САЙТ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ РОССИЙСКИХ СООТЕЧЕСТВЕННИКОВ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ
Адрес:
220030, г.Минск, ул.Революционная, 15А
Главная \ Авторы портала "Вместе с Россией" \ Андрей Геращенко: Как создавался ядерный щит Родины

Андрей Геращенко: Как создавался ядерный щит Родины

« Назад

Андрей Геращенко: Как создавался ядерный щит Родины 23.02.2023 00:00

Сегодня, когда идёт специальная военная операция России на Украине, в мире всё чаще начинают говорить об использовании тактического ядерного оружия и о ядерной войне, стремясь обвинить в разжигании этой войны Россию, которая, якобы, уже готова применить тактическое ядерное оружие на Украине. Но мы прекрасно помним, как победный над Германией и Японией 1945 год был серьёзно омрачён варварскими атомными бомбардировками США Хиросимы и Нагасаки 6 и 9 августа 1945 годов соответственно. Это был сигнал со стороны США остальному миру и в первую очередь Советскому Союзу о том, кто «на самом деле» будет править новым миром. Но в нашей стране был создан тот самый ядерный щит, который обеспечивает безопасность России и союзной ей Белоруссии и так беспокоит США.

23 апреля 1945 года американцы захватили немецкий ядерный реактор в Хайгерлехе, значительно облегчивший им задачу создания ядерного оружия.

18 июля 1945 года во время Потсдамской конференции президент США Г.Трумэн получил знаменитое известиеИ.В.Курчатов о создании американского ядерного оружия: «Ребёнок родился» (англ. The baby is born) – это означало, что первая в мире атомная бомба успешно взорвана. 24 июля сразу по окончании пленарного заседания Трумэн подошел к Сталину и сообщил ему через переводчика Павлова, что Соединённые Штаты создали новое оружие необыкновенной разрушительной силы. Вот как об этом вспоминал сам Трумэн: «Я непринуждённо заметил Сталину, что мы имеем новое оружие необычайной разрушительной силы. Русский премьер не проявил особого интереса. Он только сказал, что рад услышать это и надеется, что мы сможем «Хорошо использовать его против японцев»». Премьер Великобритании Черчилль и государственный секретарь Бирнс находились в нескольких шагах и пристально наблюдали за реакцией Сталина. Советский лидер сохранил поразительное спокойствие. Трумэн, Черчилль и Бирнс пришли к заключению, что Сталин не понял значения только что услышанного. Вспоминая об этой беседе, Черчилль прокомментировал её следующим образом: «Я стоял в ярдах в пяти от них и внимательно наблюдал эту важнейшую беседу. Я знал, что собирается сказать президент. Важно было какое впечатление это произведёт на Сталина. На его лице сохранялось весёлое и благодушное выражение, а беседа между двумя могущественными деятелями скоро закончилась. Когда мы ожидали свои машины, я подошёл к Трумэну: «Ну, как сошло?» — спросил я. «Он не задал мне ни одного вопроса», — ответил президент. Таким образом, я убедился, что в тот момент Сталин не был особо осведомлен о том огромном процессе научных исследований, которым в течение столь длительного времени были заняты США и Англия и на который США, идя на героический риск, израсходовали более 400 млн. фунтов стерлингов».

Но Трумэн и Черчилль ошиблись – Сталин знал всё до деталей. Вот что вспоминал Маршал Г.К.Жуков: «На самом деле, вернувшись с заседания, И. В. Сталин в моем присутствии рассказал Молотову о состоявшемся разговоре с Трумэном. Молотов тут же сказал: «Цену себе набивает». Сталин рассмеялся: «Пусть набивает. Надо будет сегодня же переговорить с Курчатовым об ускорении нашей работы». Я понял, что речь идет о создании атомной бомбы». Помимо всего прочего Сталин после этой короткой реплики Трумэна понял, что США, опираясь на созданную атомную бомбу, не прочь примерить на себя роль властелина мира – реплика американского президента была неприкрытой угрозой Советскому Союзу.

Спокойствие И.Сталина основывалось не только на знании ситуации, но и самом ходе ядерных исследований в Советском Союзе.

Лаборатория измерительных приборов №2 АН СССР ЛИПАНСССР, будучи великой державой, также не мог остаться в стороне от исследований в области атомной физики. Первым среди наших учёных глубинный смысл радиоактивности понял академик В.И.Вернадский, который и предложил конкретную   программу геологического поиска урановых руд и овладения энергией атомного распада. В 1922 году в Петрограде на открытии Радиевого института (его директором В.И.Вернадский был до 1939 года) академик говорил: «Мы подходим к великому перевороту в жизни человечества, с которым не может сравняться все им пережитое. Недалеко время, когда человек получит в свои руки атомную энергию - такой источник, который дает ему возможность строить свою жизнь, как он захочет. Сумеет ли человек   воспользоваться   этой   силой, направить ее на добро, а не на самоуничтожение?  Дорос ли он до умения использовать ту силу, которую неизбежно должна дать ему наука?». Именно в институте В.И.Вернадского проявилось яркое дарование тогда еще молодого И.В.Курчатова, будущего руководителя советской ядерной программы.

