![](/thumb/2/COn0kP9qJrW1WcloYZ4kMw/180r160/d/regnum_picture_1463630986397962_big.jpg)
В Белоруссии созданы условия ревизии истории Великой Отечественной войны
Празднование Дня Победы в Белоруссии сопровождалось странными, на первый взгляд, явлениями. Символика праздника, заявления Александра Лукашенко, тематические публикации НИИ и СМИ, организация мероприятий в «год антикультуры», их массовость и многое другое указывали на то, что официозный тезис «никто не забыт, ничто не забыто» можно заменить на более адекватный «всё забыли и ничему не научились».
Задолго до очередного, 71-го по счёту Дня Победы ревизионизм расправил плечи не только в маргинальной публицистике, но и в государственных учреждениях. Если лет 10 назад один «беларуский» лжеспецназовец и лжедоктор воспринимался лишь как бессовестный графоман, то уже в 2012 году целая поросль ревизионистов из Академии наук добралась до Отечественной войны 1812 года, поставив всех перед фактом: власти постсоветской Белоруссии не считают её Отечественной. Просто кто-то где-то так решил в пику мнению и учёных, и простых белорусов, что не осталось незамеченным.
Параллельно шла война с памятниками, сопровождавшаяся откровенным вандализмом и растратой средств налогоплательщиков без всякого счёта и отчёта, невзирая на кризисы и прочие «временные трудности и неурядицы». На примере разрушения памятника на месте гибели генерала Якова Кульнева власти постсоветской республики продемонстрировали, чего стоит вся та пропагандистская шелуха, которой пичкают белорусов чиновники разных рангов, работники министерств культуры и образования, офицеры по воспитанию и информации, а также другие должностные лица. Если уж так отнеслись к Кульневу, который командовал Белорусским гусарским полком, погиб на территории современной Белоруссии и в честь которого Гродненский гусарский полк стал именоваться 6-м гусарским Клястицким генерала Кульнева полком, то ничего хорошего без радикальных перемен в обозримой перспективе ждать не следует. До памятников героям Великой Отечественной войны доберутся обязательно, как добрались до памятников Кульневу, Суворову и даже Пушкину.
Отрабатывая Отечественную войну 1812 года, ревизионисты постепенно подбирались к Великой Отечественной войне. Ещё до 70-го Дня Победы были опубликованы сотни статей и заметок откровенно ревизионистского, глумливого и кощунственного характера, готовивших почву для появления «проблемных» публикаций остепенённых авторов. От заявлений в духе «не всё так однозначно» и поиска «белых пятен истории» до откровенного переворачивания традиционной трактовки событий с ног на голову не столь уж длинная дистанция. В Прибалтике и на Украине это уже пройденный этап, «передовой» опыт накоплен и может быть позаимствован в любой момент. Однако, как показала практика ревизии Отечественной войны 1812 года в официальной историографии экс-БССР, власти избрали тактику медленного «варения лягушки».
Ревизия Великой Отечественной войны в Белоруссии осуществляется постепенно. Появляются новые символы, новые акценты, новые трактовки, новые подходы и, одновременно, «не рекомендуются» традиционные. Как показывает опыт, чего-либо оригинального и позитивно воспринимаемого широкими слоями населения в части идей и символов власти постсоветской республики предложить не могут, демонстрируя полную идеологическую импотенцию и клептоманию, причём воруя идеи, символы и всё остальное у «так называемой оппозиции», которую, в свою очередь, окормляют польские и прочие товарищи. Таким образом, то, чем бюрократическая «идеологическая вертикаль» пичкает население (например, «вышимайки»), — это осетрина третьей свежести.
Георгиевская лента как символ Дня Победы первоначально игнорировалась властями, потом была принята, затем была отвергнута, а в 2015 году была предпринята попытка перейти от запрета к замене. При этом «идеологическая вертикаль» постсоветской республики сделала выводы из скандала 2014 года, поводом для которого стали указания не использовать георгиевскую ленту в качестве символа Дня Победы. Запрет также действовал в 2015 и в 2016 годах. Чиновники отрицали факт запрета, официальных документов на сей счёт не публиковалось, однако по косвенным признакам и многочисленным свидетельствам нетрудно сделать однозначный вывод о том, был запрет или его не было.
