Донбасс два года спустя. Анатомия предательства и чистота власти народа

В мае 2014 года практически никто в Донбассе не верил в большую войну. И хотя провозглашенная после переворота в Киеве власть к середине апреля объявила «антитеррористическую операцию», казалось, всё ещё можно остановить. Славянск к началу мая уже пережил и отразил три штурма правительственных войск, а с 5 мая украинская сторона стала постоянно обстреливать город из тяжелой артиллерии. И несмотря на это, жители Донбасса представить себе не могли, насколько долгим и кровавым будет путь к независимости от свихнувшегося на майдане государства, которое со своим лозунгом «Одна нация!» не оставляло никакого выбора мятежным территориям.

Счастливая судьба Крыма и страшные майские события в Одессе послужили главными причинами огромной поддержки дончанами и луганчанами идеи референдума. Тем более что через неделю после 11 мая 2014 года «народными властями» был обещан второй тур – голосование за присоединение к России. Как в Крыму.

«Не забудь написать, что это я провел референдум в Луганске!» – напоминал мне известный политик, который сейчас живет в Крыму и совсем не бывает в республиках. Таких тогда было множество – разной степени известности. Каждый считал, что именно он внёс самый главный вклад и совсем скоро настанут благополучные времена. Как в Крыму.

«Никто не будет бомбить Донецк и Луганск! – рассуждали тогда в коридорах бывшей власти в Донецке, где все дышало революционными событиями. – Уже все договорено».

Вышло иначе. Не случилось «как в Крыму». Независимость для республик добыли простые люди. Народ. И тот, который пришел 11 мая 2014 года на референдум и тем самым учредил ДНР и ЛНР, и тот, который отстоял право на жизнь этих республик ценой неимоверных потерь: и человеческих, и территориальных, не говоря уже о разрушениях и испытаниях, выпавших на долю людей.

«Н» – это главная буква в названиях республик. Без «Н» независимость была бы невозможной. Не было бы сегодня парадов на День Победы, где в одном строю чеканят шаг юные курсанты и ветераны новой войны, которой еще не придумано достойного названия. Не было бы праздничных колонн «Бессмертного полка», свободно плывущих по улицам городов и районов ДНР и ЛНР – без конвоя, без нападений злобствующих нацистов, без националистического шабаша.

Колесо истории повернулось таким образом, что именно народу, а не политикам выпало выбрать свою судьбу 11 мая.

А ведь политикам казалось, что процессом управляют они. Что пересидят смутные времена в Ростове или в Москве, в Монако или Праге, а потом вернутся все разом, исключительно на белых конях.

И олигархам казалось точно так же – что перемелется, а дальше уж они-то как-то договорятся с Киевом.

Однако случилась война. Никому не удалось её предотвратить.

Более того, война в Донбассе стала возможной именно по причине предательства. Сначала те, кто были у власти, предали народ Украины в Киеве, когда не остановили майдан, имея для этого все возможности. Потом они второй раз предали народ Юго-Востока в Харькове, когда не нашли в себе смелости принять решение о неподчинении узурпаторам, рассевшимся по правительственным кабинетам в результате вооруженного переворота. В третий раз «бывшие» предали народ Донбасса, когда из-за трусости умыли руки и сбежали, не приложив никаких усилий для легитимизации нового статуса Донецкой и Луганской областей.

Башара Асада на Украине не нашлось. Народ остался один на один с АТО.

Как такое могло случиться? Долгие годы Партия регионов, словно масляной пленкой, затягивала пространство общественно-политической жизни на Украине. Душила любую инициативу, которая нарождалась под другими флагами. Фальсифицировала выборы, загоняя коммунистов в «кефирный рейтинг» (ну а те только возмущенно булькали в ответ, не пытаясь сопротивляться всерьёз) и вышибая на обочину политической жизни одиночек, за которыми шли люди. Достаточно сказать, что в парламентские выборы 2012 года регионалы провели от ряда донецких и луганских округов в парламент коммерсантов и чиновников, ни по рождению, ни по месту жительства никакого отношения к Донбассу не имевших в принципе. Причем результаты тех нелепых выборов были нарисованы такими, будто жители Донецкой и Луганской областей дружно сошли с ума и рвали на груди рубахи за совершенно неизвестных персонажей.

Ружьё на стену регионалы повесили еще тогда, в октябре 2012-го. Спустя всего год оно выстрелило. Случился майдан, и оказалось, что не существует такой силы на земле, которая способна заставить самую мощную парламентскую фракцию численностью в 205 человек (45,9 процента численности Верховной рады) взять на себя ответственность за судьбу государства – скооперировавшись с коммунистами, которых насчитывалось 32 «штыка» (7,2 процента общей численности ВР), тогда можно было принять любые законные решения в защиту конституционного строя. Избежать убийств в центре Киева, не дать перевороту совершиться. Неудивительно, что сразу после февральских событий 2014 года число регионалов уменьшилось почти втрое, до 78 депутатов (17,5 процента), да и те надеялись выторговать у захвативших власть «свои» территории и свои бизнесы в обмен на лояльность Юго-Востока.

