Фашизм в Беларуси. Пропаганда и реальность

Демонизация оппонентов – излюбленный прием разного рода демагогов и пропагандистов, как минимум, со времен Средневековья. Разница лишь в том, что Средневековые деятели обычно понимали демонизацию буквально, выставляя недругов, если не чертями с рогами и хвостом, то скрытыми и злокозненными дьяволопоклонниками – обязательно. В наше просвещенное время такие трюки уже не проходят, поэтому пропагандисты пытаются поставить знак равенства между своими противниками и каким-то хорошо знакомым и абсолютно реальным злом.

Наиболее типичным для нашей страны примером такой пропагандистской демонизации является жупел «русского фашизма», который любят навешивать как на саму Россию и ее руководство, так и на тех, кто сочувствует им внутри Беларуси. Обычно те, кто любит о нем говорить, слабо представляют, что такое фашизм и попросту демонстрируют низкий уровень собственного интеллекта и политической культуры. Но вот, один из фейсбучных комментаторов решил блеснуть эрудицией и дал ссылку на 14 характеристики «вечного фашизма», предложенных известным писателем и мыслителем Умберто Эко. Предлагаю последовать его рекомендации и сопоставить с критериями Эко не только пророссийское сообщество в Беларуси, но и их оппонентов – прозападных белорусских националистов.

1.Культ традиции. Традиционализм – сам по себе не порок, но, когда он возводится в культ, то становится помехой развитию общества. Пророссийский лагерь достаточно разношерстный – там есть и правые и левые, но в целом его сложно упрекнуть в излишней приверженности культу традиции. Сама Россия и Русский Мир воспринимаются ими, как цивилизация, хоть и стоящая на сильном фундаменте Традиции и скрепленная «духовными скрепами», но устремленная в будущее, в космос, к новым технологиям, открытиям и масштабным стройкам. Зато у белорусских националистов он цветет пышным цветом. Вся их идеология направлена в прошлое – ВКЛ, Речь Посполитая и даже такое историческое недоразумение как Белорусская Народная Республика – их наследие ставится во главу угла. При этом какой-то целостной и самодостаточной модели будущего за 30 лет своей деятельности националисты так и не смогли создать.

2. Иррационализм, неприятие модернизма. Опять-таки, пророссийское движение разнородно. Но, как правило, его сторонники могут рационально аргументировать свою позицию с разных точек зрения. Националисты, как правило, клерикальны (но при этом являются противниками православия) и находятся в плену исторических мифов, в силу чего не способны адекватно воспринимать реальность.

3. Культ действия ради действия. Действо прекрасно само по себе и поэтому осуществляемо вне и без рефлексии. Думание – немужественное дело. Культура видится с подозрением, будучи потенциальной носительницей критического отношения. К сожалению, именно отсутствие культа действия является слабой стороной пророссийского движения. Мы любим думать, рассуждать о судьбах страны, но редко собираемся, чтобы сделать что-то реальное. Зато противоположный лагерь старательно выстраивает культ действия – пусть даже бестолкового и противозаконного. Последний пример – продолжающийся третий месяц шабаш в Куропатах. К культуре же у белорусских националистов отношение сугубо утилитарное – она хороша, когда воспевает их ценности и идеи.

4. Неприятие критики. В глазах фашизма несогласие – это предательство. Всем, кто пытался вести дискуссии с националистами, хорошо знакома их агрессия по отношению к каждому, кто осмелился усомниться в их учении. Это – абсолютно тоталитарная черта, нечасто встречающаяся у моих «русскомирных» знакомых.

5. Ксенофобия. Именно агрессивная и иррациональная русофобия является идеологической основой белорусского национализма. Принцип «Крови и почвы» поставлен во главу угла. Родившийся в Казахстане Агафонов или имеющая азиатские корни Мирсалимова для них – граждане второго сорта, а то и вовсе должны быть лишены гражданства и депортированы. Как показала история с рестораном «Поедем – поедим», антисемитизм нашим националистам тоже далеко не чужд. В свою очередь в пророссийское движение многие пришли именно для того, чтобы как-то противодействовать распространению русофобии.