«Из-за конфликта на востоке Украины георгиевская лента со звездой в Беларуси стала непопулярной. Носить вместо нее новую патриотическую символику с яблоневым цветом было предложено на Съезде ОО «БРСМ» в 2015 году. Президент Республики Беларусь Лукашенко А. Г. поддержал эту идею, и улицы страны наполнились лентами ко Дню Победы», — такое объявление разместила у себя на сайте минская фирма ООО «ФлагБай», специализирующаяся на производстве рекламной и прочей продукции.
Ложь коммерсантов о непопулярности георгиевской ленты очевидна любому, кто выходил на улицы белорусских городов 9 мая в последние годы. Нормальным людям следует сторониться таких, с позволения сказать, предпринимателей. Как говорил классик, «маленькая ложь рождает большое недоверие».
О том, что власти и отдельные предприниматели пытаются выдать желаемое за действительное, красноречиво говорят фотографии празднования 9 мая 2016 года в Минске, Бресте и других городах. К примеру, информагентство БелаПАН, которое трудно заподозрить в симпатиях к России и принятии георгиевской ленты, опубликовало замечательный фоторепортаж: Акция «Бессмертный полк» в Бресте. В этом фоторепортаже показательно не только то, что георгиевская лента стала народным символом, по популярности с которым могут сравниться разве что новогодняя ёлка или пасхальные яйца, но и то, что «Бессмертный полк» состоялся именно как народный праздник.
В Минске 9 мая власти не пожелали видеть георгиевскую ленту и старательно удалили любое упоминание о ней — будь то плакаты к 9 мая или фотографии участников официозных мероприятий. Непонятно, где минчане добывали эти ленты (повсеместно изъятые из продажи), но даже на официальном праздновании 9 мая на площади Победы в Минске было множество ветеранов и молодёжи с георгиевскими лентами. Об этом также свидетельствуют фотографии разных изданий, например — ИА REGNUM и «Русь молодая».
Шествие 9 мая 2016 года «Бессмертного полка» в Бресте со знамёнами и георгиевскими лентами выглядело масштабно и величественно. Попытка организовать в Минске эрзац-мероприятия под названием «Беларусь помнит» с красно-зелёными лентами флага БССР образца 1951 года позорно провалилась. Как показывает практика, украсть идею — легко, намного сложнее адаптировать украденное к местным условиям. Создать же нечто достойное в ответ на действительно хорошие идеи с георгиевской лентой и «Бессмертным полком» — задача для местечковых «идеологов» и вовсе невыполнимая.
Несколько любопытных сообщений о попытках общественности Белоруссии провести шествие «Бессмертный полк» опубликовала газета большевиков Белоруссии «Вперёд». В мартовском №3 (363) в публикации под заголовком «Инициатива «Бессмертного полка» не находит поддержки у руководства Минобороны Белоруссии» сообщается, что ещё 17 ноября 2015 года Александру Лукашенко было направлено обращение общественного объединения «За демократию, социальный прогресс и справедливость» с предложением провести данное мероприятие в городах постсоветской республики. Любопытно, что Администрация президента проигнорировала обращение, тогда как именно ей и следовало соблюдать президентский декрет об обращениях граждан. В конце января ДСПС было послано ещё одно письмо с напоминанием, после чего АП «спустила» письмо на Совмин, Совмин — на Минобороны, а из министерства в середине февраля был получен ответ.
«В нашей стране сложились собственные, не менее яркие, формы проведения мероприятий по празднованию Дня Победы и Дня Независимости Республики Беларусь. Торжественные мероприятия, посвящённые указанным датам, в текущем году спланированы. В нынешнем году, в связи с преклонным возрастом ветеранов Великой Отечественной войны, проведение предлагаемой Вами акции считаем нецелесообразным», — сказано в письме №6/1 ж/2 от 12.02.2016, которое подписал помощник министра обороны по идеологической работе в Вооружённых силах — начальник главного управления идеологической работы Минобороны генерал-майор Александр Гура.
