Лев Криштапович: «Белоруситизация» как проводники польско-шляхетских фальсификаций в белорусском обществе

Лев Криштапович: «Белоруситизация» как проводники польско-шляхетских фальсификаций в белорусском обществе 16.10.2018 14:35

Общественная организация «Белая Русь» публично объявила о разработке совместно с Институтом истории НАН Беларуси и историческим факультетом Белорусского государственного университета проекта, посвященного выяснению ключевых моментов белорусской истории. 

Задача проекта, как заявляют инициаторы, - «через открытую дискуссию, активную научно-просветительскую деятельность противостоять непрофессионализму и попыткам фальсификации исторических фактов, распространению политически ангажированной истории». Все это было бы замечательно, если бы соответствовало исторической истине. А вот с истиной дела у проектантов хуже некуда. Приглядимся внимательнее к тому, что они делают. Так, ставя своей задачей противостоять непрофессионализму и попыткам фальсификации исторических фактов, проектанты, сами того не замечая, демонстрируют полнейший непрофессионализм, если не сказать – полнейшее невежество в области белорусской истории.

В самом деле, как можно заявлять о приверженности профессионализму, когда сама дискуссия под названием «Исторические формы белорусской государственности в IX-XIII вв.» свидетельствует об очевидном непрофессионализме проектантов, которые таким названием своей дискуссии как раз и занимаются распространением политически ангажированной истории.

Скажите, пожалуйста, в каких исторических источниках эти «профессионалы» отыскали исторические формы белорусской государственности в IX-XIII веках, когда еще не было никаких белорусов и никакой Беларуси? Или, может быть, Давыдько и компания отыскали новую «Повесть временных лет», где летописец Нестор говорит уже не о том,  откуда пошла Русская земля, а о белорусской государственности? Или летописцы из «Белой Руси» нашли новую «Хронику Ливонии», в которой немецкий хронист сообщает не о русском княжестве в Полоцке, а о белорусском? Или Давыдько у себя на даче обнаружил новый список «Слова о полку Игореве», где полоцкий князь Всеслав предстает не в образе рыскающего по русским землям от Тмуторокани до Великого Новгорода князя-чародея, а в качестве правителя белорусского государства? Или, может быть, «белорусизаторы» из Института истории НАН Беларуси откопали исторические свидетельства, что киевский князь Владимир крестил не Русь, а Беларусь, аналогично тому, как «украинизаторы» заявляют, что Владимир крестил Украину? Может быть, для этого и приезжал бывший президент Украины Виктор Ющенко на встречу с Александром Лукашенко, чтобы уговорить последнего разыграть подобный исторический перфоманс? Или «белорусизаторы» исторического факультета БГУ отыскали в своих кабинетах спрятанные документы, где на белорусском языке было написано, что при Ярославе Мудром был составлен свод законов под названием «Беларуская прауда»? Наконец, возможно, у Давыдько сохранилась квитанция из минской гостиницы XI века, где указана форма белорусской государственности? Разумеется, ничего подобного «белорусизаторы» предъявить не могут. А следовательно, все их разговоры об исторических формах белорусской государственности в IX-XIII веках – чистейший абсурд и самое примитивное политиканство.

В чем принципиальная ошибка «белорусизаторов» из «Белой Руси», Института истории НАН Беларуси исторического факультета БГУ, рассуждающих на тему ключевых моментов белорусской истории? В том, что они нисколько не сознают той аберрации в своих построениях, что все их «исследования» белорусской истории вытекают из польско-шляхетских трактовок отрицания русскости белорусов. 
Именно на этой польско-шляхетской подкладке отрицания русскости белорусов объективно и конструируется проект «Белой Руси» о белорусской истории. Инициаторы проекта субъективно задались целью обоснования независимости и суверенитета Республики Беларусь, но не понимают, что объективно они  из белорусских исследователей превратились в обыкновенных  ретрансляторов польско-шляхетских взглядов  применительно к истории белорусского народа.

