Николай Сергеев: Хороводы вокруг Гитлера, часть 1

Николай Сергеев: Хороводы вокруг Гитлера, часть 1 19.03.2020 18:45

В последние годы на Западе усиленно замалчиваются свидетельства того, что приход Адольфа Гитлера к власти в Германии был бы невозможен без поддержки и попустительства со стороны ведущих западных держав. Именно политика «западных демократий» непосредственно способствовала беспримерному усилению военной мощи нацистской Германии и в конечном итоге - развязыванию Второй мировой войны.

Спусковым крючком для гитлеровской агрессии в Европе послужил Мюнхенский сговор 1938 года между главами правительств Англии, Франции и нацистской Германии, результатам которого Гитлер присоединил к рейху промышленно развитую и богатую полезными ископаемыми Судетскую область на севере и северо-западе Чехословакии, что значительно усилило военно-промышленные возможности Германии.

«Западные демократии» вскармливали нацистского зверя в расчете натравить его на СССР/Россию

В отличие от попустительской политики Франции и Великобритании, Советский Союз проводил твердую линию, направленную на обуздание захватнических притязаний Гитлера. 

Когда гитлеровский рейх начал открыто угрожать Чехословакии и предъявлять Праге бесцеремонные политические требования, советский дипломатический представитель в Лиге Наций заявил о готовности Советского Союза выступить совместно с Францией в ее защиту в соответствии с условиями двустороннего договора 1935 года о взаимопомощи. 

В связи с чем советские вооруженные силы начали активно готовиться к проведению операции, направленной на оказание военной помощи Чехословакии и предотвращение большой войны в Европе. При этом советским Генеральным штабом прорабатывались различные варианты развития событий. И если бы Франция выполнила свои обязательства перед Чехословакией и заняла бы позицию сходную с советской, то Гитлер не решился бы на открытое военное противостояние,  и человечество не узнало бы ужасов новой мировой войны.

Однако «западные демократии» пестовали нацистского фюрера не для того, чтобы затем обуздывать его захватнические аппетиты. Лондон, Париж и Вашингтон намеревались его руками сокрушить ненавистную им Советскую Россию, а Чехословакия была в их шулерской игре на международной арене лишь разменной монетой.

В этих условиях советское руководство было готово без Парижа и Лондона встать на защиту Чехословакии, а значит, и мира в Европе; но под воздействием западных держав и из-за собственного пещерного антисоветизма правительства Польши и Румынии отказались пропустить советские войска через свои территории. А чтобы полностью исключить возможность прихода Красной Армии на помощь Праге, Польша развернула под видом учений на границах с СССР внушительную группировку войск в составе пяти пехотных и одной кавалерийской дивизий, одной моторизованной бригады и авиации.

Еще накануне Мюнхена министр иностранных дел Польши Юзеф Бек направил польскому послу в Берлине следующую директиву, который незамедлительно довел ее до Гитлера. В своем послании глава польского внешнеполитического ведомства заверял нацистского фюрера в полной поддержке его политики в отношении Чехословакии:

«Правительство Польской Республики свидетельствует, что оно благодаря занимаемой им позиции парализовало возможность интервенции Советов в чешском вопросе в самом широком значении; Польша считает вмешательство Советов в европейские дела недопустимым; В течение прошлого года польское правительство четыре раза отвергало предложение присоединиться к международному вмешательству в защиту Чехословакии; Непосредственные претензии Польши по данному вопросу ограничиваются районом Тешинской Силезии».

Как видим, тогдашние польские власти не просто воспользовались подвернувшейся возможностью и воровским способом отхватили часть чехословацкой территории, а согласовывали свои действия непосредственно с главарями рейха.

Итог всего этого хорошо известен. 28 сентября 1938 года в Мюнхене главы правительств Англии, Франции, Германии и Италии подписали смертный приговор Чехословакии.  

В руках гитлеровского рейха оказались самые передовые предприятия чехословацкой военной промышленности, занимавшие лидирующие позиции в Европе. 

Сразу после Мюнхенского сговора, 30 сентября 1938-го, британским премьером Чемберленом и Гитлером (по инициативе Лондона) была подписана англо-германская декларация о ненападении. А 6 декабря того же года подобный документ скрепили подписями в Париже министры иностранных дел Франции и Германии.

Эта была игра хищников, построенная на лжи и лицемерии. И «западные демократии» и Гитлер ненавидели Советский Союз, который был не только не совместим с ними своим общественным строем, но и являлся единственным препятствием на пути к мировому господству как для Лондона-Вашингтона-Парижа (последний в этой связке играл второстепенную роль), так и для гитлеровского рейха. При этом первые намеревались столкнуть СССР/Россию и рейх, а затем прихлопнуть уцелевшего в этой смертельной схватке. 