Вслед за падением верхушки посыпалась вся пирамида власти. На местах в областных советах сидели в подавляющем большинстве «нужные люди» – «смотрящие» за различными бизнесами регионалов и прочая их обслуга. Разумеется, вся эта «рать» ни на какие самостоятельные решения была неспособна - она тут же двинула ноги вслед за бегущим начальством.

Юго-Восток в одночасье оказался «голым» – власть на местах, до смерти перепуганная, страшившаяся потерять доходы и влияние, бросила народ и территории на растерзание путчистам.

Будучи коммерсантами до мозга кости, регионалы до последней минуты надеялись на успех переговоров с новыми правителями по формуле «интересы в обмен на интересы». Киев имел интерес поставить под контроль мятежные территории, «донецкий», «луганский» и другие кланы, – получить в полное управление вотчины, сохранить бизнесы и хоть какой-то уровень политического влияния. Поэтому съезд депутатов Юго-Востока в Харькове 22 февраля 2014 года закончился пустой декларацией, которая не имела продолжения. Формально в резолюции съезда было чёрным по белому записано, что всю власть на местах берут на себя органы местного самоуправления, но реализовать это на деле смогли только Крым и Севастополь. Делегации Одесской области на съезде не было вовсе, не приехало и руководство Запорожской, Херсонской, Николаевской областей. Не появился и лидер Партии регионов – де-юре действующий украинский президент Виктор Янукович.

В то же время выразить поддержку Юго-Востоку на съезд в Харьков приехали российские политики – глава комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков, российские сенаторы и губернаторы практически всех граничащих с Украиной областей, Генеральный консул РФ в Харькове…

Однако поддерживать было некого.

Режим, созданный Партией регионов, провалился с треском. Он моментально капитулировал перед угрозой, которая тогда ещё была эфемерной: у Киева не было сил и средств противостоять Юго-Востоку. Однако коммерсанты от политики думали о своих кошельках, надеялись, что и под нацистами можно пересидеть, что удастся сохранить «заводы и пароходы».

Главное предательство Юго-Востока произошло именно в Харькове 22 февраля 2014 года, через день после переворота. Только Крым и Севастополь, располагавшие критической массой депутатов, способных принять легитимные решения, смогли противостоять Киеву. Во всех остальных областях, включая Донецкую и Луганскую, это стало невозможным – вслед за центральной властью самоликвидировалась власть местная. Областных советов просто не стало.

Регионалы не попытались удержать даже те территории, которые могли привести к крымскому знаменателю – Донецкую и Луганскую области. А всего-то надо было – принять решения о референдуме на уровне областной власти или в крайнем случае утвердить своим голосованием результаты референдума 11 мая 2014 года. Однако те, кто ещё вчера были властью, не просто разбежалась – они рассыпались в пыль. Их как ветром сдуло, несмотря на то, что народ был готов поддержать любую здравую инициативу, направленную на противодействие Киеву, который сразу после переворота отменил закон о языках и заговорил с Донбассом с позиции силы, не слушая даже Европу, предложившую Украине устами Меркель федерацию земель по немецкому образцу.

Партия регионов и все сколько-нибудь влиятельные регионалы никогда не опирались на народ, они не умели этого делать. Люди для них были рабочей силой, создающей своим трудом прибыль, и электоратом, санкционирующим их властвование. Эти торгаши от политики не имели никакого представления о том, как быть с высвободившейся энергией масс. Они видели в референдуме 11 мая 2014 года не возможность отстоять территорию Донбасса от захватчиков, а угрозу себе и своим накоплениям. Они по сей день не оставили планов когда-нибудь договориться с Киевом.

Поэтому и вышло так, как вышло. 11 мая 2014 года народ Донбасса выбрал независимость от незаконного киевского режима. При этом законная власть (к тому времени уже «бывшая»), осколки которой сегодня не устают «болеть за Донбасс» в телевизоре, оказалась просто недостойной своего народа. И переждать смутные времена не у всех получилось – новый режим и его наёмники не церемонятся с человеческой жизнью. УПА откровенно похваляется убийствами уже целого ряда депутатов от Партии регионов.

Большое предательство тех, кто теперь перешли в категорию «бывших», обернулось для Донбасса большой войной.

И война эта еще не закончена. Она идет каждый день. Вдоль линии разграничения – тысячи орудий, нацеленных на республики.

Нацеленных на букву «Н» в названиях ДНР и ЛНР.

За этой буквой - миллионы людей Донбасса, которые два года назад, 11 мая 2014 года, сделали именно то, что предполагается статьёй 5 украинской конституции: выступили носителями суверенитета и единственным источником власти.

Референдум 11 мая – это и есть власть народа в кристально чистом виде.

Фонд Стратегической Культуры

Ответить / Цитировать