« Назад

Николай Сергеев: «Полоцкий церковный собор (февраль 1839 г.) как торжество. Православия на Белой Руси», часть 2 15.02.2019 14:18

Начало, часть 1

После второго и третьего разделов Речи Посполитой и устранения на Западной Руси католического религиозного гнета значительно ускорился процесс перехода униатов в православие. В 1794 году Екатериной II был издан указ, разрешавший свободное присоединение униатов к православной церкви, что отвечало чаяниям большинства западнорусских униатов.

И уже в течение месяца после выхода указа с православной церковью воссоединился 721 приход с 463 священниками и с более чем 330 тысячами мирянам. Всего же к концу правления Екатерины Великой в православие добровольно вернулось более двух миллионов человек. В связи с чем последовательно прекратили свое существование все западнорусские униатские епархии, кроме одной – Белорусской во главе с архиепископом Ираклием Лисовским, выступавшим за очищение униатской церкви от латинства и ее сближение с православием.

Ираклий Лисовский

Ираклий Лисовский. Епископ Русской униатской церкви,  с 1806 г. - её предстоятель с титулом - Митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси

В то же время ослабление позиций униатства никак не сказывалось на положении собственно католической церкви, которая непосредственно встраивалась в систему российской имперской системы государственной власти. Так, по решению императрицы кроме существовавшей Могилевской католической епархии были образованы две новые – Пинская и Летическая. А для управления делами католической церкви в масштабах всей империи в С.-Петербурге была создана особая Римско-католическая коллегия, в которую входило несколько прелатов под председательством митрополита.

После кончины Екатерины II и воцарения Павла I религиозная обстановка на западнорусских землях существенно изменилась. Со стороны нового императора были сделаны существенные уступки римско-католической церкви. Павел I запретил возврат униатов в православие, разрешив при этом их переход в католицизм. В 1798 году по решению императора были образованы две новые униатские епархии: Брестская (для Минской и Литовской губ.) и Луцкая (для Волынской и Подольской губ.).

При этом униатская церковь была лишена предоставленной ранее самостоятельности и подчинена Католической коллегии. Этими обстоятельствами незамедлительно воспользовались католические иерархи и развернули на западнорусских землях широкую пропаганду латинизма. Это касалось в первую очередь униатов, хотя были отмечены и случаи совращения в латинство православных.

Начавшийся в Западной России разгул латинства вызвал резкие протесты как со стороны православных, так и униатских иерархов, прежде всего архиепископа Ираклия Лисовского. Павел I вынужден был к ним прислушаться, и в 1799 году были изданы указы, запрещавшие католическому духовенству «совращать униатов и православных в латинство», а также повелевавшие католическим епархиям по всем вопросам управляться самостоятельно, без участия римского папы. Тем самым были предприняты усилия по освобождению российской католической церкви от власти римской курии. Но вследствие противодействия со стороны не запрещенных в Российской империи иезуитов указ о разрыве с римским папой на практике не применялся.

Первые годы правления Александра I были отмечены на западнорусских землях широким религиозно-культурным польско-католическим наступлением. Пользуясь благосклонностью Александра I к полякам, католические клерикалы развернули в Белоруссии бурную деятельность по переводу униатов в католицизм. Причем нередко ксендзы шли на прямой подлог. Они приезжали в униатские приходы и заявляли, что российским правительством выпущено предписание о немедленном присоединении униатов к католикам.

Адам Ежи Чарторыйский

Польский князь Адам Ежи Чарторыйский. Используя дружбу с Александром I пытался подвигнуть русского императора к восстановлению польско-литовского королевства, в том числе и на западнорусских землях

Особую активность в латинизации униатской церкви проявляли монахи базилианского ордена. В вопросах продвижения латинства базилиане пользовались непосредственной поддержкой попечителя Виленского учебного округа и близкого друга Александра I Адама Чарторыйского. Главное внимание базилиане уделяли «просветительской» работе. Основными предметами базилианских школ были польские история, язык и литература.

Активная латинизаторская деятельность базилианского ордена привела к фактическому расколу униатской церкви на два непримиримых лагеря: одни выступали за сближение с православием, другие – за окончательное растворение в католицизме.

Благодаря католической пропаганде базилиан резко усилилась латинизация униатов. Только в Полоцкой униатской епархии в 1803 году в католичество перешло 100 тысяч прихожан униатской церкви.

