Аналитика портала "Вместе с Россией"

Попытки национал-радикальных историков представить движение под руководством Т. Костюшко «национально- освободительным движением белорусского народа» не вы­держивают критики. Даже если принять за «белорусский народ» ополяченную шляхту, то большинство её на тер­ритории Беларуси устранилось от участия в восстании. Слишком далеко зашло внутреннее разложение страны. Защищать Речь Посполитую, по существу, было некому.

Тадеуш Костюшко боролся за восстановление Польши в границах 1772 года, т.е. включения в состав Польского государства белорусских и украинских земель, что объективно означало восстановления национального и религиозного ига польской шляхты и католической церкви над белорусским народом. Разумеется, такое восстание в корне подрывала саму идею восстановления национальной независимости Польши. Нельзя было освободить польский народ от чужеземного гнета (пруссаков и австрийцев), не освобождая белорусов и украинцев от гнета польской шляхты. Собственно территория польско-шляхетского восстания свидетельствует о той непреложной истине, что, в лучшем случае, это было восстание польского народа за независимость своей родины. Поэтому изображать Тадеуша Костюшко героем Беларуси означает не что иное, как польско-шляхетскую перелицовку белорусской истории.

Более чем странно слышать разговоры о том, что Т.Костюшко является героем белорусского народа. Да, Костюшко – известная историческая личность, человек, родившийся в фольварке Меречёвщина между Ружанами и Ивацевичами на севере современной Бресткой области, но для белорусов он скорее печальный антигерой, так как возглавляемое им польское восстание ставило своей целью восстановление Речи Посполитой в старых границах и возвращение польского господства над белорусским народом, фактически – новое завоевание и подчинение Варшаве белорусских земель.

Когда мы говорим о возникновении белорусской государственности, то надо понимать, что речь идет о принципиально новом явлении в истории белорусского народа. Дело в том, что государственность появляется лишь тогда, когда выделяется определенный социальный слой общества, занимающийся умственным трудом. 

Я не собирался в ближайшее время касаться темы военной службы, и службы своему государству в принципе, тем более, что совсем скоро состоится Шестое Всебелорусское народное собрание и сейчас именно к нему приковано всеобщее внимание, но… 16 января 2021 года исполнилось 87 лет со дня рождения знаменитого киноактёра и артиста театра Василия Семёновича Ланового. А 28 января 2021 года его не стало. В эти же дни активно распространяется то ли очередной фейк, то ли раздутая до небес и явно преувеличенная информация в СМИ, которые содержаться на деньги западных стран, о том, что белорусские военные, столкнувшись с возможностью быть направленными в Сирию, начали активно уклоняться от этого, переводиться в другие армейские подразделения, а то и вовсе покидать армию.

Это магическое слово – собственность. Что такое собственность? – спрашивает французский мыслитель Прудон. И отвечает: собственность есть кража. И он прав. В этом легко убедиться на примере появления собственников (олигархов) на постсоветском пространстве, которые оказались обыкновенными грабителями общенародной собственности, что даже нашло свое отражение в народном лексиконе – прихватизаторы. 

Очередное наступление коллективного Запада на Россию началось с возвращения Навального из Германии 17 января 2021 года. Сам российский «оппозиционер» является лишь игрушкой в руках глобалистов и от него самого выбор сценария собственного поведения почти не зависел. Естественно, у Навального был какой-то выбор – но это выбор из разряда – сгореть в комнате, объятой пожаром или выпрыгнуть из окна на третьем этаже. Навальный выпрыгнул, то есть приехал в Россию. 

В середине октября в государственных СМИ появились сообщения о предотвращении диверсионных актов на железной дороге и актах вредительства на транспортных магистралях.

Казалось бы, после того, что пережила Республика Беларусь в 2020 году после президентских выборов, властям нужно было бы сделать соответствующие выводы. Я надеюсь, что эти выводы уже в основном сделаны, однако пока это видно только на белорусском телевидении и в официальных СМИ – впервые за многие годы на белорусском ТВ, в «Советской Белоруссии» и других ведущих газетах наконец-то стали появляться интересные, острые аналитические материалы – государственные ТВ и СМИ становятся, наконец-то, по-настоящему злободневными и интересными. 

