Андрей Геращенко: Горячие президентские выборы 2020 года в Белоруссии. Часть первая 18.09.2020 19:59События лета 2020 года в Белоруссии стали зримым проявлением вскрывшегося гнойника проблем и противоречий в белорусском обществе, которые накапливались в течение последнего десятилетия и наслоились на нерешённые проблемы более раннего периода.
К тому же катализатором протестных настроений стали неудачи в союзном строительстве, демонстративная многовекторность в качестве приоритета внешней политики, ряд непопулярных решений (пенсионная реформа, закон о тунеядстве, дорожный сбор и т.д.). Немаловажную роль сыграли и постепенная, прошедшая почти незаметно смена поколений и, соответственно, смена жизненных приоритетов у молодёжи, её полная вовлечённость в виртуальную среду, а также в определённой мере - техническая революция в виртуальной сфере.
Даже в 90-е годы ХХ века, когда на просторах Восточной Европы и в бывших республиках СССР вовсю царили идеи «демократизации», «свободного рынка» и «независимости», Белоруссия оставалась самой прорусской и самой просоветской территорией вне Российской Федерации.
Ключевую роль здесь сыграли несколько факторов. Белоруссия – ещё одна русская страна по факту, потому что белорусы, будучи наряду с украинцами, частью единого с русскими народа, считали себя с русскими одним единым целым, за исключением небольшой маргинальной группки проевропейски ориентированных националистов. Русский язык – основной и главный в Белоруссии. В советское время создалось множество смешанных русско-белорусских семей. То же можно сказать и о поляках – они в своей массе русскоязычные. В этом смысле население Республики Беларусь фактически моноэтнично – различия между поляками, русскими, украинцами, литовцами, евреями и собственно белорусами на бытовом уровне если и есть, то их нужно искать едва ли не с лупой. В любом трудовом коллективе вообще сложно сказать, какой национальности человек. Религия также никогда не играла в Белоруссии большой роли. Несмотря на наличие большого количества католиков, существует множество смешанных католико-православных семей.
В Белоруссии не было противостояния по линии русские – белорусы, так как не было двух разных этносов, как в Прибалтике, на Кавказе или в Средней Азии.
Есть существенная разница и в ситуации с Украиной. Даже регион Гродно с большой долей поляков и католиков не слишком отличается от востока Белоруссии, чего никак не скажешь, сравнивая Галичину, центральную Украину или Донбасс. Это в этническом плане. Но есть и другой момент – Великая Отечественная война. В Белоруссии погиб каждый четвёртый, а по некоторым данным и каждый третий в пламени войны. Сопротивление оккупантам носила общенародный характер, а партизаны контролировали 60% территории БССР. Фактически оккупанты с трудом держали под контролем только города и пути сообщения. Платой за это был чудовищный геноцид белорусского населения. Именно поэтому полицаи и предатели и их потомки никогда не обладали таким влиянием в Белоруссии, как ОУН-УПА на Украине.
Всё это в совокупности и привело к тому, что Республика Беларусь не пошла по пути Восточной Европы, Украины, Прибалтики и других составных частей СССР. Краткий период анархии и безвластия 1991-1994 годов быстро завершился настоящей народной революцией и приходом к власти А.Г.Лукашенко. Национализм, русофобия и антисоветизм в Белоруссии 90-х были обречены. Строго говоря, А.Г.Лукашенко пришёл к власти, выдвинув лозунги единства с Россией, противодействия национализму и сохранения социальных гарантий (фактически – социализма в его позднесоветском понимании). Ветераны, которых тогда было немало, во многом инициировали возвращение красно-зелёного флага и герба Белорусской ССР, гимна Белорусской ССР, отказ от герба «Погони» и бело-красно-белого флага, использовавшихся полицаями, прислуживавшими немцам в годы оккупации. По итогам референдума русский язык стал государственным наряду с белорусским, а интеграция с Россией была избрана основой внешнеполитического курса молодого белорусского государства, было заявлено о строительстве Союзного государства. Фактически в Республике Беларусь была осуществлена, насколько это было возможно, реставрация государственного строя СССР. И тогда это отвечало как чаяниям большинства белорусов, так и личной позиции А.Г.Лукашенко.
