Николай Сергеев: Курская битва. Планы сторон, часть 1.

Николай Сергеев: Курская битва. Планы сторон, часть 1. 26.07.2023 12:18

В результате зимнего 1942-1943 годов наступления советских войск и вынужденного отхода во время Харьковской оборонительной операции (в феврале-марте 1943 г. гитлеровским войскам удалось отразить советское наступление и вновь занять Харьков и Белгород) образовался так называемый Курский выступ. 

Расположенные на нём войска Центрального и Воронежского фронтов нависали над флангами и тылами немецких групп армий «Центр» и «Юг». В свою очередь эти вражеские группировки, занимая орловский и белгородско-харьковский плацдармы, имели благоприятные условия для нанесения массированных фланговых ударов по советским войскам, оборонявшимся в районе Курска. В любой момент мощными встречными ударами враг мог окружить и нанести поражение расположенным там частям Красной Армии. О намерениях немецкого командования предпринять решительное наступление под Курском свидетельствовали и данные, добытые советской военной разведкой.

 
План операции «Цитадель»

Германское   военное руководство развернуло подготовку к крупному летнему наступлению на данном направлении. Оно рассчитывало разгромить основные силы Красной Армии на центральном участке советско-германского фронта, вернуть себе стратегическую инициативу и изменить ход войны в свою пользу. Замыслом операции «Цитадель» предусматривалось ударами по сходящимся направлениям с севера и юга по основанию Курского выступа на 4-й день операции окружить и затем уничтожить советские войска.В последующем намечалось нанести удар в тыл Юго-Западного фронта (операция «Пантера») и развернуть наступление в северо-восточном направлении в целях выхода в глубокий тыл центральной группировки советских войск и создания угрозы Москве.

Для проведения операции «Цитадель» привлекались лучшие военачальники вермахта и наиболее боеспособные войска, в общей сложности 50 дивизий (в т.ч. 16 танковых и моторизованных) и большое число отдельных частей, входивших в 9-ю и 2-ю армии группы армий «Центр» (генерал-фельдмаршал Гюнтер фон Клюге), в 4-ю танковую армию и оперативную группу «Кемпф» группы армий «Юг» (генерал-фельдмаршал Эрих фон Манштейн). Их поддерживала авиация 4-го и 6-го воздушных флотов. Всего эта группировка насчитывала свыше 900 тыс. человек, около 10 тыс. орудий и миномётов, до 2700 танков и штурмовых орудий, около 2050 самолетов. Это составляло порядка 70 процентов танковых, до 30 процентов моторизованных и более 20 процентов пехотных дивизий, а также свыше 65 процентов всех боевых самолетов, действовавших на советско-германском фронте, которые были сосредоточены на участке, составлявшем лишь около 14 процентов его протяжённости.
Для прорыва оборонительных рубежей Красной Армии и достижения быстрого успеха своего наступления германское командование сделало упор на массированное применение танков, штурмовых орудий (самоходных артиллерийских установок) и бронетранспортёров в передовых порядках наступающих войск. 

Поступившие в начале 1943 года на вооружение германской армии средние (модернизированные Т-IV и новые T-V «Пантера») и тяжёлые (Т-VI «Тигр») танки, штурмовые орудия «Фердинанд» обладали хорошей броневой защитой и сильным артиллерийским вооружением. Их 75-мм и 88-мм пушки с дальностью прямого выстрела 1,5-2,5 км существенно превышали дальность стрельбы 76,2-мм пушки основного советского танка Т-34. Входившие в состав артиллерийских полков гитлеровских танковых дивизий бронированные самоходные гаубицы «Хуммель» («Шмель», калибр 150 мм) и «Веспе» («Оса», калибр 105 мм) также могли   применяться для стрельбы прямой наводкой по танкам. Следует отметить, что на гитлеровской бронетехнике была установлена высококачественная оптика корпорации Карла Цейса. Всё это позволило противнику добиться определённого преимущества в танковом оснащении. 

 Германские танки: тяжёлый Т-VI «Тигр» (вверху) и средний T-V «Пантера»

Кроме того, на вооружение германской авиации поступили новые самолеты: истребитель «Фокке-Вульф-190А», штурмовики «Хенкель-190А» и «Хенкель-129», которые должны были обеспечить Люфтваффе господство в воздухе и надёжное прикрытие гитлеровских танковых дивизий.

