« Назад

Лев Криштапович: ГРАФОМАНИЯ 10.04.2019 12:52

В течение всего постсоветского времени белорусскому обществу навязывается польско-шляхетский взгляд на белорусскую историю, в соответствии с которым исторический путь Беларуси никак не вписывается в логику развития Русской цивилизации, Русского мира. Официальная историческая наука в Республике Беларусь в своей трактовке белорусской истории исходит из политического перенесения нынешней Конституции страны на историю белорусского народа.

Логика здесь школьническая: поскольку Беларусь является независимым государством, постольку у нее должна быть независимая история. Независимая история от кого? Разумеется, от общерусской истории, от общерусского мира. Подход ребяческий, но если ему следовать, то фальсификация белорусской истории становится неизбежной. Отсюда возникла ныне действующая концепция истории Беларуси, по которой Великое княжество Литовское и Речь Посполитая представляют собой исторические формы белорусской государственности, а БНР – национальную форму белорусской государственности.

Но если официальная историография в своих писаниях пытается сохранить видимость научного приличия и наукообразности, то так называемые «белорусизаторские» историки на страницах своей «неизвестной истории» упражняются в откровенной русофобии. Эта категория псевдоисториков преподносят Великое княжество Литовское и Речь Посполитую исключительно в качестве белорусских феноменов и белорусской демократии, а БНР национальным  государством.  Вся эта ничего общего не имеющая с исторической наукой графомания преследует одну единственную цель – навязать белорусскому обществу мнение о том, что исторически Белоруссия развивалась вне общерусской истории. И здесь цели официальной историографии и «белорусизаторских» фальсификаторов полностью смыкаются.

Именно эта цель - фальсификация отечественной истории -  и заявлена  в концепции истории белорусской государственности, на основании которой будут издаваться квазинаучные работы по истории белорусской государственности. И вот уже в издательстве «Беларуская навука» вышел первый том такой квазинаучной истории под названием «История белорусской государственности. Белорусская государственность: от истоков до конца  XVIII в.». Ненаучный уровень данного издания уже рельефно выступает в так называемой новой трактовке дефиниции «государственность». Процитируем. «Мы рассматриваем государственность, - пишут авторы первого тома, -  как внутреннюю потенциальную способность этнонационального сообщества и его элиты, обеспечивающую право и возможность длительного самостоятельного исторического существования и развития» [1, c. 6]. Никакого научного значения эта тарабарщина к  дефиниции «государственность» не имеет, поскольку в данном определении история белорусского народа неправомерно отождествляется с государственностью белорусского народа. Это нетождественные понятия. Зачем авторы данного издания смешивают историю белорусского народа с историей белорусской государственности? Затем, чтобы протащить свою фальсификацию истории белорусского народа и заявить, что белорусы и белорусская государственность существовали уже в Древней Руси.

Именно фальсификацию истории белорусского народа и хочет предложить Институт истории НАН Беларуси научной общественности на тему якобы новой истории белорусской государственности? То, что предлагает Институт истории, правильнее было бы назвать не «Историей белорусской государственности», а «Историей Великого княжества Литовского и Речи Посполитой», поскольку в изданной работе речь идет именно о ВКЛ и Речи Посполитой, а белорусская государственность приплетена к ним ни к селу и ни к городу. Стоит только посмотреть на оглавление этой работы, чтобы убедиться в этом. «Образование ВКЛ», «Государственный строй и организация в ВКЛ», «Войско и организация обороны ВКЛ», «Внутриполитическая борьба», «Борьба  ВКЛ за государственный суверенитет», «Внешняя политика ВКЛ», «Сословная и социальная структура ВКЛ», «Политический кризис Речи Посполитой и ее разделы». Всему этому польско-шляхетскому  старому  хламу предшествуют разговоры о белорусской государственности в Полоцком княжестве.  Эту глупость  квазиисторики  преподносят следующим образом.  Полоцкое княжество  трактуется как равнозначное в политическом отношении  Новгороду и Киеву. Здесь квазиисторики как бы намекают на существование в то время трех независимых государств – Полоцкого (Белорусского), Новгородского (Русского) и Киевского (Украинского).  Даже если признать равнозначность в политическом отношении Полоцка и Киева (хотя исторически это не соответствует истине, ибо Киев в это время именовался «матерью» всех «русских городов», поэтому к нему тяготели политически все древнерусские области, в том числе и Полоцкая Русь), то отсюда еще нисколько не следует белорусскость или протобелорусскость Полоцкого княжества, которое во всех источниках квалифицируется как Русь, Руссия, Русская земля. Все дело в том,  что квазиисторики рассматривают Полоцкое княжество  не в реальном общерусском историческом контексте, а, так сказать, в «белорусизаторской»  версии древнерусской истории аналогично  фальсификациям  «украинизатора» Михаила Грушевского и нынешних бандеровских «украинизаторов», что Киевская Русь – это не древнерусское государство, а украинская держава и что, как заявил Порошенко, киевский князь Владимир крестил не Русь, а Украину. 