Молодой белорусский лидер предпринял серьёзные усилия для спасения экономики, сохранения и возрождения отечественной промышленности, сельского хозяйства. Стали приходить первые успехи. Исчезли очереди, товарный дефицит, выросли зарплаты. Коррупция, бандитизм, уличная преступность резко пошли на спад. Приводились в порядок улицы городов, фасады зданий. Евроориентированные националисты ушли глубоко в тень – ни на одних выборах любого уровня они не смогли набрать даже 10% голосов избирателей.
Самыми успешными для Республики Беларусь и лично для А.Г.Лукашенко стали «нулевые» - первое десятилетие XXI века. Страна встала на ноги, отношения с Россией если и не развивались поступательно в части усиления интеграции, то и не ухудшались, а вопросы взаимных торговых споров Минска и Москвы удавалось ежегодно улаживать. Но к концу «нулевых» ситуация стала понемногу меняться и далеко не в лучшую сторону. Первый тревожный звоночек прозвучал в 2008 году, когда Республика Беларусь так и не признала независимость Абхазии и Южной Осетии, мотивировав это тем, что такие действия могут натолкнуться на экономические проблемы в торговле с Евросоюзом. 2008 год нельзя назвать некой датой, с которой начались проблемы – скорее можно сказать, что они стали зримыми, вышли на поверхность.
Союзное строительство, приостановленное как раз в «нулевых», фактически было свёрнуто. Более того, недопонимание между Россией и Белоруссией стало расти. Обострились трения и споры вокруг белорусского экспорта в Россию и, что самое важное – цены на газ и нефть для Белоруссии. А, как известно, для Белоруссии энергоресурсы являются ахиллесовой пятой национальной экономики.
Всё отчётливее начали звучать слова о важности белорусского суверенитета и необходимости политики «многовекторности».
С ещё большей силой всё это зазвучало после государственного переворота на Украине в 2014 году, восстания и провозглашения ДНР и ЛНР и воссоединения Крыма и Севастополя с Россией.
В ответ на отказ России поставлять газ и нефть Белоруссии по тем ценам, которые в Минске считали приемлемыми, был провозглашён курс на диверсификацию экономики и всё ту же многовекторность, на практике означающий некоторое уравновешивание зависимости от России контактами с Евросоюзом, Китаем и третьими странами. Во внутренней жизни центральное место заняли разговоры про высшую ценность государственного суверенитета. Всё это, конечно же, активно поддерживалось русофобской евроориентированной оппозицией и тем же Западом, который умело воспользовался складывающейся ситуацией и под убаюкивающие разговоры о поддержке белорусского суверенитета вёл работу по созданию в Республике Беларусь целой сети прозападных антироссийских структур – как легальных, так и теневых.
Ко всему прочему были приняты ряд непопулярных решений во внутриполитической и внутриэкономической жизни – так называемый декрет о тунеядстве, законодательство о дорожном сборе, изменения условий обязательной отработки после окончания ВУЗов на селе, пересмотр медицинских показаний для призыва на военную службы (призывать стали некоторые категории ранее негодных) и некоторые другие.
Излишняя централизация власти также сыграла свою злую шутку – белорусский лидер винил во всем нижестоящие структуры, а власти на местах негласно кивали на президента – дескать, «это всё он, а не мы».
За эти 20 лет выросло новое поколение белорусов. Молодёжь не видела 90-х и той тяжелейшей ситуации, из которой Лукашенко вытаскивал Белоруссию В их понимании Белоруссия была такой всегда – не очень богатой, но вполне благополучной, благоустроенной. Они видели, что в «десятые» по сравнению с «нулевыми» началась некоторая стагнация. К тому же это поколение молодёжи, как и во многих других странах, желает получить всё и сразу – высокооплачиваемую работу, квартиру, машину, отдых на море за границей и т.д. То, что для всего этого нужно работать, и работать много, воспринимается плохо и неохотно. Куда проще сказать себе и другим, что во всём виноват «несменяемый Лукашенко», а с его уходом Республика Беларусь обретёт «долгожданную свободу и благоденствие».