6. Фашизм рождается из индивидуальной или социальной фрустрации. Стоит признать, что социальную фрустрацию используют, как националисты, так и часть пророссийского движения. Только первые обвиняют во всем неправильный, по их мнению, геополитический выбор, а для вторых источником фрустрации служит распад Советского Союза.

7.Одержимость идеей заговора, желательно – международного. Люди должны чувствовать себя осажденными. В пророссийском лагере сторонники конспирологических теорий, хоть и встречаются, но они не доминируют. В то же время, националисты не устают говорить своим сторонникам о том, что ужасная Россия все время вынашивает заговоры, мечтая нас захватить, поработить и насильственно русифицировать.

8.Сочлены должны чувствовать себя оскорблёнными из-за того, что враги выставляют напоказ богатство, бравируют силой, в то же время сочлены убеждены, что сумеют одолеть любого врага. Если принять, что для значительной части «русскомирцев» таким врагом является Запад, а для белорусских националистов – Россия, к сожалению, такие настроения характерны для обоих сторон, причем для пророссийской – даже в большей степени.

9.Для фашизма нет борьбы за жизнь, а есть жизнь ради борьбы. Раз так, пацифизм однозначен братанию с врагом. Многие присоединились к пророссийскому движению именно после начала гражданской войны в Украине, для того, чтобы не допустить ее повторения в Беларуси. Таким образом, можно утверждать, что пророссийское движение в Беларуси – пацифистское по своей сути. Националисты же постоянно твердят об «агрессии Русского мира», с которой нужно бороться любыми средствами, поддерживают своих украинских единомышленников, развязавших гражданскую войну. Впрочем, что говорить, даже само слово «змагар» переводится как «борец», человек, посвятивший свою жизнь борьбе.

10. Фашизм исповедует популистский элитаризм. Рядовые граждане составляют собой наилучший народ на свете. Партия составляется из наилучших рядовых граждан. В пророссийском движении подобного просто нет. Ну не заморачиваемся мы играми в псевдоэлитарность. Зато у националистов это четно выражено в понятии «свядомага кола» — «круга сознательных», если перевести на русский. Таким образом они присвоили себе элитарность, монополию на сознательность. Все остальные, за пределом этого круга, — совки, ватники, быдло и просто плебеи, не способные постичь «национальное сознание»

11.Культ героев, культ смерти. Свои герои есть у обоих сторон, однако призыв к самопожертвованию в борьбе с врагами более характерен для тех же националистов. Для сторонников Русского мира в Беларуси более характерно стремление к спокойной и мирной жизни.

12.Культ мужественности. Надо признать, что белорусское общество в целом достаточно патриархально и придерживается традиционных ценностей. Поэтому он характерен для обоих сторон. Среди части националистов, правда, вошла в моду толерантность к разного рода сексуальным меньшинствам, однако она, скорее, является ответом на запрос со стороны западных спонсоров.

13.Фашизм строится на качественном (квалитативном) популизме. В условиях демократии граждане пользуются правами личности; совокупность граждан осуществляет свои политические права только при наличии количественного (квантитативного) основания: исполняются решения большинства. В глазах ур-фашизма индивидуум прав личности не имеет, а Народ предстаёт как качество, как монолитное единство, выражающее совокупную волю. Поскольку никакое количество человеческих существ на самом деле не может иметь совокупную волю, Вождь претендует на то, чтобы представительствовать от всех. Согласитесь, змагар, вещающий от имени всех белорусов – типичная картина. И совершенно нетипична она для сторонников Русского мира.

14.Фашизм говорит на Новоязе. Тоже знакомая картина. У всех на слуху многочисленные «цiшоткi» и «шмаравiдлы», которые националисты пытаются протащить в белорусский язык, лишь бы сделать его менее похожим на русский. Добавим сюда популярный националистический жаргон – вот и получается готовый новояз. В отличии от них, мы стараемся говорить на литературном русском языке.

Такая вот получилась проверка на фашизм. Я вообще не люблю употреблять этот термин и, тем более, записывать в фашисты всех белорусских националистов без разбора, но авторитет Умберто Эко, все-таки, является поводом для того, чтобы лишний раз задуматься.

Артем Агафонов, vesti24.by

Комментарии

Комментариев пока нет