Квазиисторики новой истории белорусской государственности заимствуют этот фальсификат Михаила Грушевского и современных «украинизаторов» и заявляют, что Полоцкое княжество – это есть начало белорусской  государственности. Остается только дописать, что киевский князь Владимир крестил не только Украину, но и Беларусь и тогда «белорусизаторские» археологи и антропологи отыщут белорусских укров и белорусскую  идентичность  даже в сарматскую эпоху. Ведь уже, как радостно сообщают квазиисторики при презентации своего первого тома, белорусские антропологи восстановили «образ белорусского шахтера, который жил 5 тысяч лет назад». После таких заявлений создается впечатление, что подобные «исследования» создавались не в академическом институте,  а в чеховской палате номер шесть. Правда, возможно у этих сочинителей (чем черт не шутит!) сохранилось любовное письмо времен Всеслава, в котором одна из поклонниц  полоцкого Чародея называет его белорусским президентом, благодаря чему и произошло появление  концепции и данного труда по  истории белорусской государственности?

В чем  заключается главная ошибка в концепции истории белорусской государственности и в представленном академическом издании?  В том, что о Полоцком княжестве говорится как об исторической форме белорусской государственности, но умалчивается о тождестве государственности Полоцкого княжества с государственностью, например, таких княжеств, как Черниговское, Рязанское, Нижегородское, Ростово-Суздальское, Смоленское и других древнерусских княжеств. Стоит, к примеру, вместо Полоцка поставить Чернигов или Ростов и будет тот же самый исток белорусской государственности.  Если следовать логике  квазиисториков, то выходит, что и эти княжества представляют собой исторические формы белорусской государственности. Но утверждать подобное – это явный абсурд. Следовательно, абсурдно говорить о том, что Полоцкое княжество – это историческая форма белорусской  государственности. Полоцкое княжество – это не историческая форма белорусской государственности (точно так же, как Киевское княжество не историческая форма украинской государственности), а явление сугубо древнерусского мира, государственность, культура, письменность, религия, архитектура, ментальность жителей которого ничем не отличались от других древнерусских княжеств, например, от  Киевского или Ростово-Суздальского. Вообще, можно сказать, ни один из европейских народов не имеет столь богатых источников доказательств  своего исконного этнического единства, как древнерусский народ.  Разделять или противопоставлять, к примеру, Полоцк и Великий Новгород по принципу наша и не наша история – смехотворно, ибо и Полоцк и Новгород являются одинаково древнерусскими городами, что фиксируется в договорах X века между Киевской Русью и Византийской империей. Ведь это бесчестно – придумывать Полоцкому княжеству историческую форму белорусской государственности, о чем  нет  никаких свидетельств в исторических источниках, и  тем самым цинично фальсифицировать историю белорусского народа.