Напрасно в ДСПС взывали к совести и здравому смыслу «ваяра», напоминали ему о Союзном государстве Белоруссии и России. Очевидно, решение по «Бессмертному полку» принимали не в Минобороны, а там, куда изначально было направлено письмо — в Администрации президента. В очередном, апрельском №4 (264) газета опубликовала «Обращение активистов Белорусского Республиканского общественного движения «Бессмертный полк» к соотечественникам», в котором, помимо прочего, сказано: «Недопустимо чтобы по улицам и проспектам нашей страны и её столицы — города-героя Минска, национал-радикалы таскали портреты антигероев, пособников фашистских оккупантов».
Накануне Дня Победы власти Белоруссии настоятельно рекомендовали гражданам не использовать в праздничных мероприятиях георгиевскую ленту, о чём в СМИ и социальных сетях было несколько сообщений. В частности, 6 мая издание «Московский комсомолец» со ссылкой на пользователей социальных сетей и организаторов различных «патриотических акций» сообщило о косвенных признаках того, что георгиевская лента исчезла из официальной атрибутики, магазинов и т.д. не случайно. «Так, в группе «ВКонтакте», посвященной автопробегу в Бобруйске «Спасибо деду за Победу», организаторы одним из условий участия указывают рекомендацию не использовать георгиевские ленточки и символику РФ, — сказано в публикации. — Ниже в комментариях поясняется, что таково требование городской администрации: «Против символики РФ и георгиевской ленточки никто ничего не имеет против, мы просто просим выполнить требование государственных органов». В той же социальной сети блогер @belamova («РБ головного мозга») добавил другую цитату, согласно которой «еще в прошлом году во всех госучреждениях прошел указ добровольно/принудительно не использовать их (ленточки — ред.) впредь». В противном случае «все отменят, и мы поедем домой».
Любопытно, что упомянутая группа «ВКонтакте» в своей символике использует цвета георгиевской ленты, однако вскоре после публикации рекомендации не использовать данную ленту обновила публикацию, удалив рекомендацию. Российская газета напомнила, что сообщения о нежелательности георгиевских лент в Белоруссии появились в 2014 году. Тогда секретарь ЦК БРСМ (белорусского аналога Комсомола) Андрей Беляков в интервью «Радио Свобода» заявлял, что его организация старается не использовать георгиевскую ленточку в своих мероприятиях, однако «такого запрета напрямую нет». Лжи в словах персека напрямую нет — действительно, документов о запрете не было опубликовано, и на этом основании пропагандисты предлагают не видеть причинно-следственных связей.
Противники георгиевской ленты апеллируют к тому, что данный символ «чужой», что является откровенной глупостью. Во-первых, данный символ не только наш общий, но уже, как «текст не принадлежит автору», так и данный символ давно перерос штанишки РИА «Новости» и стал общенародным символом Дня Победы. Во-вторых, ни один из заявлявших подобное не пересел с иномарки на «белорусские» Samand или Geely, не отказался от «чужой» бытовой техники и многочисленных символов, ставших нашими символами — как новогодняя ёлка, например. Понятно, что противники георгиевской ленты, называя ей «чужой», апеллируют к местечковости, как бы намекая на то, что белорусы якобы не русские. Логическим завершением всех этих многозначительных надуваний щёк и ехидных ухмылок станет продолжение энтропии и точно такие же действия сторонников полесского, к примеру, национализма в отношении «белорусских шовинистов» или «братского минского народа».
Противники георгиевской ленты апеллируют к тому, что данный символ якобы «политизирован». Действительно, он политизирован, как и многие другие символы, и активное участие в этом приняли противники данного символа. Но разве те символы, которые предлагаются в качестве альтернативных, не политизированы? При высокой степени ревности не по разуму можно политизировать всё что угодно — даже коробок спичек. На самом деле проблема не в политизации, а в идейной направленности данного символа.
Противники георгиевской ленты апеллируют к тому, что данный символ как бы не совсем настоящий, что его использовали белогвардейцы и власовцы, а также заявляют с десяток ещё более смешных «аргументов» против данного символа Дня Победы. Как будто символ памяти о жертвах Первой мировой войны лучше, или символика, появившаяся намного позже окончания Великой Отечественной войны и никак с нею не связанная, может быть альтернативой. Жалко смотреть на пытавшихся доказать, будто бы красно-зелёная лента флага БССР образца 1951 года имеет отношение к символике Дня Победы в Великой Отечественной войне. Или цветок яблони, который якобы имеет отношение к символике Дня Победы: разве одуванчики и другие растения не цвели в это время? Можно вспомнить, что пепел из крематориев использовался немцами как удобрение, в том числе и для фруктовых садов, но тогда цветок яблони в качестве праздничного символа приобретает лишь кощунственный смысл.