Эти обстоятельства крайне беспокоили Ираклия Лисовского. Ведь переход из унии в католицизм означал не просто смену религиозной конфессии, а полное изменение самосознания и разрыв этнической связи со своим народом. Если униаты, несмотря на свою подчиненность римской курии, все же сохраняли, пусть и со значительными искажениями, русское самосознание и называли униатство русской верой, то католицизм – это уже совсем другой мир. При этом вся абсурдность ситуации была в том, что окатоличивание, а следовательно и ополячивание, западнорусского населения происходило в пределах российского государства.

В 1803 году Ираклий Лисовский направляет в С.-Петербург делегацию во главе с униатским протоиереем Иоанном Красовским с поручением донести до российского правительства не только сведения об униженном положении униатов, но и о тех угрозах русскому государству, которые несет в себе массовое ополячивание населения Западной России.

Посольство было успешным, и в этом же году было запрещено обращать униатов в католичество. В 1804 году в Католическую коллегию был включен униатский епископ Иосафат Булгак и три асессора из среды униатского духовенства. В 1805 году коллегия была разделена на два департамента – католический и униатский. Председателем последнего был назначен Ираклий Лисовский, возведенный в 1805 году в сан митрополита, который, спасая униатскую церковь от окончательного поглощения католиками, предлагал подчинить ее Синоду РПЦ.

В июле 1807 года в результате неудачной войны России и Пруссии с Наполеоном был заключен Тильзитский мир, в соответствии с которым была частично восстановлена польская государственность. Из этнически польских прусских территорий было создано Герцогство Варшавское (находилось под протекторатом наполеоновской Франции), герцогом которого стал король Саксонии Фридрих Август I. В июне 1812 года сейм герцогства заявил о восстановлении Королевства Польского, которое встало на сторону Наполеона в войне с Россией и выставило в его поддержку стотысячную армию.

герб Герцогства Варшавского

Герб Герцогства Варшавского. Это герцогство рассчитывало с помощью штыков Наполеона восстановить Речь Посполитую и вновь установить польско-шляхетское  господство над Западной Русью

Таким образом, вторжение Наполеона несло западнорусским землям реальную угрозу возобновления польско-католического господства. Польская шляхта и католический клир в большинстве своем с воодушевлением встретили вторжение Наполеона в Россию в 1812 году. Они рассчитывали, что Бонапарт своими штыками вернет им Речь Посполитую в границах 1772 года. Поэтому многие польские магнаты, нарушив данную российскому императору присягу, выступили на стороне вторгшегося в русские пределы агрессора.

В этом отношении показательна история польского князя Доминика Иеронима Радзивилла. До нападения Бонапарта на Россию он был камергером двора русского императора Александра I, затем, переметнувшись к Наполеону, участвовал в походе на Москву, снарядив на собственные средства полк польских улан. Всего из перешедшей границу России Великой армии Наполеона 70 тысяч составляли поляки, которые в большинстве своем служили в корпусе генерала Йозефа Понятовского.

Совсем по-другому встретило захватчиков западнорусское население, причем как православное, так и униатское. Оно воспринимало действия наполеоновских войск как нашествие иноплеменников и встретило их крайне враждебно. В целом, события Отечественной войны 1812 года на территории Белоруссии очень интересная и обширная тема для отдельного исследования. Здесь же необходимо отметить, что жители белорусских городов и сел отказывались обеспечивать армию Наполеона продовольствием, уходили в леса, саботировали распоряжения оккупационной администрации.

В то же время население белорусских губерний активно помогало Русской армии и честно выполняло свой гражданский долг подданных Российской империи. Белорусские мещане и крестьяне ухаживали за ранеными, снабжали русские войска продовольствием и фуражом, собирали денежные средства для армии, вели вооруженную борьбу с оккупантами, как в Русской армии, так и в партизанских отрядах.

Так, сформированные на Витебщине четыре полка 3 пехотной дивизии защищали в Бородинском сражении знаменитые Багратионовы флеши. А укомплектованная уроженцами Минской губернии 24-я пехотная дивизия героически сражалась возле батареи Раевского. И это только два из множества примеров патриотизма западнорусского народа и его преданности российскому государству.

