время НАРБ возглавляет А.Л.Самович.
В целом текст нуждается в шлифовках с точки зрения стилистики, грамматики и пунктуации.
Мой комментарий.1.   Каким образом можно было бы кормить воинов и народное ополчение, не обращая даже внимание на оставшиеся население, если бы вывезли хлебозаводы и мясокомбинат до полного окружения Могилёва?
2.   Для Сугако, как историка, неопровержимым аргументом является мнение немецких учёных и военных. Почему в данном случае он изменяет своему убеждению? А именно.
А).    29 июня 1941. Я надеюсь, что ещё сегодня он (Гудериан – И.М.) овладеет мостами  через Днепр  у Рогачёва и Могилёва и тем самым откроет дорогу на Смоленск и Москву. Только таким образом удастся сразу обойти укрепление русскими дефиле между Днепром и Западной  Двиной и отрезать  расположенным там войскам противника пути отхода  на Москву. (Ф.Гальдер. Военный дневник, т. 3, кн. 1, с. – 59) .(Кто сорвал эти планы противника, если войска только прибывали? –И.М.)
10 июля 1941.  Две танковые дивизии группы Гота находятся в Витебске. Гот намеривается уже сегодня во второй половине дня продолжить наступление этими двумя дивизиями из Витебска, а 12-й и 17-й танковыми дивизиями – из района южнее Витебска (там же, с. – 114).
Б).                                                                 РАЗВЕДСВОДКА № 28
Штаб Западного фронта
Смоленск, к 8.00 10.7.41г., карта 500.
Первое. Противник в течение 2-й половины дня 9 июля и ночи на 10 июля на Лепельско-Витебском направлении  крупными мотомех. и пехотными частями (до двух ак) форсировал реку Западная Двина и овладел г.Витебск…
Цент. архив РФ, ф.208,воп,3038 сс, дело 5, л.161-163
В). К исходу 9 июля на стыке 22 и 20 армий нависла реальная угроза – противник захватил Витебск и мог легко выйти в тыл главным силам Западного фронта (А.И.Ерёменко. В начале пути. М.»Наука»., 1965 г. Издание АН СССР, Институт истории,  с -209)
 Командующий 19-ой армией генерал-лейтенант И.С.Конев (в своих мемуарах он пишет, что Витебск был оккупирован к концу 9-го июля – И.М.) пытался организовать контрудар 10-11 июля. Он ввёл в бой 220-ю мотострелковую дивизию с полком 229-й стрелковой дивизии 20-й армии, так как противник значительно превосходил нас в силах, эти части 12 июля отошли на восток. Однако их действия сыграли свою положительную роль, так как они отбросили назад к Витебску передовые части противника и задержали на некоторое время наступление его в направлении Витебск- Рудня, Витебск-Сураж-Витебский (там же с.-210) 
Г). Витебск был захвачен 10 июля. (Всенародная борьба в Белоруссии против немецко-фашистских захватчиков в трёх томах., т. 1, Мн. 1983г., с.-80)
Можно ли меня обвинять, как это делает рецензент, что я ошибочно утверждаю об оккупации Витебска 10 июля? Как известно, Ерёменко не страдал избытом скромности, преувеличивал свои заслуги, за что неоднократно получал порицание от высшего командования.
Рецензент не дал отрицательного заключения, как считают в облисполкоме, а все его замечания носят, в общем, редакторский характер или являются описками. Все эти погрешности легко устранимы.  
***
Маховик искажения исторической правды, запущенный Пономаренко и его приближенными, набрал такие обороты, вовлёк в свою орбиту множество людей, в том числе и историков, что на горизонте невидно силы и деятелей, которые бы остановили его.
Без вмешательства Президента положение не изменится. Соответствующие органы по-прежнему будут уклоняться от рассмотрения дел - дать юридическую оценку  действиям следующих лиц:
Пономаренко Пантелеймона Кондратьевича.
Козлова Василия Ивановича,
Клещева Алексея Ефимовича,
Сикорского Сергея Ивановича.
Доказательной базы достаточно даже  в цитированных книгах Смирнова, Надтачаева и Иоффе.
По Могилевской области  следует рассматривать в комплексе периодически вялотекущее  расследование пропажи креста Ефросиньи Полоцкой, увязать  его с предательством высокого партийного чиновника, фальсификацией дел на скомпрометировавших себя лиц, назначением Мэттэ на роль руководителя Могилёвским подпольем, клеветой на ряд истинных героев борьбы с фашистами. 
Для рассмотрения перечисленных дел следует привлечь порядочных  ветеранов  силовых структур, наделив их определенными полномочиями. Обнародовав правду, нам не только легче будет двигаться вперед, но этим самым обрубим многие корни, питающие внутренних врагов. 