Особое значение германское командование придавало внезапности операции «Цитадель». С этой целью гитлеровское командование проводило широкомасштабные мероприятия, направленные на введение в заблуждение советских войск. Так, на ложных направлениях главного удара проводились демонстративные рекогносцировки местности с участием высокопоставленных офицеров, выдвигались танки, сосредоточивались переправочные средства, осуществлялись радиопереговоры, активировались действия агентуры, распространялись слухи и т.п. В полосе же предстоящего наступления всё старательно маскировалось. Все эти мероприятия проводились с большой тщательностью и методичностью, но они не дали ожидаемых результатов, т.к. в результате выдающихся действий советской военной разведки Государственный комитет обороны обладал необходимой полнотой информации относительно операции «Цитадель». 

Чтобы обезопасить тыловые районы своих ударных группировок и обеспечить бесперебойную работу путей сообщения, особенно железнодорожного транспорта перед началом операции «Цитадель», немецкое командование в мае-июне 1943 года предприняло крупные карательные экспедиции против брянских, украинских и белорусских партизан.

Партизанским формированиям пришлось вести бои не только с полицейскими и охранными подразделениями, но и с регулярными немецкими войсками и войсковыми частями союзников гитлеровского рейха. Против советских партизан было направлено несколько десятков дивизий разного назначения с артиллерией и бронетехникой. Действия карателей поддерживались авиацией. В результате ожесточенных боёв гитлеровцам удавалось оттеснять партизан из мест их постоянного местоположения, но разгромить партизанское движение они не смогли. 

А спустя полтора месяца в ходе «рельсовой войны» (3 августа - 15 сентября 1943 г.) партизаны, действовавшие на оккупированных врагом территориях Белоруссии, Ленинградской, Калининской (ныне Тверской), Смоленской, Брянской, Орловской областей и Украины внесли огромный вклад в победу Красной Армии в Курской битве.
 

Первоначально в ходе летне-осенней кампании 1943 года Ставка Верховного Главнокомандования предполагала провести широкое наступление, нанося главный удар на юго-западном направлении с целью разгромить гитлеровскую группу армий «Юг», освободить Левобережную Украину, Донбасс и преодолеть реку Днепр.

Советское командование приступило к выработке плана предстоявших действий на лето 1943 года сразу после завершения зимней кампании 1942-1943 годов. В разработке операции принимали участие Ставка ВГК, Генеральный штаб Красной Армии и все командующие фронтов, оборонявших Курский выступ. План предусматривал нанесение главного удара на юго-западном направлении. Однако советская военная разведка своевременно вскрыла подготовку немецкой армии к крупному наступлению на Курской дуге и установила дату начала германской наступательной операции.

Перед советским командованием встала очень непростая задача – выбрать способ действий. Проводить наступательную или оборонительной операции.  В своем докладе 8 апреля 1943 года Верховному главнокомандующему с оценкой общей обстановки и о своих соображениях по поводу действий Красной Армии на лето 1943 года в районе Курской дуги маршал Г.К.Жуков сообщал: «Переход наших войск в наступление в ближайшие дни с целью упреждения противника считаю нецелесообразным. Лучше будет, если мы измотаем противника на нашей обороне, выбьем его танки, а затем, введя свежие резервы, переходом в общее наступление окончательно добьём основную группировку противника». 

Взгляды маршала Жукова разделял и начальник Генерального штаба маршал А.М. Василевский: «Тщательный анализ обстановки и предвидение развития событий позволили сделать правильный вывод: главные усилия надо сосредоточить к северу и югу от Курска, обескровить здесь противника в оборонительном сражении, а затем перейти в контрнаступление и осуществить его разгром».

 
Маршалы Г.К.Жуков (справа) и А.М.Василевский: их план принёс победу в Курской битве

В результате было принято для многих неожиданное решение о переходе к обороне в районе Курского выступа. Произошёл тот нетипичный случай в истории войн, когда сильнейшая сторона, имевшая всё необходимое для наступления, выбрала оборону. Не все были согласны с подобным решением. Командующие Воронежским и Южным фронтами генералы Н.Ф. Ватутин и Р.Я. Малиновский настаивали на нанесении упреждающего удара в Донбассе. Их поддерживали представители Ставки Верховного командования маршалы С.К. Тимошенко и К.Е. Ворошилов. Окончательное решение было принято в конце мая – начале июня, когда в полном объёме стало известно о плане немецкого наступления «Цитадель». 

Последующий ход событий показал, что решение о переходе к обороне в данном случае было наиболее правильным видом стратегических действий. Предстояло преднамеренной обороной истощить и обескровить ударные группировки немецких войск, а затем переходом в контрнаступление завершить их разгром.

С этой целью предполагалось в наибольшей степени использовать преимущества заранее созданной многополосной обороны, обескровить ударные танковые группировки врага, измотать его самые боеспособные войска, завоевать стратегическое господство в воздухе. Затем, перейдя в решительное контрнаступление, завершить разгром группировок врага в районе Кyрского выступа.

Часть 2.