В течение 30-х – 40-х годов в СССР также активно проводились исследования в области ядерной физики. Во всесоюзных конференциях Академии Наук СССР по ядерной физике принимали участие советские и зарубежные исследователи, занимавшиеся не только исследованиями атомных ядер, но и научными изысканиями в других смежных дисциплинах — геохимии, физической химии, неорганической химии.

Как мы уже говорили, Радиевый институт В.И.Вернадского был флагманом советских ядерных исследований, однако большая работа проводилась также и в других научных центрах – ленинградском Физтехе, московском Институте химической физики и украинском физико-техническом институте.

Изучение ядерной физики помимо личности И.В.Курчатова выдвинула на первые роли таких известных учёных,После атомной бомбардировки

как В.Г.Хлопонин, сотрудники Радиевого института Г.А.Гамов и Л.В.Мысовский, Ф.Ф.Ланге, основатель Института химической физики Н.Н.Семёнов. Общее руководство исследованиями на государственном уровне в СССР осуществлял Председатель Совнаркома В.М.Молотов.

Атомная проблематика напрямую зависела от решения ряда фундаментальных физических проблем. Ещё в 1926 году Н.Н.Семёнов (будущий нобелевский лауреат) в своей первой публикации по цепным химическим реакциям предсказал два их возможных пути протекания: цепной взрыв (как в урановой бомбе) и тепловой взрыв (как в термоядерной бомбе).  В 1935 году Семёнов сделал свой знаменитый доклад о разветвленных реакциях с участием нейтронов. В течение 1939-1940 годов физики Я.Б.Зельдович и Ю.Б.Харитон   опубликовали   в «Журнале теоретической и экспериментальной физики» три важнейшие работы, которые стали классическими и легли в основу создания как атомной бомбы, так и мирной атомной энергетики.

Первая идея ускорителя заряженных частиц была выдвинута в 1922 году Л.В.Мысовским, который при организации Радиевого института занял должность заведующего физическим отделом. Эту идею поддержали руководители института, в том числе А.Ф.Иоффе П.Л.Капица выступил в роли консультанта проекта. В 1932 году, Л.В.Мысовский совместно с Г.А.Гамовым (в дальнейшем эмигировал в США) изучили идею циклотрона, диаметром всего 25 см, реализованную американскими физиками Э.Лоуренсом и С.Ливингстоном. Советский Циклотрон Радиевого института диаметром в 1 метр стал первым циклотроном в Европе. Сооружение установки проходило под руководством и при непосредственном участии сотрудников физического отдела Радиевого института, руководимого В.Г.Хлопиным — Г.А.Гамова, И.В.Курчатова и Л.В.Мысовского. Циклотрон был построен и запущен в 1937 году и активно использовался для научных исследований вплоть до 1950-х годов.

В 1938 году в радиевом институте была создана первая в СССР лаборатория искусственных радиоактивных элементов, которую возглавил А.Е.Полесицкий.

Усилиями советских учёных был создан мощный фундаментальный задел, позволивший затем СССР самостоятельно и в кратчайшие сроки ликвидировать монополию США на обладание атомным оружием.  Этот задел удалось создать не только в физике, но и в вычислительной математике, гидродинамике, химии.

Советские физики-ядерщики столкнулись с теми же проблемами, что немцы и американцы – огромной наукоёмкостью и затратностью атомного проекта, как такового – необходимо было исследовать большое число вариантов физических и технологических принципов построения бомбы на основе урана-235 или плутония, который мог быть получен в результате   управляемой   ядерной   реакции   при   облучении нейтронами ядер урана-238.

Напомню, что проект создания атомной бомбы в фашистской Германии столкнулся именно с этой научной   и   технической   трудностью, так   как немецким физикам пришлось одновременно исследовать и разрабатывать семь вариантов построения бомбы. Это произошло из-за принципиальной ошибки в начале работ, когда был отвергнут графит как материал для замедления нейтронов при облучении урана и был сделан роковой для немца и счастливый для всех остальных выбор немецких ядерщиков в пользу «тяжелой воды», которой в итоге так и не хватило немцам для создания атомной бомбы в конце воны.