Минский пехотный полк

Так выглядели воины Минского пехотного полка (современная реконструкция), покрывшего себя славой в Отечественной войне 1812 г. Полк сражался  под Смоленском, в Бородинском сражении, в Тарутинском бою, участвовал в Заграничном походе

В постсоветской Белоруссии появились деятели от исторической науки, которые пытаются изобразить события 1812 года как некую гражданскую войну между белорусами, часть из которых якобы воевала на стороне Наполеона, а другая в Русской армии. При этом к белорусам причисляются все жители белорусских губерний независимо от национальной принадлежности. На деле же на стороне Наполеона выступали польская шляхта и католические ксендзы, а против Великой армии сражались именно белорусы, определявшие себя исключительно как русские, и было бы абсурдом, если бы русские люди воевали против русского государства, которое освободило Западную Русь от польско-католического гнета.

1812 год выявил абсолютную ненадежность и вероломность польской шляхты, однако эти обстоятельства никак не повлияли на пропольские настроения российского императора Александра I. 12 декабря 1812 года вышел духовный императорский манифест, который объявлял всем польским пособникам Наполеона «всемилостивейшее прощение» и «вечное забвение» минувшего.

Но если в Петербурге действительно забыли о коллаборационизме российских поляков и католической церкви, то сами шляхта, магнаты и ксендзы не изменили своего враждебного отношения к православию и русскому государству и, расценив прощение русского царя как слабость, не отказались от надежд добиться исторического реванша.

Центрами же накопления и распространения подобных настроений стали костелы, католические монастыри и приходы. Положение усугублялось еще и тем, что униатским митрополитом в 1814 году стал сторонник сближения с католицизмом Иосафат Булгак.

В первые годы царствования Николая I был принят ряд ограничительных мер в отношении католической церкви в западнорусских губерниях. В 1826 году было запрещено строить каплицы в местностях с православным населением. В 1827 году в базалианские монастыри было разрешено принимать только униатов, а в униатском богослужении было предписано использовать церковнославянский язык. Эти меры были призваны затормозить латинизацию западнорусской униатской церкви, которая в то время состояла из четырех епархий: Брестской, Виленской, Полоцкой и Луцкой.

В 1827 году асессор католической коллегии (в ведении которой состояли униаты) от Луцкой епархии Иосиф Семашко подготовил записку на высочайшее имя, в которой не только описал бедственное положение униатов, но предложил ряд мер по предотвращению дальнейшей (уже окончательной) латинизации униатской церкви.

Записка Семашко сыграла решающую роль в судьбе унии. В апреле 1828 года была учреждена особая греко-католическая коллегия под председательством митрополита Иосафата Булгака, помощником которого стал Иосиф Семашко. С этой поры началось очищение униатского богослужения от латинских обрядов и возвращение к постановлениям Брестского собора 1596 года, на котором была заключена церковная уния.

В 1828 году в Жировицах (ныне Гродненская обл.) по образцу православной была создана униатская духовная семинария, на содержание которой использовались средства Базилианского ордена. При этом, что немаловажно, был прекращен прием униатов в Виленскую католическую семинарию.

Изменилось и положение ордена базилиан. Униатской коллегией была проведена проверка всех базилианских монастырей, в результате за ненадобностью было упразднено свыше 60-ти из них. А высвободившиеся материальные средства были направлены на содержание униатских училищ и греко-католического белого духовенства.

В целом до 1830 года религиозная политика российского правительства в западнорусских губерниях была нацелена на укрепление самостоятельности униатской церкви и снижение напряженности в польско-католическом вопросе. Однако католический клир и польская шляхта не изменили своего враждебного отношения к России и использовали благосклонность правительства для усиления польско-католической пропаганды. И нагнетания реваншистских настроений.

Все это вылилось в польский мятеж 1830–31 годов, нацеленный на восстановление Речи Посполитой. В этом выступлении приняли активное участие католическое духовенство, базилиане и часть униатских священнослужителей.

Польская шляхта

Польская шляхта времен мятежа 1830-31 гг.: эти паны намеревались вновь накинуть польско-шляхетское ярмо на Белую Русь

После разгрома восстания российская политика в отношении католической и греко-католической церквей претерпела существенные изменения. Против католической церкви в белорусских губерниях был принят ряд существенных ограничений. В 1832 году из 304 католических монастырей 191 был закрыт, а большая часть монастырских храмов была обращена в приходские. В 1841 году из Вильно в Петербург была переведена католическая духовная академия.

После польского восстания 1863 года в белорусских губерниях был принят ряд мер, направленных на предотвращение антигосударственной пропаганды в костелах. В частности, предписывалось произносить проповеди не только на польском, но и на русском языке.

После 1831 года изменилось отношение правительства и к униатской церкви, которая вопреки принимавшимся мерам по усилению ее самостоятельности продолжала оставаться под сильным польско-католическим влиянием.

