Николай Сергеев: Освободительный поход Красной Армии, или как Западная Белоруссия обрела свободу. Часть 1.

Николай Сергеев: Освободительный поход Красной Армии, или как Западная Белоруссия обрела свободу. Часть 1. 27.09.2022 10:22

Польские правящие круги одержимы бредовой идеей воссоздания собственной империи под  названием Четвёртая Речь Посполитая. После ликвидации в декабре 1989 года Польской народной республики в Польше была принята новая  конституция, определявшее польское государство как Третья Речь Посполитая. С учетом исторического прошлого это означает, что территории Белоруссии, Украины и Литвы   вновь начали восприниматься в Варшаве как часть Полонии (Polonia), на которых Польша якобы имеет  право на доминирование.

В частности, Лех Качиньский, в свою бытность президентом Третьей Речи Посполитой (2005-2010 гг.), неоднократно заявлял, что его цель — Четвертая Речь Посполитая, т.е. Польша  «от моря до моря», от Гданьска до Одессы. Таких же воззрений придерживается и нынешний президент Польши Анджей Дуда, которому особенно ненавистна дата 17 сентября — день, когда в 1939 году начался Освободительный поход Красной Армии в Западную Белоруссию и на Западную Украину. Вот как он описывает те знаменательные события, глядя со своей польско-шляхетской колокольни:  «СССР вступил в войну 17 сентября 1939 года, почти одновременно с Третьим рейхом, фактически на его стороне. Тогда советские войска захватили польские территории». 

Надо сразу заметить, что эти разглагольствования насквозь лживы, но они в последние годы буквально вбиваются в сознание населения Польши и других стран Восточной Европы. До 2020 года подобное вдалбливалось и в головы белорусских граждан, что едва не обернулось в Республике Беларусь национальной катастрофой сродни украинской. 

О том, как освобождение Западной Белоруссии происходило на самом деле, пойдет речь в предлагаемом материале. 

Польская кампания вермахта

В сентябре 1939 года гитлеровская Германия провела молниеносную войну против Польши и за 16 дней полностью разгромила польскую армию и систему государственного управления Второй Речи Посполитой. Вот как справедливо писала 14 сентября по этому поводу газета «Правда»: «Многонациональное государство, не скрепленное узами дружбы и равенства населяющих его народов, а, наоборот, основанное на угнетении и неравноправии национальных меньшинств, не может представлять крепкой военной силы».

Справедливости ради надо отметить, что Германия в количественном отношении не имела подавляющего превосходства над польскими вооруженными силами. Для проведения польской кампании германское командование сосредоточило 55 пехотных и 13 механизированных и моторизованных (5 танковых, 4 моторизованных и 4 легких) дивизий. В целом около 1 500 000 чел. и 3500 танков. Воздушные силы образовали две воздушные армии в составе около 2500 самолетов.

Гитлеровские солдаты сносят пограничный шлагбаум на границе с Польшей

Польша выставила против Германии 45 пехотных дивизий. Кроме того, она имела 1 кавалерийскую дивизию, 12 отдельных кавалерийских бригад, 600 танков и всего около 1000 действующих самолетов. Общая численность составила примерно 1 000 000 человек. Кроме того, Польша имела около 3 миллионов обученных резервистов, более половины из которых прошли обучение после 1920 года. Однако большую часть обученного запаса польское командование так и не смогло использовать в этой войне. В итоге до 50 процентов лиц, годных для военной службы, остались в сентябре 1939 года вне армии. 

Со своей стороны германскому командованию удалось в последний момент перед 1 сентября быстро сосредоточить и развернуть мощную ударную группировку войск. В целом польская кампания выявила подавляющее качественное и организационное превосходство вермахта над польской армией, что обеспечило скоротечность войны. Злую шутку над польским правительством сыграло и то обстоятельство, что все межвоенные годы Польша готовилась к войне с Советским Союзом и в результате оказалась совершенно неготовой к вооруженному противоборству с Германией, на границе с которой с польской стороны отсутствовали какие-либо серьезные укрепления.

Войско Польское было полностью разгромлено вермахтом. Польские военнослужащие в немецком плену

К концу первой декады сентября польское правительство бежало в Румынию, а население еще не захваченных немецкими войсками территорий и остатки польских вооруженных сил были оставлены на произвол судьбы. С учётом такого хода событий, 10 сентября 1939 г. нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов сделал заявление, в котором говорилось, что «Польша распадается, и это вынуждает Советский Союз прийти на помощь украинцам и белорусам, которым угрожает Германия».

А в это время немецкие войска быстро продвигались на восток, передовые танковые отряды уже подошли к Кобрину. Нависла реальная угроза гитлеровской оккупации западнобелорусских земель. Обстановка требовала от руководства Советского Союза решительных и незамедлительных действий.

Вынужденная мера

14 сентября в Смоленске командующий войсками Белорусского особого военного округа М.П.Ковалев на совещании высшего начальствующего состава сообщил, что «в связи с продвижением немецких войск вглубь Польши советское правительство решило взять под защиту жизнь и имущество граждан Западной Белоруссии и Западной Украины, ввести свои войска на их территорию и тем самым исправить историческую несправедливость». К 16 сентября войска специально образованных Белорусского и Украинского фронтов заняли исходные рубежи в ожидании приказа от наркома обороны.
В ночь на 17 сентября в Кремль был вызван германский посол Шуленберг, которому Сталин лично объявил, что через четыре часа войска Красной Армии пересекут польскую границу на всём её протяжении. При этом немецкой авиации было предложено не залетать восточнее линии Белосток-Брест-Львов.

