100-летие революции: взгляд через век 04.11.2017 10:33News.ru продолжает публикации интервью учёных-историков, размышляющих о причинах и уроках событий, изменивших мир. Незаметно пролетели 100 лет, и мир оказался на пороге знаменательного юбилея Великой российской революции, открывшей новую страницу в истории человечества.
Доктор исторических наук Григорий Герасимов считает, что многие революции делались по шаблону, созданному в 1917 году, и что подобных событий в России уже не будет.
— Почему именно в России, на ваш взгляд, 100 лет назад произошла революция? Что стало её движущей силой?
— На мой взгляд, события 1917 года, которые раньше в нашей историографии называли Февральской и Октябрьской революциями, а сегодня началом Великой российской революции (1917–1921 годы), являются завершением процесса смены мировоззрения, который начался при Петре I.
В качестве движущей силы истории я рассматриваю человека, движимого сознанием, а не внешние силы в виде климата, производительных сил и т.д. Человек не марионетка внешних сил и в истории действует, исходя из тех идей, которые он считает правильными. Эти идеи, объединённые в большие системы, формируют господствующее мировоззрение. В допетровской России господствующим мировоззрением было православие, которое определяло всю жизнедеятельность русского человека, начиная от целей в жизни, до распорядка дня. Власть царя держалась исключительно на православной вере в него, как помазанника Божия.
К XVIII веку Россия оказалась перед выбором, продолжать ли жить в соответствии с православием и стать колонией Европы или, переняв западные идеи, технологии и практики, отстоять свою независимость. Первоначально заимствовались только предметы, которые сами мы не производили, и технологии. Однако быстро выяснилось, что невозможно ими пользоваться и воспроизводить в российских условиях, не зная тех идей, на основе которых они созданы и работают. Вместе с импортом технических и научных идей русские люди усваивали и политические идеи, которые были враждебны православию.
Если в начале XIX века рационализм господствует только в умах элиты, то в середине века он охватывает слои разночинной интеллигенции, а в ХХ веке проникает и в сознание рабочих, и части крестьянства. Вместе с научными идеями как составная часть рационалистического мировоззрения были усвоены идеи свободы, демократии, социализма. Именно они легли в основание двух главных оппозиционных сил — либералов и социалистов. Либеральные идеи разделялись и частью господствующего класса, поэтому все реформы в это время были либеральными. Однако внедрение либеральных идей неизбежно подрывало православие и базирующееся на нём самодержавие, поэтому за реформами всегда следовали контрреформы, которые ликвидировали наиболее опасные новшества, угрожавшие царской власти. Социалистические идеи формировали радикальную часть оппозиции, опиравшуюся на разночинную интеллигенцию, рабочих и часть крестьян.
Одновременно шёл процесс разочарования народа в православии, которое, находясь в «синодальном пленении», было полностью подчинено государству и не могло полноценно идейно развиваться. Кроме этого, в процессе расширения страны в её состав вошло много неправославных народов, которые видели в царе не помазанника Божия, а завоевателя и угнетателя. В начале ХХ века около половины подданных империи относились к иноверцам, старообрядцам, сектантам или атеистам, либо не видевшим сакральной сущности царской власти, либо считавшим её, как старообрядцы, властью Антихриста.
Социальная база православия непрерывно сокращалась, а либерализма и социализма непрерывно росла. После либеральных реформ Александра II этот процесс значительно ускорился. В начале ХХ века оппозиция окрепла настолько, что заявила свои претензии на власть в годы Первой русской революции. Царь пошёл на уступки либералам, создав законодательную Государственную думу. В годы Первой мировой войны в результате поражений, которые потерпела русская армия, снижения уровня жизни, распутинщины и других негативных явлений в царском окружении авторитет самодержавия резко упал. Формальным поводом для революции послужили очереди за хлебом в Петрограде, потом в подобных очередях советский народ простоял 70 лет, однако у него и в мыслях не было свергать из-за дефицита товаров советскую власть. Реальной причиной революции, на мой взгляд, явилось падение авторитета православия и державшейся на нём царской власти, поэтому, когда царь отрёкся от престола, в его защиту никто не выступил.
За недолгое время своего правления либералы не смогли решить ни одной задачи, стоявшей перед страной, которая стала стремительно разваливаться, поэтому очень скоро в их идеях разочаровались и рабочие, и солдаты, проложившие им путь к власти в феврале 1917 года. Одновременно в сознании народных масс, особенно в столицах, стали преобладать идеи большевиков, которые не только в доступной форме предлагали простые решения сложных проблем, но и готовы были, не считаясь с потерями, добиваться их решения. Это предопределило победу большевиков в октябре 1917 года.
— Каковы последствия этой революции для России и всего мира?
— Последствия этой революции были огромны. Идеями социализма была охвачена треть человечества, сформировавшая сферу влияния СССР. Многие революции делались по шаблону, созданному в 1917 году. Социалистическая идея сформировала реальную альтернативу западному либеральному пути развития, и после победы во Второй мировой войне распространение коммунизма на остальные страны многим представлялось неизбежным. Однако запрет на идейное развитие коммунистической идеи привёл к застою сначала в идейном развитии, а затем и в социально-экономической и политической реальности. Страна перестала развиваться, и когда началась перестройка, затеянная Михаилом Горбачёвым, советский народ, соблазнившись идеями, образом жизни и богатством Запада, решил пойти по его пути.
— Возможно ли повторение такого масштабного события в России или какой-то другой стране?
— События подобного масштаба возможны, когда на смену одному мировоззрению приходит другое, более сильное. Сегодня, в условиях почти безграничного мирового господства либерализма, я не вижу идей, которые бы составили ему реальную конкуренцию. В России таких идей тоже не наблюдаю, поэтому революции подобного масштаба, размаха и последствий не прогнозирую. Да и не нужна она нам. Мы свой лимит на революции исчерпали в начале ХХ века.
Ольга Савельева, news.ru
Комментарии
Комментариев пока нет