В 1941 году в СССР, также, как и в других странах, исследования в атомной сфере были засекречены. Тяжёлое начало Великой Отечественной войны, поражения на фронтах и необходимость сверхнапряжения всех сил страны для сдерживания немецко-фашистской военной машины привело к тому. Что СССР по объективным причинам вынужден был сократить объёмы ядерных исследований, в том числе и по проведению цепной реакции деления, в то время как в Великобритании, и в особенности в США эти работы шли полным ходом.
У.Черчилль, Г.Трумэн и И.Сталин во время Потсдамской конференции
Тем не менее, важность подобных разработок стала ясна уже в самом начале войны – начиная с сентября 1941 года в СССР по линии службы внешней разведки начла поступать тревожная информация о проведении в Великобритании и США интенсивных секретных научно-исследовательских работ, направленных на разработку методов использования атомной энергии для военных целей и создание атомных бомб огромной разрушительной силы. Одним из наиболее важных, полученных ещё в 1941 году советской разведкой, документов является отчёт британского «Комитета MAUD». Из материалов этого отчёта, полученного по каналам внешней разведки НКВД СССР от Д.Маклина, следовало, что создание атомной бомбы реально, что вероятно она может быть создана ещё до окончания войны и, следовательно, может повлиять на её ход. Естественно, в СССР внимательно следили и за ходом ядерной программы на территории своего главного врага – фашистской Германии.

В мае 1942 года руководство ГРУ информировало Академию наук СССР о наличии сообщений о работах за рубежом по проблеме использования атомной энергии в военных целях и просило сообщить, имеет ли в настоящее время эта проблема реальную практическую основу. Ответ на указанный запрос в июне 1942 года дал В.Г.Хлопин, который отметил, что за последний год в научной литературе почти совершенно не публикуются работы, связанные с решением проблемы использования атомной энергии.

Осенью 1942 года И.В.Сталин принял на даче в Кунцево двух крупнейших ученых-ядерщиков - В.И.Вернадского и А.Ф.Иоффе. Они убедили вождя в необходимости и реальной возможности создания атомного оружия. Безусловно, у Сталина и до этого были донесения об американском, немецком и английском атомных проектах, но его личная убежденность в необходимости поставить эту проблему на уровень важнейшей государственной задачи   пришла   в   результате именно этой исторической встречи.  
Ю.Б.Харитон
В итоге почти сразу после старта «Манхэттенского проекта» в США 28 сентября 1942 года было принято постановление Государственного Комитета Обороны СССР №2352сс «Об организации работ по урану», которое начиналось следующими словами: «Обязать Академию Наук СССР (акад. Иоффе) возобновить работы по исследованию осуществимости использования атомной энергии путем расщепления ядра урана и представить Государственному Комитету Обороны к 1-му апреля 1943 года доклад о возможности создания урановой бомбы или уранового топлива». Постановление, которое подписал лично И.В.Сталин, предписывало также «Главному Управлению Гражданского Воздушного Флота (т. Астахов) обеспечить к 5-му октября 1942 года доставку самолетом в г. Казань из г. Ленинграда принадлежащих Физико-техническому институту АН СССР 20 кгр урана и 200 кгр аппаратуры для физических исследований».

В 1943 году по решению ГКО СССР было создано первое в стране научно-исследовательское учреждение, призванное заниматься атомной проблемой, - Лаборатория измерительных приборов №2 АН СССР ЛИПАН -  ныне Российский научный центр «Курчатовский институт»). Руководство Лабораторией и всеми работами по атомной проблеме было поручено академику И.В.Курчатову.  Одним из заместителей И.В.Курчатова по научной работе стал выдающийся советский математик С.Л.Соболев. 

В СССР была также сформирована Урановая комиссия Академии Наук под руководством В.Г.Хлопонина. В 1943 году В.Г.Хлопин направил письмо в ГКО и АН СССР, в котором доказал необходимость обязательного участия Радиевого института в советской ядерной программе.

Необходимо было создать соответствующие промышленные мощности. В 1944 году был спроектирован цех по производству тяжёлой воды и завод по производству шестифтористого урана (сырья для установок по разделению изотопов урана. К 1945 году построили цех по производству металлического урана. Для Лаборатории №2 было организовано производство десятков тонн высококачественных графитовых блоков.

После победы над Германией СССР также получила в своё распоряжение определённую часть немецкого «ядерного наследства» - в СССР были доставлены несколько сот немецких учёных, имевших отношение я атомной программе Германии, привезено оборудование немецкого Института химии и металлургии, Физического института кайзера Вильгельма, электротехнических лабораторий Siemens, Физического института министерства почт Германии, а также три из четырёх немецких циклотронов, мощные магниты, электронные микроскопы, осциллографы, трансформаторы высокого напряжения, другие сверхточные приборы. Конечно же, это было куда более скромные приобретение по сравнению с ядерным реактором, попавшим в руки американцев, но всё же эти трофеи и немецкие специалисты были весьма кстати и принесли большую пользу советской ядерной программе.