Ко всему прочему из общественной жизни были фактически выдавлены пророссийские силы, а прогосударственные партии и общественные объединения всё больше напоминали позднесоветские профсоюзы, комсомол и т.д. Говорили и декларировали одно, а думали часто иначе. Не случайно многие активисты прогосударственного Белорусского Республиканского Союза Молодёжи (БРСМ), в том числе и освобождённые кадровые работники, не только не выступили в защиту власти, но и приняли самое активное участие в протестах.
В конце 2019 года не случилось прорыва в российско-белорусской интеграции, а затем пришла эпидемия коронавируса. Можно сейчас спорить, насколько прав был белорусский лидер в своих подходах, стараясь не навредить экономике, защищая экономические интересы Белоруссии в спорах с Россией, но в любом случае это во многом позволило его противникам (и в первую очередь противникам российско-белорусской интеграции) начать предварительную «артподготовку» - атаку по всем информационным фронтам. Оппозиция заявила о крахе всей политики интеграции с Россией и требовала разрыва договора о Союзном государстве, а пророссийская часть белорусов с недоумением и разочарованием взирала на бесконечные споры и неспособность двух стран договориться. Собственный путь в ситуации с коронавирусом позволил противникам обвинить Лукашенко в том, что тому «не жалко собственный народ».
В этой ситуации, почувствовав свой шанс, «оппоненты» перешли в атаку. Причём всё было подготовлено заранее. Для меня, как и для очень многих (в том числе и для самого Лукашенко) стал полной неожиданностью масштаб протестных настроений и действий, умело режиссируемый и направляемый из-за рубежа. Ещё до голосования 9 августа 2020 года был сформирован мощный штаб антилукашенковской «цветной» революции, главными действующими лицами которого стали руководитель «Белгазпромбанка» Виктор Бабарико, бывший лукашенковский чиновник Валерий Цепкало и блоггер Сергей Тихановский. Традиционная националистическая русофобская оппозиция, как правило достаточно беспомощная, оказалась на вторых ролях – ни зарегистрированные кандидатами в президенты Черечень, Дмитриев или Конопацкая, ни оставшиеся за кадром традиционные лидеры протестов и «белорусизации» Северинец, Статкевич или Анисим не смогли летом 2020 года хоть на что-то влиять.
Ситуация была непростой уже в мае-июне – чувствовалось приближение грозы. Вовсю работали телеграм-каналы, оппозиционные сайты. Молодёжь, поголовно сидящая в айфонах, стала благодатной почвой для такой деятельности. Особенно преуспел телеграм-канал НЕХТА, созданный при помощи польских и британских разведывательных служб и ими же курируемый, с участием, естественно, и Вашингтонского обкома.
Власти попытались купировать ситуацию, сняв с предвыборной гонки Виктора Бабарико, Сергея Тихановского и Валерия Цепкало. Первые двое оказались за решёткой – естественно, не за участие в выборах, а под другим предлогом. Цепкало от активной борьбы уклонился. Казалось бы, проблему удалось решить. Но оставалась жена Тихановаского – Светлана Тихановская. Именно на неё и сделал ставку объединённый штаб на основе группы Бабарико. Ещё до выборов они объявили, что Лукашенко их проиграет, его победу никто не признает, и речь будет идти о требовании новых выборов. Я об этом писал задолго до развития ситуации. Сколько реально наберёт Лукашенко, при этом раскладе было уже неважно – «революцию» было решено проводить в любом случае.
Неприятным моментом для властей стала и ловушка ЦРУ и СБУ с арестом 33 «вагнеровцев».
Комментарии
Комментариев пока нет