Однако символикой дело не ограничивается. Символика — это очень важно, но гораздо важнее то, как интерпретируются события Великой Отечественной войны, какие выводы сделаны из огромного массива информации о трагедии, которая стала не только нашей, но приобрела мировой масштаб. Сегодня на примере Украины и Прибалтики видно, что уроки Великой Отечественной войны были забыты ещё в СССР — сохранялись памятники и пафосные лозунги, а исторической памяти уже не было, ценностно-мировоззренческие ориентации уже были другими под скорлупой советской символики. Внуки ветеранов уже были потерянным поколением, а значительная часть правнуков стала антиподами своих славных предков. Поэтому нынешний разгул ревизионизма, вандализма и пепел «Одесской Хатыни» — явления закономерные. Как закономерно и то, что День Победы вдали от райцентров белорусские чиновники рассматривают как некую формальность, чему немало свидетельств — например, о «праздновании» 9 мая в поселке Костюковка Гомельского района.
Вовсе не марсиане несут ответственность за происходящее на наших глазах. У «людей», избивающих и оскорбляющих ветеранов на Украине, нападающих на детей с георгиевскими лентами на Украине и в Белоруссии, у запрещающих ношение георгиевских лент в Белоруссии есть конкретные имена и фамилии. Но не они представляют опасность, а те, кто генерирует ненависть к Победе и её символам, кто создаёт и индокринирует ложные символы и мифы.
Как бы ни старались представители госагитпропа представить ситуацию с запретом на георгиевскую ленту в Белоруссии в виде псевдопроблемы, не стоящей выеденного яйца и порожденной кознями провокаторов, факты говорят об обратном. Не будем далеко ходить за примерами и обратим внимание на публикацию в откровенно русофобском белорусском СМИ «Наша нива» от 12 мая под заголовком «В Гомеле на День Победы школьницу попросили снять георгиевскую ленту, родители возмущены». В публикации описывается конкретный случай в гомельской школе №29, произошедший 9 мая и наглядно иллюстрирующий не только отношение властей к народной символике Дня Победы, но и неприятие белорусами навязываемого им официозного эрзаца.
Случай в гомельской школе уже представляют как самоуправство педагогов, недоразумение, единичный случай и т.п., пытаясь жалким апологетическим лепетом заболтать проблему, которая реально существует, целенаправленно замалчивается и ещё ждет своего часа, чтобы проявить себя в полную силу — как уже произошло на Украине. В соседней постсоветской республике нынешний кошмар тоже начинался с якобы мелочей, причём памятников и ветеранов на Украине было кратно больше, и были свои Хатыни — одна Корюковка чего стоит. Поэтому утверждающие, что «такое, как на Украине», в Белоруссии невозможно, выглядят, по крайней мере, наивно.
До сих пор активные попытки ревизии традиционной концепции Великой Отечественной войны предпринимались со стороны русофобствующих активистов прозападной оппозиции, рядящихся под учёных и исследователей. В их публикациях причудливо соединены ненависть ко всему русскому, антисоветизм и безумные фантазии на тему белорусов, их культуры и истории. Если факты свидетельствуют против их «новых» и «истинных» взглядов, то тем хуже для фактов. Не случайно данный тип деятелей активно использует символику политических сектантов, в начале XX века частично «позаимствованную» у литовских националистов, частично придуманную по-быстрому виленским архитектором в революционном 1917-м. Это не помешало в 90-е лекторам БГУ и других вузов на полном серьёзе утверждать о существовании «вековой» и «белорусской» символики (скептики попросту не могли получить диплом из-за несданного зачёта по геральдике и сфрагистике). Данная символика, активно использовавшаяся во время Первой и Второй мировых войн пособниками германских оккупантов, в 1991 году была навязана как «национальная» белорусской части искусственно разделённого народа-победителя. Дело доходило до крайней степени кощунства — символика БНР-БЦР-БНФ наносилась на поздравительные бланки ветеранам — партизанам и фронтовикам, которые насмерть бились с теми, кто под символикой новоиспечённой РБ вешал партизан и подпольщиков, членов их семей и мечтал о «белорусском суверенитете» под германским протекторатом. Так было до референдума 1995 года, когда у белорусов соизволили спросить их мнение по четырём вопросам, среди которых был и вопрос о государственной символике.