Со своей стороны Гитлер не собирался таскать каштаны из огня для англосаксов и «лягушатников» и имел собственную стратегию достижения нацистским рейхом мирового господства.

Главари рейха понимали, что для похода против СССР/России им необходимо подчинить и поставить себе на службу всю экономику и людские ресурсы континентальной Европы. Поэтому после Чехословакии в качестве цели Гитлер избрал Францию с ее развитой промышленностью. И вопреки желаниям Лондона, Вашингтона и Парижа сам стал выбирать объекты для нападения.

 
При попустительстве Запада Гитлер наращивал военную мощь и имел свои виды на мировое господство

В свою очередь «западные демократии» всячески старались столкнуть рейх с Советским Союзом. Но между Германией и нашей страной территориально располагался такой хищник («гиена Европы», по словам Уинстона Черчилля), как Польша, или Вторая Речь Посполитая, правящие круги которой не только восхищались политикой нацистов в отношении коммунистов и евреев, но и грезили совместным с Гитлером походом на Москву. 

Многочисленные свидетельства идейной близости и военного сотрудничества Второй Речи Посполитой и нацистского рейха приведены в сборнике рассекреченных документов из архива Службы внешней разведки России «Секреты польской политики. 1935–1945».

В сборнике приводятся слова Германа Геринга, сказанные в ходе беседы с главнокомандующим польской армии - маршалом Эдвардом Рыдз-Смиглы: «Польша — наш духовный союзник. У нас прекрасно складываются отношения, и мы будем с вами до конца».

В январе 1939 года министр иностранных дел Польши Юзеф Бек был принят Адольфом Гитлером в его личной резиденции Берхтесгадене. Фюрер тогда предложил Польше участвовать в планируемом «крестовом походе» против России. 

Адольф Гитлер и Юзеф Бек. Польский министр еще грезит о совместном походе с рейхом против России и не догадывается, что фюрер уже решил стереть Польшу с карты Европы

Вторая Речь Посполитая в расчете на союз гитлеровским рейхом строила далеко идущие захватнические планы. Ещё в июне 1935 года американский посол в Берлине Уильям Додд писал, что получил от высокопоставленных немецких чиновников сведения о том, что Германия в союзе с Польшей готовится к захвату Балтийских государств и западных территорий СССР.

Главной основой польско-нацистского сближения была обоюдная ненависть к СССР/России и неуемное желание разжиться за счет чужих земель и богатств. Официальная польская военная доктрина, подготовленная в 1938 году, гласила: «Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке. Поэтому наша возможная позиция будет сводиться к следующей формуле: кто будет принимать участие в разделе. Польша не должна оставаться пассивной в этот замечательный исторический момент. Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно. Главная цель – ослабление и разгром России».

Другое дело, что Польша сама попала Гитлеру «под раздачу». Но за это пусть винит саму себя и своих тогдашних патронов из Лондона и Парижа.

После Мюнхенского сговора и ликвидации Чехословакии, в ходе которой Польша урвала себе чешскую Тешинскую область, Гитлера в качестве следующего объекта для нападения интересовала Франция. Польша как таковая Берлину была малоинтересна, но для ведения наступления в западном направлении фюреру нужен был безопасный тыл на востоке. 

Понимали это и в Лондоне-Париже, и, чтобы отвести удар от себя и направить Гитлера на восток, «западные демократии» начали плести многоходовую интригу, в которой жертвой на заклание становилась Варшава. Понятно, что ясновельможные паны использовались, что называется, втемную и не догадывались о вынесенном им «западными демократиями» приговоре.  

События развивались следующие образом. В мае 1939 года Польша и Франция заключили договор, в соответствии с которым Варшава и Париж взяли на себя следующие взаимные обязательства: первая – оказывать всемерную помощь в случае агрессии против Франции; вторая – начать боевые действия на сухопутном фронте немедленно и на 15-й день войны предпринять наступление против Германии основными силами. 

Через три месяца, 25 августа 1939 года, между Польшей и Великобританией был подписан пакт об общей защите. Договор содержал взаимные обязательства по оказанию военной помощи, в случае если кто-то из сторон подвергнется нападению. 

Есть сведения, что после заключения данного польско-британского договора Гитлер воздержался от нападения на Польшу на… пять дней. Собирался ударить по Второй Речи Посполитой 26 августа, а сделал это 1 сентября. Видимо, фюрер, узнав о заключении польско-британского договора, поручил начальнику военной разведки адмиралу Канарису узнать, намерены ли Париж-Лондон выполнять свои обязательства перед Польшей в случае ее войны с Германией. Надо полагать, что Гитлер был доволен предоставленными сведениями и без каких-либо колебаний отдал приказ на вторжение в Польшу в первый день осени.