В чем цель польско-шляхетской интерпретации белорусской истории?

Во-первых,  переделать историю Белоруссии, таким образом, чтобы она перестала восприниматься белорусским самосознанием частью общерусской истории и общерусского цивилизационного пространства, а стала представляться частью так называемых восточных крессов, то есть польской колониальной окраины.

Во-вторых, сконструировать такой белорусский язык, который как можно меньше, а еще лучше, чтобы он совсем не был похож на русский, по крайней мере, в лексическом отношении. А затем, заменив кириллицу латиницей, и лишив его окончательного родства с русским, тем самым покончить с самим белорусским языком.

В-третьих, сформировать «белорусизаторскую» интеллигенцию, которая вела бы свое историческое родство не от древнерусского народа, а от польской шляхты, чтобы легче было осуществлять процесс ликвидации общерусского национального самосознания белорусского народа, так сказать, провернуть нечто наподобие церковной унии 1596 года.

Отсюда настойчивые попытки «белорусизаторов» идентифицировать белорусов то кривичами, то балтами, то литвинами, то белоляхами, то европейцами, но только не русскими белорусами. И эти попытки не какие-то случайные заблуждения «белорусизаторов», а их продуманная, сознательная установка, направленная на подмену белорусского  этнонима любым другим, но только чтобы в нем  не было слова русский.  В самом деле, если есть русские белорусы, то тогда есть русские великороссы и русские украинцы. Тогда белорусы, великороссы, украинцы – это действительно братские народы, это, по сути своей, единый народ. Тогда белорусы – это настоящие русские, вековечные русские. Тогда рушится вся польско-шляхетская конструкция противопоставления белорусов и русских, русских и украинцев, улетучиваются польско-шляхетские вожделения на русские земли белорусов и украинцев, терпит крах вся польско-шляхетская историческая политика в отношении Белоруссии и Украины. Тогда становится понятным, что «белорусизаторы» - это не какие-то радетели независимости и суверенитета Белоруссии, а самые настоящие проводники польско-шляхетских фальсификаций в белорусском обществе. Точь-в-точь, как на Украине, где «украинизаторы», заимствовав фальсификат польских историков и писателей конца XVIII – начала XIX века Яна Потоцкого и Тадеуша Чацкого, выводят украинцев не из древнерусской народности, а от выдуманных польскими шляхтичами укров.

Это касается и других попыток «белорусизаторов» фальсифицировать белорусскую историю. Например, объявить БНР исторической формой белорусской государственности, а бело-красно-белый флаг историко-культурной ценностью белорусского народа. На самом деле, БНР никакого отношения не только к белорусской, но и просто к любой государственности не имела. Это было сугубо «белорусизаторская» акция, целью которой было, как можно громче прокричать на заграничную публику о своем участии в борьбе против России.  В результате вышел мышиный писк, поскольку никто, даже в пилсудской Польше, не придал серьезного значения этой антисоветской и русофобской затее «белорусизаторов». Аналогично обстоит дело и с бело-красно-белым флагом. Как БНР не была никакой исторической формой белорусской государственности, точно так  же и бело-красно-белый флаг не был никакой белорусской историко-культурной ценностью. В годы революции различные антисоветские банды таких стягов малевали десятками, а то и сотнями.  Бело-красно-белый флаг служил  лишь маркировкой для одной из антисоветских и русофобских организаций, не более того.  Считать бело-красно-белый флаг историко-культурной ценностью белорусского народа то же самое, что зачислить полицаев в разряд работников белорусских правоохранительных органов, а не прислужников немецких оккупантов.

И тот, кто сегодня толкует о БНР как исторической форме белорусской государственности и ратует за признание бело-красно-белого флага историко-культурной ценностью, ничем не отличается от немецко-фашистских приспешников в годы Великой Отечественной войны.

Прискорбно, что этого не знает и не понимает руководство «Белой Руси», Института истории НАН Беларуси и исторического факультета БГУ.

Лев Криштапович, доктор философских наук