В первую очередь в два раза было сокращено количество униатских епархий. Луцкая епархия была соединена с Полоцкой под управлением Иосафата Булгака, а Брестская с Литовской. Во главе последней встал Иосиф Семашко. Резко было сокращено количество базилианских монастырей, были уволены многие из прокатолически настроенных униатских священнослужителей, а на их места были поставлены выходцы из Малороссии, детей западнорусского униатского духовенства стали посылать на учебу во внутренние российские губернии или в Малороссию.

Иосиф Семашкр

Светоч русского духа на Белой Руси митрополит Иосиф Семашко

В 1833 году была восстановлена Полоцкая православная епархия, которую возглавил епископ Смарагд (Крыжановский), проводивший политику частичных возвратов западнорусских униатов к православию. Его усилиями в 1833–34 годах в лоно православной церкви вернулось более 80-ти тысяч униатов, в 1835 году – более 28 тысяч. В то же время между полоцким епископом и тогда еще униатским митрополитом Иосифом Семашко возникли серьезные разногласия по поводу методов перехода униатов к православию. Семашко выступал за постепенную подготовку возврата всех униатов в православие, Смарагд же отдавал предпочтение частичным присоединениям, которые с учетом католической пропаганды могли своей поспешностью породить недовольство в тогдашнем обществе.

В том непростом и деликатном вопросе российское правительство приняло сторону Иосифа Семашко, и в январе 1834 года вышло высочайшее повеление, предписывающее православным епископам действовать «осторожно и неторопливо». Униатским же епископам предлагалось постепенно очищать унию от латинства. В мае 1835 года был учрежден комитет по делам униатской церкви, который принял постановление об устройстве в униатских церквях иконостасов и об устранении из богослужебной практики всех латинских обрядов. В январе 1837 года униатская церковь перешла в ведение Священного Синода, запретившего ксендзам крестить детей униатов.

В начале 1838 года скончались прокатолически настроенные униатские митрополит Иосафат Булгак и пинский епископ Иосафат Жарский. В марте этого же года председателем греко-униатской коллегии был назначен епископ Иосиф Семашко, двое других униатских епископа Антоний Зубко и Василий Лужинский были настроены на воссоединение с православной церковью.

Наиболее сильные объединительные настроения были в Литовской епархии. Из 1057 служивших в ней униатских священников за воссоединение с православием твердо выступало 760. В Полоцкой же епархии из 680 священников согласие на воссоединение давало лишь 186. такое положение являлось прямым следствием поспешных действий епископа Смарагда, к тому времени переведенного в Могилевскую православную епархию.

Для изменения положения Иосиф Семашко вместе с Антонием Зубко вели широкую агитацию за воссоединение. В результате настроения среди униатского священства и прихожан начали изменяться в пользу православия. В отношении же остававшихся в оппозиции униатских священнослужителей принимались административные меры. Наиболее упорных сторонников латинства или переводили в другие епархии, или высылали на покаяние в монастыри во внутренние губернии России.

25 февраля 1839 года в Полоцке состоялся исторический церковный собор с участием епископов Иосифа Семашко, Антония Зубко и Василия Лужинского, на котором было принято постановление о возврате западнорусской греко-католической церкви в лоно православной церкви. Епископами и начальствующим духовенством был подписан Соборный Акт о воссоединении, составлено соответствующее прошение на Высочайшее имя и приложен список 1305 униатских священников, выступивших в поддержку возврата в православие. 1 марта обер-прокурор Святейшего Синода граф Н.А.Протасов представил эти документы императору Николаю I, который 25 марта утвердил постановление Синода о слиянии западнорусской греко-униатской церкви с православной. Всего в 1839 году было воссоединено 1607 приходов и более 1 млн. 600 тыс. человек.

В Холмской епархии (терр. Царства Польского) униатство просуществовало до 11 мая 1875 г., когда было провозглашено воссоединение униатов Холмской Руси с православной церковью, а ее епископ Маркелл Попел, был возведен в сан архиепископа Люблинского. После чего униаты оставались только в русских областях Австро-Венгерской империи.


Комментарии


Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.

Авторизация
Введите Ваш логин или e-mail:

Пароль :
запомнить



Главная  »  Аналитика портала "Вместе с Россией"  » Николай Сергеев: «Полоцкий церковный собор (февраль 1839 г.) как торжество. Православия на Белой Руси», часть 2

Аналитика портала "Вместе с Россией"