Недавно задули «многовекторные» ветры и Павел Из-ч Якубович, чьи соплеменники лежат в минской «Яме», вдруг признался в симпатиях к гуттаперчевой БНР и символике тех, кто помогал создавать и зачищать Минское гетто. Компанию ему составили «выбившиеся в люди» чиновники, наподобие посредственного актёра и откровенно бездарного режиссёра Геннадия Брониславовича Давыдько. Эти недоразумения были бы частными случаями, укладывающимися во вполне демократичную концепцию плюрализма, если бы Якубович не возглавлял президентскую газету «Советская Белоруссия», Давыдько — Белтелерадиокомпанию, а их товарищи-единомышленники не занимали должностей от Администрации президента и Совмина до самых низов.
Биографии этих «идеологов» говорят о том, что завтра, если так решит «первое лицо», Якубович, Давыдько, Латушко и многие другие бывшие комсомольцы-партийцы будут славить и гнобить всё, что прикажут, прикрываясь «Погоней», флагом цвета радуги или иной символикой. Эти люди всегда голосовали за действующую власть и всегда проявляли неограниченную гибкость убеждений. Проблема не в них, а в политике, проводниками которой они являются, а ещё точнее — в тех идеях, которые воспринимаются «на местах» как руководство к действию и всей мощью госагитпропа внедряются в общественное сознание. Таким способом формируется новая идентичность белорусов и взращивается поколение со специфическими ценностными установками, которые, как показывает украинский опыт, чреваты такими феноменами, как необычайная популярность нацистских наколок у внуков и правнуков ветеранов, особенно в зоне карательной операции.
Помимо Института истории НАН Белоруссии, отметившегося на ниве ревизионизма и русофобии, а также других госорганизаций, над созданием фундамента ревизии и погромов неустанно трудятся белорусские клиенты польских и других заграничных структур. Чего стоит один только «белорусский катынский список», который пытаются то найти, то потребовать, то составить путём хитроумных манипуляций, используя специфический инструментарий определения «белорусскости». Деятели из данной когорты отождествляют себя со шляхтой Речи Посполитой, польскими мятежниками XIX века и пилсудчиками, что наглядно продемонстрировали истории с памятниками Александру II в Минске, Пушкину в Могилёве, Кульневу в Витебской области и Суворову в Брестской области, а также ряд других эпизодов. После Лукашенко эти деятели проведут полную ревизию, и не только Великой Отечественной войны.
Достаточно поводов для беспокойства даёт и сам Александр Лукашенко. Будучи дипломированным историком и экономистом, он сделал немало странных заявлений как на тему истории, так и на тему экономики. Нет смысла приводить весь «цитатник Лукашенко», обратимся к его последним высказываниям, в которых руководитель постсоветской республики обращается к теме Великой Отечественной войны.
Выступая 6 мая на Минском моторном заводе, Александр Лукашенко заявил: «Мы сегодня живём на своём клочке земли, и это благодаря тем, кто сражался против врага и завоевал Победу. Поэтому не надо стесняться отдавать дань уважения тем, кто погиб, и тем, кто выжил в этой нелегкой борьбе». Как сообщили пресс-служба президента и госинформагентство БелТА, он также «подчеркнул, что очень важно помнить о тех, кто подарил нам эту Победу, кто отстоял нашу независимость».
Тема «суверенитета и независимости» РБ очень часто фигурирует совсем не к месту, а уж утверждение о «клочке земли» в контексте памяти погибших и ещё живых наших ветеранов звучит кощунственно. Тем не менее попытки растащить по лимитрофным землянкам победу народа СССР в Великой Отечественной войне — общее место официозных заявлений постсоветских правителей. Если бы с подобными речами кто-нибудь выступил, например, в 1944, 1954 или даже в 1984 году, то дело спикера завершилось бы скоро и незавидно.