 Разумеется, в этом сочинении продолжается графомания о том, что Великое княжество Литовское представляет собой историческую форму белорусской государственности, поскольку  в ВКЛ были два основных этноса – литовцы и русские, то есть белорусы. И хотя в тот период в источниках ни о каких белорусах речи не идет, квазиисторики, тем не менее, продолжают тянуть свою нудную волынку, что ВКЛ это не только литовское государство, но и белорусское. «ВКЛ, - заявляют они, - являлось полиэтническим государством, в составе которого белорусский этнос оформил и осуществил свою государственность в XIII-XVIII вв.» [1, c. 248].  Самое смешное во всем этом, что если следовать такой логике, то надо признать, что ВКЛ  включало в себя не два основных этноса, а четыре – литовцев, белорусов, украинцев и русских, поскольку, кроме нынешней Литвы и Беларуси, в ВКЛ входили еще Киевщина, Волынь, Подолия, Черниговщина, Брянщина, Смоленщина, то есть нынешние украинские  и русские земли. Ведь сами  квазиисторики пишут, что «в период расцвета ВКЛ простиралось от Балтики до Черного моря и от границ Польши и Венгрии до Подмосковья» [1, c. 243]. В таком случае правильнее назвать ВКЛ украинским государством, поскольку нынешние украинцы были еще более, чем белорусы, основным этносом ВКЛ. Но признать такое квазисторики из Института истории НАН Беларуси, конечно, не могут, поскольку тогда рушится вся их детская концепция о белорусской государственности ВКЛ. И разве они сами не отрицают белорусскую государственность ВКЛ, утверждая, что «ВКЛ являлось полиэтническим государством, история которого принадлежит всем народам, его населявшим. Каждый из этих народов внес свой вклад в становление и развитие ВКЛ». Согласимся.  Но из этого еще нисколько не следует белорусская государственность ВКЛ. В противном случае тогда надо признать, еврейскую, татарскую государственность ВКЛ, ибо евреи и татары также внесли свой вклад в развитие ВКЛ. На каком основании  квазиисторики  будут этим народам отказывать в этом праве? Тогда с еще большим основанием надо признать, что и  Российская империя была белорусским государством, поскольку она была полиэтническим образованием и каждый народ, ее населяющий, внес свой вклад в ее развитие.  Вот к какой глупости приводит отсутствие элементарной логики у сотрудников  академического  института. Сотрудники Института истории НАН Беларуси, толкуя об исторической форме белорусской государственности в ВКЛ, отождествляют разные понятия – государственность на Белой Руси в эпоху ВКЛ и белорусскую государственность.  В этом плане квазиисторики напоминают нерадивых учеников, которые при изучении стран мира путают Швецию со Швейцарией, а Австрию с Австралией. Что, кстати, доходчиво объяснил видный литовский историк Станислав Лазутка «белорусизаторам» по поводу их бредней о Великом княжестве Литовском как белорусском государстве. Cтанислав Лазутка отмечал, что Великое княжество Литовское – это государство «не «Русско-Литовское» или «Белорусско-Литовское» или как там еще, а именно Литовское, как это убедительно показал крупный советский русский историк Владимир Терентьевич Пашуто» [2, c. 68].

Следует отметить, что в ВКЛ очень быстро установилось  господство  антирусской политической  номенклатуры, которая ничего общего не имела с белорусской ментальностью. Классическим примером угнетенного положения западнорусского народа (белорусов) в государственной системе Великого княжества Литовского является эпизод из жизни князя Константина Ивановича Острожского, знаменитого победителя московских войск под Оршей в 1514 году Польский король Сигизмунд I назначил Константина Ивановича Острожского великим литовским гетманом. Это звание давало право русскому князю на место в составе господарской Рады. Но литовцы-католики категорически были против принятия в Раду Константина Ивановича Острожского на том основании, что он схизматик, т.е. православный. С большим трудом в виде исключения Сигизмунд I уговорил Раду допустить в ее состав знаменитого полководца. Этот факт красноречиво опровергает выдумки псевдоисториков о существовании белорусского правительства и белорусского государства в период Великого княжества Литовского.

Лев Криштапович, доктор философских наук

Литература
1.История белорусской государственности. В 5 т. Т. 1: Белорусская государственность: от истоков до конца XVIII в. / А.А. Коваленя [и др.]; отв. ред. тома: О.Н. Левко, В.Ф. Голубев; Нац. акад. наук, Ин-т истории. -   Минск: Беларуская навука, 2018. 
2.Лазутка, С., Валиконите, И., Гудавичюс, Э. Первый Литовский Статут (1529 г.) / С. Лазутка, И. Валиконите, Э. Гудавичюс. – Вильнюс, 2004.


Комментарии


Комментариев пока нет

Добавить комментарий *Имя:


*E-mail:


*Комментарий:




ГЛАВНАЯ