Николай Сергеев: Хороводы вокруг Гитлера, часть 2 25.03.2020 12:09Ранее мы отмечали, что Гитлера Польша мало интересовала в качестве первоочередной цели для нападения, ему необходимо было нейтральное государство в тылу.
Это прекрасно осознавали в Лондоне-Париже и поэтому всячески толкали польские власти и общественность на антигерманские действия, провоцируя тем самым Гитлера на нападение на Польшу.
Камнем преткновения стал вопрос т.н. Данцигского (Польского) коридора. В результате поражения Германии в Первой мировой войне решением стран «западной демократии» в соответствии с Версальским мирным договором Польше была передана часть побережья Балтийского моря, которая отделяла германскую Восточную Пруссию от основной территории Германии. Помимо того, между Восточной Пруссией и Германией находился «вольный город Данциг», город-государство, находившийся в ведении Лиги наций.
Данцигский (Польский) коридор
Гданьск, или по-немецки Данциг, изначально был славянским городом и с X века входил в состав Польши. В начале XIV века город был захвачен рыцарями Тевтонского ордена и с тех пор неоднократно переходил из рук в руки. В 30-е годы XX столетия 95 процентов населения города-государства «вольный город Данциг» составляли немцы, но при этом поляки имели право на свои школы, библиотеки и другие учреждения.
Кроме того, по Версальскому договору Польше было предоставлено право ведения иностранных дел Данцига и управление железнодорожным сообщением вольного города. Польше также было предоставлено право свободного пользования данцигскими водными путями, доками и другими портовыми сооружениями.
В межвоенный период и Германия, и Польша имели свои виды на Данцинг с целью его присоединения. К примеру, в 1936 году польским министерством обороны был разработан план захвата вольного города. Соответствующие планы имела и Германия.
Данциг был серьезным яблоком раздора между Берлином и Варшавой. В то время и для рейха, и для Второй Речи Посполитой были присущи как пещерный антисоветизм (что их объединяло), так и крайние формы национализма (в Германии нацизм). А германский нацизм и польский национализм - вещи несовместимые. Вот на этом и строили расчет «западные демократии», намереваясь толкнуть Гитлера на Польшу.
Фюреру, чтобы начать военную кампанию на западе, необходима была не только нейтральная Польша, но и сухопутная связь с Восточной Пруссией и контроль над Данцигом.
В октябре 1938 года Берлин предложил Варшаве разрешить вопросы Данцига и Данцигского (Польского) коридора путем присоединения Польши к направленному против СССР Антикоминтерновскому пакту, в котором помимо Германии состояла Италия и некоторые другие страны. Таким образом, рейх намеревался прикрыть себя с востока (в том числе и от СССР) в преддверии планируемого Гитлером удара по «западным демократиям».
Однако поперек этих планов Гитлера встали шляхетский гонор польских властей и козни западных разведок, перед которыми стояла задача толкнуть Гитлера на восток, т.е. спровоцировать нападение рейха на Польшу.
Так как Антикоминтерновский пакт имел не только антисоветскую, но и антизападную (Великобритания, Франция, США) направленность, то Варшава, рассчитывая на поддержку «западных демократий» и считая их своими союзниками, не стала присоединяться к этому агрессивному союзу.
После отрицательного ответа Варшавы относительно своего участия в Антикоминтерновском пакте Берлин выдвинул жесткие требования: Данциг из «вольного города» становится частью рейха (тем более, что этого требовало немецкое население города), а между Восточной Пруссией и остальной Германией прокладываются экстерриториальные (не подотчетные Польше) автомобильная и железная дороги.
На выдвинутые претензии Берлина в Варшаве было заявлено, что «любая попытка включить Данциг в рейх приведёт к немедленному конфликту». Тем не менее, министр иностранных дел Польши Юзеф Бек заявил, что готов проявить гибкость при обсуждении технических изменений в статусе города, а также в юрисдикции транспортного коридора между Восточной Пруссией и остальной Германией.
Позиция Юзефа Бека могла, в принципе, привести к переговорам и какой-то форме мирного урегулирования польско-германского конфликта. Но это никак не входило в планы Лондона-Парижа, которые рассчитывали, что, пройдя Польшу, гитлеровская военная машина неизбежно и сразу же столкнется с Советским Союзом.
Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер и маршал Польши Эдвард Рыдз-Смиглы. Польский «полководец» все еще грезит о совместном с рейхом походе на Москву. А главарь СС уже предопределил судьбу славянских «недочеловеков» из Польши
СССР к тому времени еще не был готов к войне, западная граница нашей страны проходила недалеко от Ленинграда и Минска, а Антикоминтерновский пакт был еще внутренне един. Вследствие чего была очень велика вероятность того, что Советскому Союзу придется в полном одиночестве, без какой-либо поддержки извне воевать на два фронта - против гитлеровского рейха и его союзников в Европе и Японской империи на Дальнем Востоке. В этом случае, скорее всего, на стороне нацистской Германии вступила бы в войну и Турция. Она открыла бы против СССР/России фронт на Кавказе.