Отмечая роль немецких физиков, нельзя не сказать и о немецком физике-теоретике Клаусе Фуксе, который в начале тридцатых вынужден был эмигрировать из фашистской Германии в Великобританию, где стал её гражданином. Там же Фукс познакомился также с немецким физиком-эмигрантом Р.Пайерлсом. Фукс активно участвовал в создании ядерного оружия в США, однако был поражён тем фактом, что все работы велись в тайне от союзника США и Великобритании – Советского Союза.

Благодаря такой личной позиции Фукса с ним была установлена связь нашей разведкой и получено немало ценной информации.

20 августа 1945 года постановлением Государственного комитета обороны СССР был создан Специальный комитет при ГКО СССР, целью которого было «руководство всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана». А в 1946 году было принято правительственное решение об организации специального научного учреждения – ныне Российский федеральный ядерный центр.

В 1946 году в знаменитой Лаборатории №2 заработал первый исследовательский ядерный реактор.
У советских исследователей-ядерщиков были свои уникальные наработки, но после испытаний в США атомной бомбы нужно было в первую очередь защитить страну. Поэтому первую советскую атомную бомбу делали по аналогии с американской, чтобы ускорить процесс, а вот в дальнейшем были использованы и уникальные советские исследования.

29 августа 1949 года Советский Союз успешно испытал свою атомную бомбу и в США поняли, что безнаказанно диктовать свою волю СССР не получится. До сих пор Россия и её ближайший союзник Белоруссия защищены благодаря достигнутому ядерному приоритету и российскому ядерному потенциалу сдерживания. 


Комментарии


Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.

Авторизация
Введите Ваш логин или e-mail:

Пароль :
запомнить

Последние новости
все новости
19.04.24

Всего два дня спустя после приводнения «Аполлона» на 26 июля 1975 года Землю вернулся и спускаемый аппарат «Союза-18». П.И.Климук и В.И.Севастьянов провели на борту «Салюта-4» 62 дня, но, конечно же, их полёт остался несколько в тени триумфального завершения проекта «Союз-Аполлон». По возвращении на родную планету П.Климук стал готовиться к новому полёту в рамках международной космической программы «Интеркосмос» - Советский Союз решил оказать помощь в подготовке к космическим полётам и их практическом осуществлении космонавтам своих стран-союзников.

18.04.24

23 марта 2024 года с космодрома «Байконур» в Казахстане стартовала ракета-носитель «Союз-2.1а», которая вывела на орбиту пилотируемый космический корабль «Союз МС-25». На борту было три человека – командир корабля российский космонавт Олег Новицкий (белорус по происхождению), астронавтка НАСА Трейси Дайсон и первая белорусская космонавтка Марина Василевская. Для современной Республики Беларусь это стало грандиозным событием – Марина Василевская, в прошлом проводница-инструктор национальной компании «Белавиа», отправилась покорять космическое пространство, а весь мир увидел на её космической одежде гордый красно-зелёный белорусский флажок с национальным орнаментом.

16.04.24

В наступившей тишине вдруг раздался голос Абрама. Одиннадцатилетний мальчик, который только что лишился родителей, попросил оккупантов о последнем желании – сыграть на скрипке. Удивленные неожиданной просьбой, немцы согласились. Они ожидали слезливо-молящей мелодии. Но неожиданно грянули звуки, которые гитлеровцы осознали не сразу. Зато их узнали все советские люди. Это был «Интернационал»! И распрямились плечи, и возродилась надежда, что Родина будет освобождена, чтобы ни случилось с ними. Сначала робко, а потом все громче и громче запели обреченные и те, кого фашисты пригнали устрашить расправой. Выйдя из оцепенения, враги заорали, чтобы мальчик немедленно прекратил играть. Но он продолжал до тех пор, пока его не прошили несколько автоматных очередей.

10.04.24

Россия сталкивается с масштабными и серьёзными вызовами. Решить их будет непросто. Но решать нужно – начиная от проверки правомочности получения российского гражданства за последние 10-15 лет и заканчивая наведением порядка в этнических анклавах и диаспорах. Миграционная политика должна быть пересмотрена – в Россию путь должен быть открыт не для тех, кто «хочет приехать», а для тех, кто действительно нужен и необходим, но опять же – на определённый срок.

04.04.24

Мировая экономика в конце 1990-х – начале 2000-х годов пережила «китайский шок» - резкий наплыв дешевой продукции из КНР. Все это привело к банкротству ряда отраслей промышленности на Западе, особенно в США, которые не выдерживали конкуренции с китайскими товарами. Надо отметить, что США долгое время поддерживали уровень жизни в стране за счет низких цен на китайский импорт. Судите сами: в 1991 году доля Китая в промышленном импорте США составляла 4,5%, а в 2011 – уже 23,1%.

Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru