В чем суть пяти приоритетов «Восточного партнерства» на ближайшие годы

Во второй половине июня лидеры стран «Восточного партнерства» (ВП) и руководство Евросоюза договорились на видеоконференции о пяти приоритетах партнерства на ближайшие годы. «Мы обсуждали, как сформировать и сфокусировать наше партнерство после 2020 года. С лидерами мы договорились относительно пяти приоритетов для нашего партнерства в ближайшие годы. Прежде всего, мы хотим, чтобы партнерство сфокусировалось на экономике», – сообщила после видеоконференции президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен.

Она указала на то, что объемы двусторонней торговли между ЕС и шестью странами ВП в 2016-2019 годах значительно возросли, в частности с Украиной  более чем на 50%.

«Второй важный момент для нас, что мы хотим партнерства, которое расширяет возможности: хорошее управление, демократические институции, права человека, гендерное равенство, верховенство права – этого требуют все граждане, и это важные ценности для ЕС», – подчеркнула глава Еврокомиссии. Третьим приоритетом, по ее словам, является цифровое «партнерство, которое соединяет». «Мы должны принять цифровую трансформацию. Мы видели, как кризис сам объяснял, насколько важна диджитализация. ЕС будет работать со своими восточными соседями, чтобы модернизировать технологии, расширить преимущества единого цифрового рынка и обеспечить высококачественную инфраструктуру и услуги людям по всему региону», – объяснила фон дер Ляйен, добавив, что еще одной важной для ЕС темой является экологическое партнерство.

Кроме того, Еврокомиссия продолжит «обеспечивать ощутимые результаты», из которых смогут извлечь выгоду граждане страны ВП. В этом контексте глава Еврокомиссии вспомнила, что «тренировка» Евросоюзом местных чиновников на Украине «улучшила предоставление общественных услуг гражданам».

На деле, в рамках «Восточного партнерства» Европейский союз и США проводят в отношении Украины и других республик СНГ «разноскоростную» дифференцированную политику, выстраивая ее сугубо в двусторонней плоскости в зависимости от конкретных целей и задач взаимодействия с тем или иным государством. Основными целями этой политики являются:

вовлечение государств региона в «управляемый диалог» на основе правил ЕС;
стимулирование политических и социально-экономических реформ по европейскому образцу;
сближение законодательства постсоветского пространства с западными нормами и стандартами.

Евросоюз продолжает активно использовать рычаги экономического содействия проевропейски настроенным государствам региона. Одновременно с этим ЕС, в отличие от США, более гибко корректирует свое отношение к транзитным странам СНГ и задумывается о предоставлении им необходимого минимума помощи в целях обеспечения энергетической безопасности (для предотвращения конфликтов в энергетической сфере).

Интересно, что энергетический фактор вынуждает Евросоюз более прагматично подходить к сотрудничеству с нестабильными, но богатыми углеводородами государствами Центральной Азии и Закавказья. Отодвигая на второй план проблемы в сфере демократии и прав человека на этих территориях, европейское руководство стремится обеспечить альтернативу поставкам российских нефти и газа в Европу.

Одна из основных реальных задач ВП – контроль над транзитной инфраструктурой на территории Белоруссии, Украины, Молдавии и Приднестровья, посредством которой осуществляется транзит энергоносителей из России на Запад. Свой геополитический и экономический интерес в этом имеется и у Соединённых Штатов. Именно поэтому, по данным DW, почти одновременно с озвучкой пяти приоритетов «Восточного партнерства» президент США Дональд Трамп на предвыборной встрече со своими сторонниками в городе Талса в штате Оклахома раскритиковал газопровод «Северный поток–2», из-за которого Берлин платит Москве «миллиарды долларов», и призвал «защитить Германию от России». А незадолго до этого посол США в Германии Ричард Гренелл заявил, что Вашингтон готов ввести новые санкции из-за СП–2. Кроме того, Р. Гренелл призвал федеральное правительство ФРГ переосмыслить свою политику в отношении России.

Что же касается постсоветских стран, входящих в ВП, то их стремятся обречь на превращение в: а) источник дешевых ресурсов, включая трудовые, б) рынки сбыта не самой качественной продукции из ЕС и США, в) зону транзита российских энергоносителей под контролем Евросоюза, г) буфер между Россией и объединенной Европой.

Фактически Брюссель и Вашингтон настаивают на своеобразном разделении труда – постсоветским республикам обещана политическая самостоятельность от России в обмен на европейскую лояльность. Отсутствие тесной экономической и политической интеграции постсоветских республик дает внешним силам шанс на дальнейшую и окончательную дезинтеграцию этого региона с выходом на кардинальные геополитические перемены, затрагивающие интересы Москвы.

Уязвимым местом программы является то, что для большей части участников экономические отношения с Россией (и ее экономическая поддержка) носят стратегический характер. Однако идеологи проекта ВП уверены, что это можно повернуть в свою пользу и Москва будет по-прежнему выступать ресурсно-экономическим донором. Это, по мысли Европейского союза, обеспечит ему односторонние преимущества и достижение следующих пяти приоритетных целей:

- расширение сферы политико-экономического влияния Запада на постсоветском пространстве и одновременное сужение российской сферы влияния;

- вытеснение России с Кавказа и окончательное закрепление отрыва от нее постсоветских республик с размежеванием в экономической и военно-политической плоскостях;

- переориентация постсоветских республик на Польшу, ЕС и НАТО и одновременное «размывание» и создание противовеса СНГ и ОДКБ;

- интеграция региональной энергетической сферы, инфраструктуры и рынков постсоветских республик с ЕС и энерготранзит в обход России (с южного, кавказско-каспийского направления);

- превращение постсоветских республик в энергоотмычку для взлома сырьевой кладовой Евразии (Российской Федерации и Средне-Азиатского региона).

Взамен за контроль Запада над энерготранзитной сферой и инфраструктурой постсоветским лимитрофам предлагается «особый статус» отношений с ЕС и возможность вымаливать у него кредиты.

Таким образом, фактически можно говорить о пяти приоритетах работы «Восточного партнерства» после 2020 года, как об экономическом инструменте энергетического колониализма, превращения постсоветского пространства в сырьевой придаток Запада, вытеснения РФ на северо-восток Евразийского континента и создания оцифрованного «санитарного» Черноморско-Балтийского энергоколлектора-кордона вдоль границ Российской Федерации.

Сергей борисов, Ритм Евразии

Комментарии

Комментариев пока нет