Приложение № 1.
Зборнiк нарматывных дакументаў Мiнiстэрства народнай адукацыi БССР
                    № 6-7, Мiнск, 1991г. 
Тып лiтаратуры

	Назва выдання	Аўтар	Мова выдання
(ул.-выд.арк)	Аб,ём выдання	Тыраж 
(тыс.экз)   	Год выдан-ня	

Падручнiкi

Метадычныя дапаможткi

Наглядны дапаможвдк 
Аудыёвiзуаль-ныя сродкi

Падручнiкi

Метадычны     дапаможнiк

Падручнiкi

	5 клас
Матэматыка

 Матэматыка

Сшытак па матэматыцы (на друкаванай аснове)
Матэматыка у 5—6 класах

Дыдактычны матэрыял па матэматыцы, 5 клас
Дапаможтк для бацькоу з каментарыямi, 5—6 класы
Таблщы па матэматыцы, 5 клас

Грампласцiнкi „Матэматычныя диктанты", 5—7 класы

6 клас
Матэматыка

Матэматыка
Сшытак па матэматыцы (на друкаванай аснове) Дыдактычны матэрыял па матэматыцы, 6 клас

Сшытак па матэматыцы (на друкаванай аснове) 

Дыдактычны матэрыял па матэматыцы, 6 клас

7 клас
Алгебра	базавы падручнiк з дапауненнямi 
I. I. Мартынава

базавы падручнiк з дапауненнямi 
I. I. Мартынава

тэма

тэма

тэма

тэма

Mixaйлoycкi E. Г.

тэма

базавы падручнiк з дапауненнямi I. I. Мартынава
базавы падручнiк з дапауненнямi I. I. Мартынава  
              '
тэма

тэма

базавы падручнiк з дапауненнямi I. I. Мартынава

бел.

бел.

бел.
 бел.

бел. 

бел. 

бел.

бел.

бел. 

бел. 

бел. 

бел. 

бел.

18

17

20

10

20

20
20 таблиц

18

17

20
20

20	

100.0

100,0

100,0

50,0
70
150
10,0
10,0

100,0

100,0

100,0
100,0

70,0

1994

1994

1995

1996

1995

1995
1993
1995

1994

1994

1996
1996

1997

	

Приложение № 2

                    ЧЕТВЕРТАЯ ВСТРЕЧА
Учительская газета, Москва, 7.11.89)