На середину 2020 года в отрасли информационно-коммуникационных технологий Республики Беларусь было занято более 85 тысяч человек, из которых около 34 тысяч — в секторе ИТ-продуктов и услуг.

Воздух республики насыщен ожиданием перемен и надеждой на перемены. Но не окажутся ли надежды очередным миражом? В научной среде шутливо определены пять этапов внедрения нового: первый –шумиха, второй –неразбериха, третий – поиски виновных, четвертый – наказание не виновных, пятый – поощрение не причастных. Мы уже столько пережили всевозможных реформ, оптимизаций, упорядочений и т.д., что успеваем пройти только первый этап шумихи и частично неразберихи как накатывается новое цунами реформ.

Журнал «Time» объявил в 2020 году человеком года Джо Байдена. В этом плане любопытно отметить, что в 1938 году этот же журнал объявил человеком года Адольфа Гитлера. Это после того, как западные державы отдали Гитлеру на растерзание Чехословакию в рамках позорного Мюнхенского сговора. 

В 2020 году исполнилось двадцать лет, как вступил в действие Договор о создании Союзного государства, и вот спустя два десятилетия не слишком успешного союзного строительства этот геополитический проект подвергся серьёзному испытанию на прочность.

История народа – это не летопись частной жизни человека. Об истории народа нельзя сказать: это было, это прошло. История имеет дело с вечным – с духом народа, его делами. «Народы, – отмечал Гегель, – суть то, чем оказываются их действия».

Не успели мы ещё как следует отойти от новогоднего боя кремлёвских курантов, беззаботного, праздничного настроения, как вновь просторы Интернета заполонили всевозможные журналистские «пророчества» и «предвидения», а также «оценки ситуации» с явно сходящими на нет белорусскими протестами и влиянием на российско-белорусские отношения всех этих «воскресных хождений» под бело-красно-белыми флагами предателей и полицаев по минским улицам с едва уже заметной поддержкой единичных особо продвинутых и упёртых «невероятных» в других белорусских городах.

Рыночные иллюзии порождены не только иллюзорными представлениями недумающего человека, мечтающего, так сказать, прорваться в ряды тех людей, которые не работают, но едят; но в этих иллюзиях в значительной степени отражаются интересы появившегося в постсоветском обществе прозападного компрадорского бизнеса, идеал которого внешнее (западное) управление как в экономике, так и в политике. 

18 июля 1605 года Марфа (после загадочной гибели в Угличе царевича Дмитрия, вдовствующая царица Мария Нагая, была пострижена в монахини под именем Марфы) прибыла из ссылки, и ее встреча с «сыном» произошла в подмосковном селе Тайнинском при огромном стечении народа. По воспоминаниям современников, Лжедмитрий соскочил с коня и бросился к карете, а Марфа, откинув боковой занавес, приняла его в объятья. Оба рыдали, и весь дальнейший путь до Москвы «царь Димитрий» проделал пешком, идя рядом с каретой. Царица разместилась в кремлевском Вознесенском монастыре, царь навещал ее там каждый день и спрашивал благословения после каждого серьезного решения. 

Фактически, из данного далеко не полного перечисления категорий нашего общества видно, что протестные настроения затронули множество людей из самых разных сфер деятельности.

Понимая, что  вступать в противоборство с полками огненного боя царя Бориса Годунова подобно самоубийству, Лжедмитрий решил начать свой поход на Москву кружным путем — через Чернигов и Северскую землю, пустив впереди себя лазутчиков-агитаторов с «прелестными грамотами» с увещеванием переходить «от изменника Бориса Годунова» на сторону «законного царевича».

Говоря об интеграции постсоветского пространства, много напирают на экономику и совсем недостаточно уделяют внимания философско-историческому, ментальному фактору интеграции. То есть вопрос можно сформулировать следующим образом: какая история может обеспечить успех постсоветской интеграции? Чтобы правильно ответить на этот вопрос, необходимо выяснить еще один вопрос: какие исторические взгляды лежали в основе разрушения СССР, а следовательно, и дезинтеграции постсоветского пространства?