Наша страна, истекая кровью, сражалась бы в кольце сильных и беспощадных врагов, а «западные демократии» стояли бы в сторонке, подливая масла в огонь. Вот что предельно цинично, но зато откровенно заявил об этом через несколько дней после нападения гитлеровской Германии уже на Советский Союз тогда сенатор, а в впоследствии - президент США Гарри Трумэн:
«Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше».
Поэтому, когда польский министр иностранных дел Юзеф Бек пытался хоть как-то склонить Гитлера к переговорам (тем более, что нацистский фюрер был политическим кумиром Бека), в Польше не без влияния британских спецслужб начались массовые антигерманские выступления.
21 марта 1939 года министр иностранных дел Германии Риббентроп в беседе с польским послом Липским жестко поставил требования в отношении Данцигского коридора. В тот же день Гитлер подкрепил эти требования меморандумом. Польское правительство ответило отказом, а маршал Рыдз-Смиглы утвердил оперативный план войны с Германией Zachód («Запад»).
Польские уланы на учениях. По замыслу маршала Польши Рыдз-Смиглы, они должны были разрубить немецкие танковые клинья
23 марта начальник Главного штаба Войска Польского бригадный генерал Вацлав Стахевич провел скрытную мобилизацию четырех дивизий, направив их в Восточное Поморье, на границу Польши, Германии и Вольного города Данцига.
В этот же день на секретном совещании в имперской канцелярии Гитлер принял решение о вторжении в Польшу. Этот факт был подтвержден во время допроса на Нюрнбергском трибунале гроссадмирала Эриха Редера. Гитлер на этом совещании заявил: «Мы приняли решение напасть на Польшу при первой благоприятной возможности».
В это же время Берлин осуществил бескровное присоединение к рейху Мемельского (Клайпедского) края. Исторически Мемельланд принадлежал Государству Тевтонского ордена, затем Пруссии и Германской империи. После поражения Германии в Первой мировой войне по Версальскому договору Мемельский край был отделен от Германии и превращен в автономный край под мандатом Лиги Наций. Относительное большинство населения Мемельского края составляли литовцы. Это были сельские жители. Практически же все горожане жители Мемеля были немцами. Особенностью Мемельланда было то, что среди литовцев, проживающих в крае, 95 процентов были протестантами, в отличие от литовцев-католиков собственно Литвы.
1920 г., французские войска в Мемеле
В феврале 1923 года французская администрация и Лига Нация вопреки настроениям немецкого населения Мемельского края передала его в состав Литвы, где он получил автономию и наименование Клайпедский край.
В соответствии с соглашением, подписанном между Лигой Наций и Литвой, Клайпедскому краю был предоставлен отдельный парламент, установлено два государственных языка - литовский и немецкий, край получил отдельную судебную систему, право на собственные налоги, самоуправление культурными и религиозными делами и другие привилегии.
Чуть меньше половины населения Клайпедского края составляли немцы, местные же этнические литовцы в национально-культурном отношении были разделены на две примерно равные части: когда одни однозначно отождествляли себя с литовским народом, другие чаще всего называли себя «мемельландцами» и придерживались пронемецкой политической ориентации.
Февраль 1923 г., ввод литовских войск по решению Лиги Наций в пока еще Мемель
В итоге немецкая элита края прочно удерживала свое политическое влияние и вела ожесточенную антилитовскую пропаганду, выступая за независимость Мемельланда. При этом пронемецкие партии имели абсолютное большинство (до 80 процентов) в парламенте (сеймике) края. После прихода к власти в Германии Адольфа Гитлера подавляющее большинство немецких депутатов краевого сеймика и партии, которые они представляли, перешли на национал-социалистические позиции. После чего мемельские нацисты перешли к откровенному террору против несогласных.
В Берлине внимательно следили за событиями в Мемельском (Клайпедском) крае, и как только центральные литовские власти попытались хоть как-то обуздать распоясавшихся немецких националистов, то Гитлер незамедлительно предъявил (21 мая 1935 г.) Литве претензии за преследование немецкого языка в Мемеле и назвал ее страной, не соблюдающей «общепризнанные нормы человеческого общества». После чего рейх объявил Литве торговую войну и сократил на 60 процентов закупку ее продовольствия.
В конце 1938 года центральные литовские власти потеряли контроль над обстановкой в крае. Латвийский консул Янис Сескис 31 января 1939 года сообщал в Ригу, что «Мемельский округ для Литвы необратимо утерян» и «возможно, Латвии и Литве было бы выгоднее, чтобы Литва эту политически и национально отравленную провинцию ампутировала».
Комментарии
Комментариев пока нет
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