Личность. Творчество. Позиция

ЧЕГО В ЖИЗНИ не бывает — вот и с Мартыновым, оказывается, мы дважды познакомились... до нашего знакомства. Первый раз — на встрече городского актива Могилева с новым тогда председателем Госкомитета по народному образованию. Настроение в зале было нервным, и появление на сцене худощавого человека с увесистой папкой в руках вызвало озадаченную тишину. Но ничего необычного не случилось. Со словами извинения: «Иначе не пробиться» — человек через голову министра республиканского передал папку в руки министра союзного. Подумала, помню: «Ну прямо кузнец Вакула на аудиенции у императрицы...».
Второй раз уже знакомая фигура возникла у свободного микрофона на совещании по дошкольному воспитанию, опять же в Могилеве. Начало речи — «До каких пор мы будем все ломать и бездумно отменять старое?» — залу не понравилось. Человек тщетно ждал тишины, потом как-то по-донкихотски махнул рукой и исчез.
Когда я в третий раз попала в Могилев — уже специально познакомиться с проректором местного пединститута Иваном Ивановичем Мартыновым, ни «кузнец Вакула», ни «донкихотовский» жест не казались мне ассоциативными эпитетами.
Но — по порядку.
                         ЗАГАДКИ «ЧЕРНОГО  ЯЩИКА»
Кажется, кибернетики ввели в обиход понятие «черный ящик», обозначив им объект, устройство которого либо неизвестно, либо настолько сложно организовано, что его не «вычислить» по входным данным.
Очень хочется позаимствовать у кибернетиков эту метафору. Как в «черный ящик», закладываются в образование реформы, концепции, новаторские методики, блестящие идеи, а на «выходе» — что? В стране всеобщего среднего образования и передовой научной мысли, в державе, первой рванувшей к звездам, закатной звездой падает коэффициент интеллектуализации молодежи (сегодня у нас в мировой табели о рангах — 42-е   место!).
В те годы, когда начиналось скольжение вниз по образовательной плоскости, Мартынов, молодой математик, аспирант пединститута, ученый и практик, раздумывал о загадках «черного ящика» образования. Почему, размышлял он, ребенок идет в школу 
с желанием учиться непременно на пятерки, но уже после первой ступени надежды эти исчезают? Верно ли утверждение, что именно здесь необходима начальная специализация и дифференциация на физиков и лириков?..
Отправной пункт исследований Мартынова: у современных    детей недогружена память, и именно в пятом классе, с увеличением объема информации, она отказывается служить своему владельцу, как не повинуются хилые мускулы нетренированному новобранцу. Не развита та память, которая цепко запоминала бабушкины сказки, мамины книжки, детские песенки-прибаутки, которая без труда заучивала сложные грамматические правила, срифмованные в забавные   стишки, и прекрасно   справлялась с гимнастикой устного счета, ныне исчезающего из школы.
Вот мнение на этот счет академика АН СССР Н. Бехтеревой: «Предки наши были совсем не    дураки.   Конечно,   заставляя детей запоминать вопреки смыслу и логике, они часто перегибали палку. Но, боюсь, современная педагогика, ориентированная исключительно на логическое запоминание, тоже, в свою очередь,  перегибает палку»...
Так что же, спросит иной читатель, Мартынов предлагает вернуться к хорошо забытому старому? Но, знаете, въезжать на телеге в компьютерный век как-то несподручно... И потом, Мартынов — математик, причем здесь психология?
Наверное, предвидя все эти вопросы, а также наши нетерпение и нетерпимость, избрал теоретик для подтверждения своей догадки единственно правильный путь — практику.
                           «ДАЙТЕ ТЕЛЕФОН ИВАН  ИВАНЫЧА!»
Самый верный способ завоевать расположение человека — поинтересоваться его «коньком». Даже если от роду человеку десять лет. Вот почему, стоило только заговорить о математике, как четвертый класс Кадинской школы висел на мне галдящей гроздью. Кто-то протягивал математическую газету: ну-ка, как журналист справится с головоломкой? Кто-то потрясал тетрадью, испещренной, словно кружевами, примерами с иксами. Знакомство прервал урок, а после второй перемены я уже сделала кое-какие выводы. 
Во-первых, не подлежала никакому сомнению абсолютная увлеченность   всех   уроком   математики.
Во-вторых, бросалась в глаза редко встречаемая в сельской школе раскованность детей, их хорошая речь, играющий ум. 
В  третьих, при явной любви к предмету мои маленькие собеседники хотели быть: шофером, врачом, военным музыкантом и никто – Ковалевской или Эйнштейном.
А потом мы сидели с учительницей Валентиной Ивановной Потемкиной и вели вот какой разговор. Их с Мартыновым добровольный эксперимент заканчивается: в селе построили школу, и почти весь ее приезжающий класс переходит туда. Ее взгляд как учителя-практика на методические материалы Мартынова? Конечно, необходим эксперимент с базовыми школами, лабораторией, достаточным материалом (пока ведь все идет на сугубо добровольных началах, за счет собственных средств, времени, нервов). И нужны книги, курсы усовершенствования и т. д., освещающие этот опыт. «Понимаете, — доказывала мне Валентина Ивановна, — суть ведь не в том, чтобы навязать Мартынова, а чтобы учитель имел возможность выбрать его метод или другого, третьего».
Итак, что же предлагает И. Мартынов? Для начальных классов — систему игр, упражнений, заданий, которую можно использовать как на уроках, так и на занятиях групп продленного дня. Цель — развитие речи, внимания, особенно у детей с ослабленной памятью.
Предлагает он и уже готовый набор дидактических материалов для учителей математики 5—7-х классов. (Во всяком случае, именно с рукописью книги «Играем? Учимся!» прорывался он к Г. Ягодину, как кузнец Вакула за заветными черевичками). Состоит пособие из сборника математических игр, задач для внеклассной работы с занимательным содержанием, набора графических газет. Большинство его задач и игр оригинальны, сведены в систему, «подверстаны» к программе, и — хочешь играть, будь добр, знай математику. А кто даже в 10—12 лет откажется от игры? (Не случайно особый эффект, говорили мне учителя, приносит использование материалов Мартынова в работе со слабенькими).
«Вы знаете, — призналась Валентина Ивановна, — какой бунт устроил 4-й класс, когда я намекнула, что тетрадки для домашней работы надо оставить в этой школе? Ведь не на пустом же месте мне продолжать эксперимент!  А  эти  тетради  не   простые — печатает их сам Мартынов, и потому они на вес золота. Вот ребята и затребовали домашний телефон Иван Иваныча, чтобы остались у них на память все расчеты».
                             СИЛА ВЕТРЯНЫХ МЕЛЬНИЦ
А теперь начинается самое, пожалуй, неинтересное.
После поездки  в Могилев решила выяснить судьбу пособия в минском издательстве «Народная  асвета»,  куда давненько сдал рукопись Иван Иванович. Главный редактор В. Жариков любезно предоставил мне информацию, а после конфиденциальной части разговора вдруг спросил: «Скажите, пожалуйста, вам что, Мартынов жаловался?». 
Вопрос — из простейших, но ответить на него я затрудняюсь не толькo главному редактору. Скорее всего, разыскав собкора, Иван Иванович в моем лице обращался к первейшей функции журналистики — информационной. Потому что, куда бы он ни стучался раньше, его даже не хотели выслушать. Как могла, я рассказала о Мартынове и его работе, побывала в школах, учителя которых используют методические материалы. Но вам-то, дорогие читатели, хочется не столько прочитать о Мартынове, сколько хотя бы подержать в руках его книгу, увидеть в действии игры, задачи, газеты, прикинуть — подходит ли это вам. Увы...
Мы прощались с Иваном Ивановичем на углу книжного магазина. Ирония судьбы, но путь мой пролег через отдел учебно-методической литературы. Тесно в ряд лежали на полках книги, изданные в той же «Народной асвете». Знакомые все авторы: сотрудники НИИ педагогики, ученые педвузов. 
Сколько уж говорено: пора, мол, ориентироваться на учительский спрос, тем более в условиях хозрасчета и самофинансирования издательств. Уверена, только в Могилевской области, педагоги которой через курсы областного института усовершенствования наслышаны о Мартынове, книга разойдется мгновенно. Может быть, достаточной гарантией для издательства станет хоть решение совета директоров школ Белоруссии, рассмотревшею рукопись и единодушно одобрившего ее?
                                               С.  ГЕРАСИМОВА. (Соб. корр.).
Могилев.