Сразу после приёма посла Германии заместитель наркома иностранных дел СССР В.П.Потемкин вручил польскому послу в Москве В.Гржибовскому ноту советского правительства. «События, вызванные польско-германской войной, – говорилось в документе, – показали внутреннюю несостоятельность и явную недееспособность польского государства. Всё это произошло за самый короткий срок... Население Польши брошено на произвол судьбы. Польское государство и его правительство фактически перестали существовать. В силу такого рода положения заключенные между Советским Союзом и Польшей договоры прекратили своё действие... Польша стала удобным полем для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Советское правительство до последнего времени оставалось нейтральным. Но оно в силу указанных обстоятельств не может больше нейтрально относиться к создавшемуся положению».

Командующий войсками Особого Белорусского военного округа
командарм 2-го ранга М.П. Ковалёв (слева) 

Действия Советского Союза были продиктованы сложившейся в связи с агрессией Германии против Польши обстановкой и оправданы не только в военно-политическом отношении, но и с позиций международного права. Ко времени начала операции тогдашней Польши как государства уже не существовало. Польское правительство бежало из осажденной Варшавы, сколько-либо упорядоченная система государственной власти распалась, было полностью потеряно управление польскими войсками, везде царили хаос и паника.

 

Освободительная операция

В 5 часов 40 минут утра 17 сентября 1939 года войска Белорусского и Украинского фронтов перешли советско-польскую границу, установленную в 1921 году. Войскам Красной Армии запрещалось подвергать авиационной и артиллерийской бомбардировке населённые пункты и польские войска, не оказывающие сопротивления. Личному составу разъяснялось, что войска пришли в Западную Белоруссию и Западную Украину «не как завоеватели, а как освободители украинских и белорусских братьев». В своей директиве от 20 сентября 1939 года начальник пограничных войск СССР комдив Соколов потребовал от всех командиров предупредить весь личный состав «о необходимости соблюдения должного такта и вежливости» по отношению к населению освобожденных районов. Начальник пограничных войск Белорусского округа комбриг Богданов в своем приказе прямо подчеркнул, что армии Белорусского фронта переходят в наступление с задачей «не допустить захвата территории Западной Белоруссии Германией».

Особое внимание обращалось на необходимость охраны жизни и имущества всех украинских и белорусских граждан, тактичного и лояльного отношения к польскому населению, польским государственным служащим и военнослужащим, не оказывающим вооружённого сопротивления. Польским беженцам из западных регионов Польши предоставлялось право двигаться беспрепятственно и самим организовывать охрану стоянок и населённых пунктов.

Выполняя общий миротворческий замысел операции, советские войска старались избегать вооружённого соприкосновения с частями польских вооружённых сил. По признанию начальника штаба польского главного командования генерала В.Стахевича, польские войска «дезориентированы поведением большевиков, потому что они в основном избегают открывать огонь, а их командиры утверждают, что они приходят на помощь Польше против немцев». Советские ВВС не открывали огонь по польским самолётам, если те не вели бомбометание или обстрел частей наступающей Красной Армии. В то же время отдельные боевые столкновения были отмечены на линии старой границы, по берегам реки Неман, в районе Несвижа, Воложина, Щучина, Слонима, Молодечно, Скиделя, Новогрудка, Вильно, Гродно.

Следует добавить, что крайне мягкое отношение частей Красной Армии к польским войскам было обусловлено во многом тем обстоятельством, что в то время большое количество этнических белорусов и украинцев было призвано в польскую армию. Например, солдаты польского батальона, расквартированного на стражнице «Михайловка», трижды обращались к командованию Красной Армии с просьбой взять их в плен. Поэтому в том случае, если польские части не оказывали сопротивления и добровольно складывали оружие, рядовые чины практически сразу распускались по домам, интернировались лишь офицеры.

Танковые части Красной Армии вошли на территорию Западной Белоруссии

Вместе с тем при встрече с немецкими войсками частям Красной Армии предписывалось «действовать решительно и продвигаться быстро». С одной стороны, не давать германским частям без необходимости повода для провокаций, а с другой – не допускать захвата немцами районов, заселённых украинцами и белорусами. При попытке немецких войск завязать бой надлежало давать им решительный отпор.

Естественно, что, когда большие массы недружественных (пусть пока еще и невраждебных) войск действуют на встречных направлениях, практически неизбежными становятся различные недоразумения и отдельные боевые столкновения. Так, 17 сентября части германского 21-го армейского корпуса подверглись восточнее Белостока бомбардировке советской авиацией и понесли потери убитыми и ранеными. В свою очередь, вечером 18 сентября у местечка Вишневец (85 км от Минска) немецкая бронетехника обстреляла расположение 6-й советской стрелковой дивизии, погибло четверо красноармейцев. 19 сентября в районе Львова произошёл бой между частями немецкой 2-й горнострелковой дивизии с советскими танкистами, в ходе которого обе стороны понесли потери убитыми и ранеными. Тем не менее, ни СССР, ни Германия не были заинтересованы в то время в вооружённом конфликте и тем более в войне. К тому же решительная военная демонстрация, осуществленная Красной Армией, способствовала прекращению продвижения германских войск на восток.

Окончание следует