Затем президентская пресс-служба распространила «Поздравление с Днем Победы» Александра Лукашенко, в котором сказано: «Беларусь первой приняла на себя страшный удар врага, став живым щитом на пути вероломного агрессора. В едином строю с братскими народами Советского Союза белорусы самоотверженно шли к долгожданной Победе, освобождая родную землю и страны Европы от фашистского ига, а вернувшись к мирной жизни, восстановили разрушенные города и сожженные села». Нашлось также место теме «независимости» в предпоследнем предложении: «Мы будем вечно помнить и свято чтить имена миллионов — тех, кто сражался за независимость Отчизны, кто трудился, не жалея сил на пути к этой великой цели».
Данный случай показателен откровенно ревизионистским пассажем о «первом ударе», принятом именно Белоруссией, хотя атакована была вся страна. Если уж дело дошло до национальных республик, то следовало упомянуть другие советские республики — Украинскую, Литовскую и РСФСР, не выпячивая «Беларусь» (БССР). Показателен также уровень компетенций президентской пресс-службы и «идеологической вертикали», допустивших столь грубую ошибку. Впрочем, данный инцидент не снимает ответственности и с того, от чьего имени было распространено данное заявление. Судя по отсутствию официальных комментариев постфактум, ни дипломированный историк, ни его спичрайтеры «ничего такого» не заметили. Зато заметили эксперты.
Далее тема Великой Отечественной войны уже в контексте Второй мировой войны получила развитие в выступлении Александра Лукашенко 9 мая на минской площади Победы. Официальный текст выступления был опубликован президентской пресс-службой и сразу же вызвал критическую реакцию. Вряд ли Лукашенко не ознакомился с текстом до его зачитывания на площади. Но даже если это так, то стоит напомнить, что Сталин писал себе речи сам, и многие политики в подобных ситуациях обходятся вовсе без «бумажки». Впрочем, практика предыдущих десятилетий указывает на то, что в данном случае лучше уж с «бумажкой» и репетицией.
Выступление начинается с благодарности ветеранам, заявления о недопустимости искажения правды о победе в Великой Отечественной войне и, между прочим, вворачивается оборот о «независимой» постсоветской республике. Далее следует очень важный фрагмент: «Нельзя забывать, что именно единая семья братских республик Советского Союза явилась той могучей силой, которая сокрушила нацизм. И тем самым спасла человеческую цивилизацию от истребления и повального рабства. Мы помним, как развитые страны Европы, обладавшие мощным военным потенциалом, одна за другой бросали оружие и склонялись в покорности перед фашистской Германией. Некоторые — даже без боя. Всех парализовал тот ужас, который внушали устроители нового мирового порядка. И только советский народ, еще не оправившись от революционных потрясений, не залечив как следует раны многолетней гражданской войны, не пал духом перед фашистской армадой».
Здесь внимание привлекает не столько пассаж о Гражданской войне (президентская пресс-служба почему-то посчитала неуместным написать термин с заглавной), сколько фраза «единая семья братских республик Советского Союза». Это абсолютно справедливое и с научной точки зрения безукоризненное выражение, процитированное затем государственными СМИ постсоветских республик, КНР и других стран, вроде бы указывает на то, что работа над текстом выступления была серьёзной. Однако смелое обобщение в указании на «развитые страны Европы» вновь заставляет задуматься об адекватности авторов текста.
Да, Брестская крепость и «Дом Павлова» в Сталинграде оборонялись дольше, чем Франция или Польша, что нисколько не умаляет подвига солдат этих стран, сражавшихся до капитуляции французского правительства и после под началом де Голля или в польских формированиях — они не бросили оружие и не покорились. Можно много претензий предъявить польским политикам и верхушке армии, припомнить вековые обиды в целом и концлагеря для красноармейцев в частности, но солдаты Вестерплатте не заслуживают ничего, кроме уважения. Действительно, вермахт был лучшей военной машиной своего времени — тем ценнее наша победа, и возвеличивать её принижением чужого мужества и героизма — значит не уважать память погибших.