Приложение № 3
ЗЦЗЦ 179 П102 911 2
(141 2135З5/1И 0057 0641 01.02)
КИРОВСКИЙ ПРИМОРСКИЙ КРАЙ 1/26 35 1/2 0629
 
УВЕДОМЛЕНИЕ ТЕЛЕГРаФОМ БЕЛОРУССИЯ МОГИЛЕВ КОСМОНАВТОВ 1 ПЕДИНСТИТУТ   МАРТЫНОВУ ИВАНУ ИВАНОВИЧУ»
КИРОВСКИЙ  РАЙОНО ПРОСИТ ВАШЕГО СОГЛАСИЯ ПРИЕЗД ДВУХ УЧИТЕЛЕЙ ДЛЯ ИЗУЧЕНИЯ ОПЫТА РАБОТЫ НАЧАЛЬНЫХ КЛАССАХ И МАТЕМАТИКЕ 1ЧК   СООБЩИТЕ КАКИЕ СРОКИ МОЖНО ПРИЕХАТЬ»  ЗАВЕДУЮЩАЯ Р0H0 МУХАМЕДИЕВА-     О6ЧЧ НННН

Приложение № 4
Председателю Могилёвского облисполкома Доманевскому В.В. от члена Центрального совета Международной Ассоциации малолетних узников фашистской неволи, курирующего вопросы патриотического воспитания в странах СНГ Мартынова И.И., проживающего по адресу: 212017 Могилёв, Днепровский б-р, 10, кв. 2, т.д. 78 -14 -51, Velcom: +37544 729-24-61.
Аналитическая записка
В условиях обострения международной обстановки, улучшение которой в ближайшее время не предвидится, особо возрастает роль и значение идеологического обеспечения государственной политики, патриотического воспитания молодёжи. Роль данного сегмента работы облисполкома в преддверии выборов особенно важна.
И ещё одно обстоятельство не следует упускать из поля зрения – активизировалась деятельность оппозиционных сил, с которыми работают внешние силы. К сожалению, с ними стали заигрывать и некоторые чиновники. А где же наш идеологический аппарат?  - Таких беспомощных идеологов, не стремящихся вступить с этими силами в идеологическую борьбу, я не видел за всё послевоенное время. Результативность идеологической работы следует оценивать не в «тоннах и километрах», а результативностью работы, и какой след мы оставили в сердцах молодежи. Дожились, что школьников и студентов будем тестировать на наркотики.
Писать письма – бесполезно. Был я и на личном приёме у Рудника М.П., который прекрасный человек, хороший хозяйственник, но вопросы идеологической работы полностью доверил некомпетентному сотруднику, который, может быть,  был хорошим врачом, но сущности идеологической работы не понимает и не хочет её познавать. Для этого следует работать с  низовыми структурами, с  патриотически подготовленными лицами, а не быть, в лучшем случае, статистами, посидев в президиуме и сбежав досрочно.
Этот вопрос не только политический, но и экономический. Как пример. Куда пойдут 3 млр. рублей на реконструкцию площади? – На увековечение прежних грубейших ошибок?  На некоторые из них (но не все???) я указал в своём письме на имя Рудника, когда низовые структуры не захотели решать поднимаемые мною вопросы. Но до него письмо не дошло, а полученная отписка только подтвердила некомпетентность авторов ответа.
И ещё один пример. Нет в истории человечества аналога подвига защитников Могилёва, а туристы едут в Брест, на линию Сталина, туристические поезда, автобусы курсируют по маршруту Москва–Брест. И так будет продолжаться пока  героями, легендами по организации подполья и партизанского движения будут представляться лица, которые с помощью высоких покровителей избежали соответствующей оценки. Их мемуары являются историческими документами. А нынешнее руководство КГБ и милиции (милиция определенным образом прореагировала на мои письма), ссылаясь на гриф секретности, не желают раскрывать свои архивы. До каких пор будет продолжаться такая практика?
Подробности в прилагаемых материалах, которые 10 ноября 2014 года передал лично председателю горисполкома, а ещё ранее многочисленные свои статьи - руководству областной и городской ветеранских организаций.
И последний вопрос. Как вытащить руководителей идеологическими  подразделениями на мероприятия, которые провожу с молодёжью, например, каждую вторую субботу месяца выступаю перед школьниками на «Посту Памяти».
Прошу также принять меня лично, когда я смогу предъявить  другие документы и сообщить определённую информацию, которую не могу доверить бумаге. 
Приложения:
1.	Журнал со статьёй «Оборона Могилёва и творчество Константина Симонова;
2.	Моя статья «Исповедь с петлёй на шее», опубликованная в российском журнале «Наша власть», который поступает во все Посольства в России и руководителям рангом до губернского.
                                                                           И.Мартынов
Вручена 20 января 2015.