«Беларусь первой из советских республик приняла на себя жестокий удар агрессора. Здесь впервые с начала Второй мировой войны самодовольные покорители Европы получили настоящий отпор, что привело к срыву их плана молниеносной войны. С установлением на белорусской земле оккупационного режима сопротивление агрессорам нарастало с каждым днем. За этот период наши партизанские отряды и соединения уничтожили более полумиллиона вражеских солдат и офицеров. Не меньше, чем союзные армии Соединенных Штатов Америки, Великобритании после открытия второго фронта», — сказано далее в тексте выступления Лукашенко.
В выступлении повторяется откровенно нелепый тезис о «первенстве» Белоруссии (БССР), как будто Гитлер планировал нападать на республики СССР по очереди. На это обратил внимание Николай Малишевский,указавший на «туркменизацию» белорусской истории. Возможно, спичрайтеры попутали Вторую мировую войну с Великой Отечественной, что при общем уровне деградации неудивительно, однако, стоит напомнить, что зачитывавший текст на площади сам является дипломированным историком. Кроме того, как бы между делом принижается подвиг наших воинов на других участках обороны нашей Родины. Выходит, сопротивление агрессору на территории Молдавской и Украинской ССР было как бы «ненастоящим».
Стоит напомнить, что Кишинёв был захвачен 16 июля, а Минск — 28 июня. Киев был захвачен 19 сентября, его оборона длилась намного дольше обороны столицы БССР, и значение этой трагической и героической страницы в истории для срыва блицкрига не меньшее, чем оборона Минска. Что касается уничтожения партизанами в оккупированной БССР «более полумиллиона вражеских солдат и офицеров», то данные немецких архивов не подтверждают данный тезис. Наверное, не стоило записывать в эту категорию белорусских полицаев и работников вспомогательных оккупационных структур, не имевших отношения ни к солдатам, ни к офицерам. Кроме того, без организации партизанского движения из Москвы и активной роли в этом структур соответствующих наркоматов не было бы никакого «движения» — сопротивление, начавшееся летом 1941 года, имело все шансы остаться на уровне локальных выступлений.
Совершенно справедливо Николай Радов указывает на характерную для постсоветских образований нездоровую тягу к «разделению Победы на «общую» и «свою», констатируя факт «переосмысления итогов войны» в Белоруссии. Он обращает внимание на как минимум спорные цифры о потерях «Беларуси» в годы войны, которые приводит белорусское подразделение МИА «Россия сегодня» в публикации «Оккупация Беларуси в цифрах». Уже сами формулировки вроде «Потери Беларуси в период оккупации немецко-фашистской Германией 1941−1944 годов» указывают на то, что составители не совсем понимают, о чём пишут. Помимо прочего, обращается внимание на ставший общим местом нелепый тезис о «каждом третьем погибшем жителе Беларуси».
Стоит отметить, что в советской историографии говорилось о «каждом четвёртом», и квалификация советских историков была несопоставимо выше, чем постсоветских. Тем не менее из года в год, по поводу и без, с высоких трибун и через газетные заметки доносится безапелляционное заявление о «каждом третьем». Радов разъясняет: «Необходимо отметить, что вопрос о том, насколько верны те или иные цифры, в том числе и озвученные Sputnik'ом, все еще является спорным, так как есть множество противоречащих друг другу работ разных исследователей (Эммануил Иоффе, Алексей Литвин, Юрий Туронок и т.д.), имеющих при этом определенные доказательные базы, начиная от отказа считать белорусами тех, кто проживал на территории Западной Белоруссии до 1939 года, и заканчивая включением в число погибших и пропавших без вести белорусов даже тех, кто таковыми не являлся. В последнее время этот спор и вовсе приобрел характер политических спекуляций, которые преследуют лишь одну цель — доказать как минимум особую роль белорусов в победе над фашизмом».
Эта «особая роль белорусов» в последние годы усердно выпячивается, очень часто выходя за рамки здравого смысла. Сергей Гуркин в своей публикации, проводя параллели с постмайданной Украиной, также обращает внимание на то, что гражданам Белоруссии «предлагается выдергивать из всей истории только свою собственную страну в ее нынешних границах». Впрочем, и до 9 мая 2016 года немало наблюдателей отмечали схожесть деструктивных тенденций в Белоруссии и на Украине, чему в России, судя по реакции РАН и других структур, не придавали и до сих пор не придают вообще никакого значения.