В горисполком статьи передал 10 ноября 2014
В отдел идеологии горисполкома записка поступила 6 марта 2015

Повторное письмо
Заявление
Ещё 20 января сего года мною была направлена Вам аналитическая записка, в которой высказывалась озабоченность слабым состоянием идеологической работы, составной частью которой является патриотическое воспитание молодёжи. Инцидент с установкой памятника Пушкину и фашистская выходка 12 мая в караоке-клубе «Истерика»  не являются случайными и подтверждают мои опасения, что некоторые чиновники заигрывают с оппозиционными силами.  Решение вопросов, поднимаемых в моей Аналитической записке, мог решить Председатель облисполкома, но все материалы направили  Председателю областного совета депутатов Исаченко, который в личной беседе со мной высказал, что поднимаемые мною вопросы не входят в его компетенцию. Зачем тогда принимал материалы к рассмотрению?
6 марта в отделе идеологии горисполкома мне сообщили, что мои материалы будут отданы на заключения специалистов. Я соглашался с любыми предложениями, но попросил, чтобы на обсуждении моих материалов и содержащихся в них сведений мог присутствовать лично.
До сих пор я не получил ответа.
Прошу сообщить письменно:
1.    Почему до сих пор не рассмотрены мои материалы?
2. Почему мне отказывают побывать на личном приёме у Председателя облисполкома?

                                                                                           И.Мартынов
  
4 августа 2015 года
Ответ Облисполкома от 27.08.2015 за № 2059-1-ма
На Ваше обращение от 04.08.2015 по поручению председателя облисполкома Доманевского В.В. сообщаем следующее.
Ваше предыдущее обращение от 20.012015 председателем облисполкома было рассмотрено и по его предложению Вы были приняты 18.02.2015 на личном приёме председателем областного Совета депутатов Исаченко А.М., в котором принимали участие также должностные лица Могилёвского облисполкома и главного управления идеологической работы, культуры и по делам молодёжи облисполкома.
В ходе личного приёма Исаченко А.М. дал поручение Могилёвскому горисполкому рассмотреть вопрос создания буклета (брошюры) «Город Могилёв в контексте Великой Отечественной войны» по переданным Вами информационным материалам. По Информации Могилевского горисполкома, во исполнение данного поручения в управлении идеологической работы, культуры и  по делам молодёжи горисполкома  09.03.2015 с Вами была проведена беседа, в ходе которой ВЫ были извещены о том, что переданные Вами материалы направлены на подготовку рецензии в УО «Могилёвский государственный университет имени А.А.Кулешова». 
О заключении  УО «Могилёвский государственный университет имени А.А.Кулешова Вы будете проинформированы, о чём Могилёвскому горисполкому дано дополнительное поручение. 
В связи с вышеизложенным сообщаем, что оснований для записи Вас наличный приём к руководству облисполкома  в настоящее время не усматривается. 
В то же время при наличии у Вас иных вопросов, новых доводов или открывшихся обстоятельств, Вы можете обратиться для записи на личный приём к руководству облисполкома в установленном порядке в отделе по работе с обращениями граждан и юридических лиц облисполкома, который в соответствии с Инструкцией об организации работы с обращениями граждан и юридических лиц, книгой замечаний предложений, личного приёма граждан, их представителей, представителей юридических лиц в Могилёвском областном исполнительном комитете и его структурных подразделениях, утверждённой решением Могилёвского областного исполнительного комитета от 05.01.2012 № 1-7, обеспечивает организацию личного приёма в облисполкоме. Справки по телефонам 32-71-53, 32-67-21.
В соответствии со статьёй 20 Закона Республики Беларусь «Об обращении граждан и юридических лиц» данный ответ Вы можете обжаловать в суд в порядке, установленном законодательством
Заместитель председателя
Облисполкома                                                                          В.А.Малашко