Преувеличение потерь врага — банальный приём, который используется пропагандистами с незапамятных времён с понятной целью. Однако при этом преувеличение своих потерь — это нестандартный ход, преследующий цель вызвать жалость и как бы намекнуть в духе «не надо нам делать плохо — мы вон как настрадались, как вам не стыдно». Это давление на жалость активно использовалось в попытках что-то донести до общественности стран Запада, применившего санкции к официальному Минску.
Например, 4 марта 2012 года, критикуя «голубого» главу МИД Германии Гидо Вестервелле (ныне покойного): «Наша страна потеряла треть своего населения. Так вы с нами еще за это не рассчитались. Что вы нас наклоняете постоянно?» Или 2 июля 2014 года, принимая златоустовский меч от Владимира Путина и критикуя США и ЕС: «Казалось бы, западные государства должны ценить вклад наших народов в Великую Победу. Однако вместо признательности от них мы видим высокомерный диктат и санкции». Вряд ли англосаксы желали отомстить белорусам именно как народу, руководствуясь нацистской установкой на «войну народов» — ни одного ветерана Великой Отечественной войны в чёрных списках ЕС и США не было и нет. Понятно, что чиновники постсоветской республики пытались представить введённые против них персонально санкции как «антибелорусские», но из этого ничего не вышло, да и не могло выйти по целому ряду причин.
Учитывая, что реализация госзаказа на синтез новой идентичности белорусов демонстрирует акцент на этничности, что не ново при реализации подобных РБ проектов, то правомерно ожидать различные эксцессы. Примеры Югославии, Украины и другие, из более ранних эпох и других континентов, наглядно демонстрируют последствия подобных экспериментов. С этничностью и идентичностью проблем не меньше, чем с конструированием «государственной идеологии», которой так и не создали, хотя немалые бюджетные средства были «освоены». Однако возможен и другой вариант развития событий. Если руководству РФ нет дела до реализации ещё одного проекта вроде галицийского, то можно оставить всё так, как есть сейчас.
Во время переговоров в Минске 16 мая глава МИД РФ Сергей Лавров также говорил о необходимости сохранить память о Великой Отечественной войне, не допустить ревизионизма и героизации нацизма. Ровно то же самое от российских дипломатов мы слышали многие годы применительно к Прибалтике и Украине, где недопустимое стало нормой. Показательный факт: 2 мая 2014 года в районе киевского «майдана» красовались плакаты, посвящённые Дню Победы, и в тот же день тлело пепелище «Одесской Хатыни». Как выяснилось, все пафосные заявления о «недопустимости», клятвы, обещания и тому подобное — не более чем слова.
Выступая 16 мая в Белгосуниверситете, Лавров сообщил, что обсудил с Макеем и Лукашенко аспекты совместной работы по недопущению извращения истории, в частности — итогов Великой Отечественной войны. По его словам, совместные действия в данной сфере «будут тесно координироваться». Лавров акцентировал внимание на «войне с памятниками» в Польше, как будто в Белоруссии не хватает примеров «войны с памятниками» и «войны памятников».
Всё забыли, ничему не научились. Можно и далее закрывать глаза на происходящее в Белоруссии, заявлять об отсутствии противоречий при регулярных торговых и информационных войнах, о согласованных действиях во внешней политике и даже устраивать совместные политические голосования на дегенеративном «Евровидении» — всё это не имеет и не будет иметь никакого значения при решении по-настоящему важных, проблемных вопросов.
Георгиевская ленточка, ставшая символом Дня Победы и сопротивления неонацизму, по-прежнему вызывает нервную реакцию ревизионистов и русофобов. Однако гораздо большую опасность представляет ревизионизм, который стал нормой в Белоруссии. Власти постсоветской республики, проводя политику «белорусизации» и конструируя новую идентичность белорусов, сделали немало для того, чтобы со временем состоялся пересмотр итогов Великой Отечественной войны по тому же сценарию, по которому в официальной историографии была осуществлена ревизия Отечественной войны 1812 года. Не для того в Белоруссии было затрачено столько сил и средств, чтобы отказаться от логического завершения данного процесса.
Комментарии
Комментариев пока нет